Математика конца света: Призрак ядерной победы заставил великие державы сесть за переговоры

Волшебная палочка для ядерной войны

К предполагаемой встрече Трампа, Путина и Си Цзиньпина в Китае готовят неожиданную тему – ИИ как предмет совместного заявления. Как выяснила South China Morning Post, представители трёх стран несколько недель искали вопрос, по которому смогут договориться. Украину и денуклеаризацию Корейского полуострова отложили, зато возникла идея совместного заявления об ограничении ИИ в управлении ядерным оружием. Что же такого произошло, что соперничающие державы нашли здесь общий интерес?

Ещё недавно искусственный интеллект казался лишь занятной игрушкой, которая рисует странные картинки и сочиняет плохие стихи. Теперь он делает это всё практически на отлично. А заодно решает математические задачи, доступные лишь выдающимся учёным. В 2025 году система Google Gemini Deep Think достигла золотого уровня Международной математической олимпиады, решив пять задач из шести. В мае 2026-го модель OpenAI опровергла гипотезу в геометрии, над которой математики ломали головы 80 лет. А в сентябре Claude за 11 дней перевёл доказательство великой теоремы Ферма в форму, которую компьютер может проверить математически.

Человеку уже не надо самому писать коды, достаточно поручить это команде роботов-программистов. Коллаж Царьграда

Огромный скачок произошёл в программировании. Системы Codex и Claude Code уже не ограничиваются подсказками программисту – они изучают чужой код, проектируют решение, пишут программы, запускают проверки и исправляют собственные ошибки. Человек-программист уже не пишет код сам, а руководит командой роботов-программистов, которые работают одновременно, не устают и могут за считаные дни выполнять работу, у людей занимавшую месяцы.

Военные, конечно, не собирались оставаться в стороне. Американская Palantir разработала систему Maven, которая объединяет данные спутников, беспилотников, радаров и разведки, помогает обнаруживать цели, планировать операции и принимать решения. В 2025 году её закупило НАТО, а в 2026-м Пентагон взял курс на превращение Maven в одну из основных систем военного управления. Это уже не фантастика: ИИ входит в реальную работу военных штабов. Причём Maven пока не управляет ядерным оружием, но наглядно показывает военным их новые возможности.

Скриншот программного обеспечения Palantir в действии, версии которого используются военными. Фото: Palantir 

Никто не поручится, что подобные технологии не достигнут уровня, позволяющего обнаруживать самые скрытые стратегические ракеты, рассчитывать удары по ним и одновременно выстраивать противоракетную оборону. Для военных стратегов это волшебная палочка. Ведь ядерное оружие считалось гарантией от нападения: даже получив сокрушительный удар, противник мог ответить так, что победа теряла всякий смысл. А теперь появляется шанс: если ИИ способен найти ракеты противника, рассчитать их уничтожение и перехватить то, что уцелело, почему бы не попробовать выиграть ядерную войну?

Чего не знает ИИ: ошибки, которые намекают

Есть одна проблема: даже самому совершенному ИИ придётся искать то, что противник десятилетиями учился скрывать от чужих глаз. Например, стратегические атомные подлодки.

По оценке Федерации американских учёных (FAS), в 2026 году у России их 13, а на ракетах морского базирования размещено около 704 ядерных боеголовок. Каждая подлодка типа "Борей" способна нести 16 баллистических ракет с несколькими боеголовками каждая.

Недавно Великобритания объявила о вложении £90 млн в систему Atlantic Net – сеть морских дронов, подводных датчиков и искусственного интеллекта, которая будет собирать и анализировать данные об активности в Северной Атлантике, искать российские подлодки и сообщать о них противолодочным кораблям и субмаринам НАТО. Однако даже если одна русская субмарина останется незамеченной, её 16 ракет создадут НАТО огромные проблемы.

