"Ой, зря мы их кормим": Сколько "азовцев"* держат в Донбассе

Верховный суд ДНР вынес приговор двум украинским военнослужащим, причастным к преступлениям в отношении мирного населения. Об этом сообщили в Следственном комитете России. В марте прошлого года обвиняемые в жестоком обращении с гражданским населением и применением в вооружённым конфликте запрещённых методов военнослужащие ВСУ Андрей Найдён и Данила Коленов убили двух людей на проспекте Металлургов в Мариуполе. Каждый из них получил по 25 лет колонии строгого режима.

Вынесен приговор и военнослужащему ВСУ Андрею Незнамову, воевавшему на территории Северодонецка в ЛНР. Его признали виновным в применении запрещённых средств и методов в вооруженным конфликте. А также в покушении на убийство и умышленном повреждении чужого имущества. Незнамов полностью признал вину и раскаялся в содеянном. Приговором суда ему назначено наказание в виде 12 лет лишения свободы с отбыванием срока в колонии строгого режима. 

Украинские боевики Виктор Похозей, Максим Буткевич и Владислав Шель также признаны виновными в жестоком обращении с гражданским населением Донбасса и применением запрещённых методов в военном конфликте. Суд приговорил Похозея к 8,5 года лишения свободы, Буткевича – к 13 годам, Шепеля – к 18,5 года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. 

Всего, по данным Следственного комитета, на территории России находится порядка тысячи украинских военнопленных. Большая часть из них были взяты нашими бойцами во время освобождения "Азовстали" в Мариуполе. 

Не пришло ли время пересмотреть условия их комфортного пребывания в российских тюрьмах, с трёхразовым питанием, по необходимости – лечением и отсутствием возможности оказаться на передовой? Может, пора и на благо России поработать? 

Ведущая "Первого русского" Елена Афонина обсудила эту тему с журналистом, членом Общественной палаты России Александром Малькевичем в программе "Мы в курсе".

Направить на восстановление Мариуполя и Волновахи

Елена Афонина: Я сказала, что примерно тысяча украинских военнослужащих находятся в России. А есть информация, сколько примерно их здесь?

Александр Малькевич. У меня такой информации нет. Ваш вопрос логичен. О том, чтобы использовать их труд на благое дело для восстановления ими же разрушенного. 

Вопрос заключается в том, что это надо делать до приговора или после? На мой взгляд, если мы находимся в правовых рамках, то, конечно, правильнее после.

Фото: Царьград

Речь о создании некой специальной колонии строгого режима, которая располагается на новых территориях, в новых регионах. Где они бы своими руками заново отстраивали Мариуполь, Волноваху и другие убитые и разгромленные ими города.

В истории нашей страны подобный опыт был. Он вполне себе заслуживает внимания. В моём родном Санкт-Петербурге целый район Чёрной речки выстроен как раз руками немецких военнопленных. Эти двух-трёхэтажные домики даже называют немецкими. И это было бы логично.

Но тогда надо пересмотреть схему отбытия ими наказания. Я не чиновник, я общественник, журналист, ваш коллега. Я просто высказываю своё мнение. Но я с июня почти постоянно живу и работаю в новых регионах. И вижу масштаб этих разрушений.

С точки зрения воспитательной было бы правильно, чтобы то, что они уничтожили, своими же руками это и восстанавливали.

Нужны условия для содержания 

– На прошлой неделе мы обсуждали ситуацию в Брянске. Похожая ситуация в Белгородской, Курской областях. Сейчас неожиданно Тульская область оказалась в зоне боевых действий. Там разрушены дома. Так, может, не на новые территории? Ясно, что там жители будут не так, как им бы хотелось, относиться к украинским военным. Может, направить их в приграничные районы России? В конце концов, дороги у нас не очень хорошие. Можно дороги ремонтировать или новые делать. 

