«Почему именно я, именно здесь и сейчас. Думайте в эту сторону»: Что стоит за загадкой благовещенского стрелка

В России вновь произошла стрельба в учебном заведении – на этот раз в колледже строительства в Благовещенске. Случилось это, когда в Москве ещё спали, а на Дальнем Востоке уже начался новый день.

19-летний студент Данил Засорин ворвался в аудиторию, вскинул дробовик и начал палить. Один человек погиб, трое ранены.

А когда прибыли полицейские, парень открыл стрельбу и по ним. Те ответили огнём из штатного оружия и ранили его. Поняв безвыходность ситуации, Засорин покончил жизнь самоубийством.

Более двадцати нападений в школах за неполные три года

Вся эта ужасная история на самом деле приводит лишь к одному – главному – выводу: мы не научились ничего противопоставлять школьным нападениям, которые становятся, к сожалению, уже регулярными  в нашей стране.

Только в нынешнем году произошедшее стало третьим подобным случаем – не считая того, что, по счастью, удалось предотвратить буквально в конце сентября в Кирове, где в одной из школ ученик планировал устроить бойню с применением холодного оружия и взрывного устройства, но его намерения стали известны силовикам, и он был задержан.

Первое ЧП в 2019 году случилось 4 марта в Краснодарском крае: 15-летний школьник, придя в учебное заведение с пневматическим пистолетом, стал угрожать другим учащимся. А когда директор и завуч попытались отобрать оружие, сбежал и уже возле продуктового магазина устроил стрельбу – по ученикам, которые отказались дать ему деньги; пострадали пятеро.

А утром 28 мая в Вольске 14-летний подросток сначала метнул в аудиторию, где занимались его одноклассники, бутылку с «коктейлем Молотова», затем ещё одну бросил в коридоре. После чего ударил девочку по голове топором. Хотел сбежать, но не получилось – поймали.

2018-й в этом смысле вообще выдался жутким.

Всё началось 15 января в Перми: в одну из школ через запасной вход вошли двое несовершеннолетних (один из них – бывший ученик, другой – настоящий), поднялись на третий этаж, ворвались в класс, где шёл урок для начальных классов. Первый встал у входа, второй бросился с ножом на ребят и учительницу. Пятнадцать человек получили ранения, педагогу нанесли 15 (!) ударов ножом.

Через несколько дней – аналогичная история в Улан-Удэ. Девятиклассник, прихватив в помощь двоих одноклассников, ворвался на урок к семиклассникам – и то же самое. Швырнул бутылку с зажигательной смесью, потом с топором накинулся на детей и преподавательницу, ранил семь человек, после чего поджёг учебное заведение и ранил себя ножом.

Фото: buryatia. sledcom.ru/Globallookpress

Затем, в апреле, был инцидент в Стерлитамаке: 17-летний ученик коррекционного класса напал с ножом на учительницу и учеников 9-го класса, далее воспламенил горючее вещество; пострадали пятеро, нападавший пытался покончить жизнь самоубийством, но выжил. И в мае в Новосибирской области студент колледжа принёс с собой гладкоствольное ружьё, застрелил во время занятий сокурсника и покончил с собой.

А страшным апогеем стала бойня в Керчи, которую устроил студент четвёртого курса политехнического колледжа Владислав Росляков. Безумец прошёл в учебное заведение с сумкой, где находились помповое ружьё и взрывчатка, оставил бомбу в буфете. Когда взрывное устройство сработало во время перемены, он взял в руки оружие и принялся методично расстреливать всех, кто попадался у него на пути.

Погибли двадцать человек, несколько десятков были ранены. Сам же Росляков после того, что он совершил, отправился в библиотеку и покончил жизнь самоубийством.

Всего, по данным ФСБ, в 2017-2018 годах произошло порядка двадцати подобных случаев. В 2016 году были схожие нападения на школы в Москве, Волгограде, Подмосковье.

Что известно о нападении в Благовещенске?