– Мы говорим о теории. А я много раз был в Белгородской области в последнее время, в Шебекино. И видел следы ударов украинских снарядов. Я понимаю, сколько там нужно сделать. Например, в центре города уничтожен детский супермаркет. Били в остановку общественного транспорта, а уничтожили это здание… 

Кроме того, могут возникнуть вопросы и у местных жителей. Наверно, можно было бы человек двадцать из числа осуждённых украинских военнопленных, или сорок, или пятьдесят направить. Но они же должны где-то находиться в Шебекино? И может оказаться так, что защищённого и охраняемого места для их пребывания там нет. Поэтому есть вопросы. 

Поэтому просто озвучим посыл от нас. Не только для системы ФСИН, а и для депутатов в Госдуме. В том смысле, что нужно ли что-то менять, как-то корректировать наше законодательство, чтобы осуждённые были на такие работы направлены? Это основной вопрос. Мы можем целую программу нарисовать, а потом окажется, что нет, им предписано отбыть в ИК с таким-то номером, в таком-то регионе. 

Украинская пропаганда против мира 

– Что касается более жёстких условий плена для солдат ВСУ, это вопрос дискуссионный. Есть такой украинский пропагандист, блогер Владимир Золкин. У него свой проект, где он как бы берёт интервью, но на самом деле глумится над нашими военнопленными. И эти видео набирают сотни тысяч и миллионы просмотров! Он заставляет их звонить домой, в Россию, каяться. Вот нам нужны подобные проекты, чтобы работать с той аудиторией. 

Мы должны объяснять запуганным и насильно мобилизованным на Украине людям, включая её восточную часть, как безопасно сдаться в плен к нам, что в этом плену их ждёт нормальное отношение. 

На Украине людей накачивают пропагандой, что якобы в России пытают, убивают, мучают и так далее. Тем самым вынуждая людей, которых обрекли на участь пушечного мяса, этим пушечным мясом оставаться до самого конца. 

Фото: Царьград

– Согласилась бы, если бы не одно но. То, что произошло с террористами запрещённой террористической организации "Азов"*, разбивает все эти красивые схемы: "давайте показывать, как мы замечательно к ним в плену относимся, будут в плен сдаваться". Когда они видят, что Россия проявляет не просто слабость, а практически унижается, отпуская нацистов и преступников, позволяя им улететь в Турцию. Потом они возвращаются на передовую, наплевав на все договорённости. Насколько я понимаю, договорённости были, что эти террористы, находясь в Турции, не оказываются в зоне боевых действий на Украине? Но оказались. И видео, и фото есть. 

– Я с вами согласен. По поводу договорённостей – хочется вспомнить страницы нашей истории про нерасширение НАТО. Любые договорённости должны быть закреплены письменно. Понятно, что тот режим, та сторона всё равно и письменные нарушит, они в этом плане себя абсолютно не сдерживают никак. Но когда мы говорим про "были договорённости", то давайте смотреть, где они закреплены. Если просто на словах, то с той стороной это не работающий механизм. 

Поэтому и вы правы, но и я прав в том, что пропагандистская работа с нашей стороны туда не ведётся. Вот вообще. Ни с мирным населением, ни с теми, кого зачастую насильно мы видим на всех этих видео, фотографиях. Людей просто хватают на улицах. Я хорошо владею ситуацией по Херсонской области.

Жителей Херсона, оккупированного укрофашистами, пачками отправляют на фронт с пометками "вы должны искупить свою вину". А люди никакой вины не чувствуют, ничего искупать своей кровью не хотят.

Значит, они должны понимать, что их ждёт у нас в плену. И они должны понимать, как можно безопасно и эффективно, комфортно для них сдаться, чтобы не участвовать в этой бойне. Но мы таких инструментов, к сожалению, им не даём, не показываем. Причём это один из профессиональных вызовов, которые сейчас перед нами стоят. 

Мы заинтересованы в том, чтобы сотни, тысячи, десятки тысяч бойцов с той стороны сложили оружие. Значит, мы должны им объяснить, почему они должны это сделать, как и что их ждёт потом. 

______________________

* Нацбатальон "Азов" – официально признан в России террористической организацией