Данил Засорин, по отзывам его знакомых, считался «тихим и спокойным парнем», «без вредных привычек», «занимался спортом».

Сидел на первой парте, внимательно слушал учителей, ни в чём подозрительном замечен не был.

В школьной характеристике указывается, что он «вёл себя как уравновешенный ученик, ни в каких конфликтных ситуациях замечен не был, отношения с одноклассниками были доброжелательными и тактичными». Отмечается, что он был скорее экстравертом, дружил с ребятами вне школы, но полностью открывался только близким людям.

Данил Засорин. Фото: vk.com/Globallookpress      

Воспитывался вместе с младшим братом отчимом и матерью, которая, кстати, всегда ходила на родительские собрания и находилась в постоянном контакте с педагогами.

Парень часто болел (простудными заболеваниями), однако это не мешало ему вырасти физически вполне крепким.

Что ещё? Да – увлекался компьютерными играми, и сейчас, к слову, Следственный комитет как раз изучает предметно, какие именно игры его интересовали, а также активность молодого человека в соцсетях.

Впрочем, некоторые знакомые «благовещенского стрелка» говорят, что в колледже Засорин мало с кем общался и периодически подвергался травле со стороны однокурсников. Появлялась даже информация, что якобы изнасиловали его девушку, но официального подтверждения этому нет – более того, говорят, что и возлюбленной у него не имелось.

С другой стороны, очевидно, что атака им готовилась заранее.

Известно, что ружьё «Иж-81» было куплено Засориным – вполне легально, между прочим, – ещё в мае. Объяснял он это тем, что решил заняться охотой, что никаких подозрений в Амурской области точно не вызвало бы. Правда, поохотиться так ни разу не успел, только по банкам вместе с отчимом и младшим братом как-то пострелял, и всё.

«Никто бы не смог остановить»: стрелок оставил послание перед убийством

За семь часов до своей акции, как утверждает ряд Telegram-каналов, Засорин записал аудиопослание на своём YouTube-канале. В этом безадресном обращении парень рассуждал о том, что хотел бы вернуться в своё детство, когда он играл в приставку, не знал никаких проблем и «всё было просто».

Он рассказал, что прежде, чем записать этот ролик, прошёлся по знакомым местам, где у него были «лучшие воспоминания».

Фото: vk.com/Globallookpress      

«Но жить надо не прошлым, а настоящим, – заметил он. – А в настоящем у меня такая вот ситуация...»

Что именно имелось в виду под «ситуацией», Засорин не уточнил. Только сделал такую ремарку:

«Так было всегда – и при Колумбайне (массовое убийство в школе, которое произошло в США в 1999-м. – Прим. ред.). Когда эти Эрики Харрисоны (один из двух школьных стрелков. – Прим. ред.) говорили мысли об убийстве, они (не уточняется кто. – Прим. ред.) просто выписали таблетки, у которых очевидное побочное действие. Это они отпустили их на улицу».

Потом он продолжает: если бы он и сам в этот момент позвонил своему другу и признался, что «завтра это произойдёт», то никто не смог бы предотвратить расстрел.

«Ну и что бы он сделал? Позвонил в полицию? Ха! Знаю нашу полицию: «Всё понятно» – и положили бы трубку. Позвонил бы моим родителям? Я бы профессионально им на....л: Данька чего-то бесится, он просто спился, пивом он спивается. Никто бы это не смог остановить – из тех, кого будут обвинять по телику, когда это произойдёт. Поэтому думайте в эту сторону. Ещё обидно – почему именно я, именно здесь и сейчас», – сказал Засорин за несколько часов до своего поступка. Такой вот ребус.

Фото: Russia's Investigative Committee/Globallookpress

А потом Данил отправился в колледж, спокойно прошёл мимо охранника ЧОПа, сидевшего на входе (рамки металлоискателя там нет), завернул в туалет и стал заряжать свой «Иж-81». Туда случайно заглянули другие студенты – увидели, что он делает, испугались. Он тоже, кстати, был напуган, но сказал им: «Уходите». И повторять дважды не пришлось.

Он собрался и пошёл прямиком в свою аудиторию – вроде как под мелодию из «Нирваны». Ворвался – и первым делом буквально выбросил за шиворот молодую преподавательницу, которая вела занятия.

Как рассказывают свидетели, он приказал всем упасть на пол. Команду выполнили все, кроме одного. И Засорин спросил у него – мол, а ты что же, бессмертный? И выстрелил.

Потом начал палить по остальным. В троих попал.

В это самое время учительница выбежала к охраннику, однако тот, будучи в шоке, ничего не соображал. Тогда она рванула через дорогу в магазин – звонить в полицию. Одновременно кто-то из студентов тормознул проезжавшую мимо патрульную машину ДПС, и инспекторы без разговоров помчались в здание.

Увидев полицейских, Засорин выстрелил в их сторону, тогда те открыли ответный огонь. Ранили его, после чего он заскочил обратно в аудиторию и покончил жизнь самоубийством.

«С кем вести переговоры? С тем, кто уже начал убивать?»

СКР возбудил уже три уголовных дела по факту случившегося: в отношении самого погибшего стрелка – по статье «Убийство», против руководства учебного заведения («Халатность, повлекшая смерть человека по неосторожности») и ЧОПа («Оказание услуг, не отвечающим требованиям безопасности»).

При этом уже появились требования проверить правильность действий сотрудников полиции, первыми прибывшими на место ЧП и открывшими ответную стрельбу по Засорину.

Мол, сначала надо было осмотреться и позвать переговорщика.

Во всех случаях школьных расстрелов никто не догадался позвать профессионалов, которые могли бы провести переговоры. Оттого и жертвы»,

– рассуждают сетевые «специалисты».

Фото: Russia's Investigative Committee/Globallookpress

У экспертов на этот счет совсем другая точка зрения.

«Какие переговорщики?! Что за чушь? – комментирует эту претензию к правоохранителям генерал запаса ФСБ Александр Михайлов. – С кем нужно было вести переговоры? С человеком, который уже убил людей? Ребята-полицейские всё сделали верно: надо было стрелять на поражение, никакой жалости быть в таких случаях не должно!»

Разговаривать с тем, кто захватил заложников, говорит Михайлов, нужно, когда он ещё не начал убивать – как раз для того, чтобы этого и не случилось.

«Чтобы потянуть время, вызывать подкрепление, послушать условия, успокоить преступника, – продолжает эксперт Царьграда. – Но когда он начал убивать, переговариваться поздно. Очень надеюсь, что полицейских теперь не затаскают по проверкам – на предмет оправданности применения оружия».

А вот охрана учебного заведения, по его словам, в очередной раз оказалась совершенно бессмысленной: даже если бы имелась рамка металлоискателя, это вряд ли бы что-то изменило, даже наоборот – могло привести к ещё большим жертвам.

«Ну не стал бы его пускать чоповец, и что? Тот бы вытащил ствол сразу и начал тут же палить. Полез бы охранник под выстрелы? Думаю, вряд ли. А тот бы пошёл к своей цели дальше, расстреливая, как поступал тот же Росляков в Керчи, всех на пути», – считает Александр Михайлов.

Фото: Russia's Investigative Committee/Globallookpress

Он не сомневается, что следует не только выяснять мотивы действий самого стрелка – это понятно и логично, но вообще заняться всерьёз психическим состоянием молодого поколения.

На молодёжь, это же очевидно, действует та напряжённая обстановка, которая сложилась сегодня повсеместно, и вот некоторые ученики и студенты пытаются в таких извращённых формах выражать свой протест,

– отмечает эксперт.

С одной стороны, объясняет он, они копируют поведение взрослых, с другой – безусловно, они воспринимают сообщения о схожих случаях, которые происходили прежде.