С сухопутными ракетами задача не проще. По тем же оценкам FAS, Россия располагает примерно 324 межконтинентальными баллистическими ракетами шахтного и мобильного базирования – это комплексы "Ярс", "Тополь-М" и "Воевода", которые могут перемещаться и скрываться от разведки. Для прикрытия мобильных ракетных соединений используются лазерные комплексы "Пересвет", одной из задач которых является нейтрализация спутникового наблюдения. И даже если разведчики НАТО найдут русскую пусковую установку, она не будет стоять на этом месте и ждать, пока прилетит ракета.

Коллаж Царьграда

Но допустим, что первый удар всё-таки оказался успешным. Это ещё не всё: теперь нужно отразить ответный. Что на это скажет Пентагон? Его система ПРО GMD оснащена 44 наземными противоракетами-перехватчиками. Однако эксперты Конгресса США уже заявляли, что она не сможет отразить массированную ракетную атаку России или Китая. У ядерной войны своя математика: даже если перехватить 99% из тысячи боеголовок, оставшиеся десять могут уничтожить несколько крупных городов. Можно выиграть почти все отдельные схватки и проиграть войну.

А ведь системы военного управления уже ошибались, причём человечество могло заплатить за их ошибку жизнью.

В сентябре 1983 года советская система предупреждения "Око" дала сигнал о запуске американских ракет. Дежурный офицер Станислав Петров усомнился в сигнале – цена ответа была слишком высока – и сообщил о ложной тревоге. Позднее выяснилось, что спутники приняли отражённый облаками солнечный свет за работающие ракетные двигатели. В январе 1995 года российские радары приняли норвежскую научную ракету за возможную боевую. Тревога дошла до президента Бориса Ельцина, которому даже принесли ядерный чемоданчик. Слава Богу, первый президент России был занят чем-то более важным.

Коллаж Царьграда

В июне 2025 года Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) опубликовал исследование о влиянии военного ИИ на риск ядерной войны. Его вывод: новые технологии могут не устранить, а повысить уязвимость стратегических вооружений. Да, ИИ будет совершенствоваться, находить всё больше целей и ещё точнее рассчитывать результаты ударов. Однако никто не может гарантировать, что даже после самого успешного нападения противнику нечем будет ответить. А цена такой ошибки – не выигранное сражение, а проигранная планета.

Настоящий Скайнет

И всё-таки отсутствие гарантированной победы ещё не означает, что ядерная война невозможна. Ведь решение о нападении принимают люди, а людям свойственно верить во что-нибудь. Военная история знает много полководцев, начинавших войны в полной уверенности, что противник будет разгромлен с одного-двух ударов. В 1914 году германский Генштаб рассчитывал разбить Францию за шесть недель, а в 1941-м Гитлер надеялся за столь же короткий срок захватить Советский Союз – оба просчёта обернулись затяжными мировыми войнами. Муссолини в 1940 году планировал разгромить Грецию за восемь дней, СССР в 1979-м надеялся быстро взять под контроль Афганистан, аргентинская хунта в 1982-м не ожидала, что Британия станет воевать за Фолкленды, а Буш в 2003-м объявил о победе в Ираке уже через месяц после вторжения – но всякий раз реальность, смеясь, опрокидывала шахматные доски великих стратегов.

В 2001 году американские военные обещали по-быстрому уничтожить талибов и уйти из Афганистана. Талибов разгромили за два месяца, а вот уйти получилось только через 20 лет – и те же талибы сразу опять взяли Кабул.

Сегодня у этих политиков-фантазёров и генералов-мечтателей появляется сверхумный советник, способный подкрепить их фантазии миллиардами вычислений, точнейшими разведданными и убедительнейшими математическими моделями.

И как тут устоять?

Castle Bravo – атолл Бикини, 1954 год. Термоядерный взрыв мощностью 15 мегатонн – самый мощный в истории американских испытаний. Фактическая мощность почти втрое превысила расчётную. Это пример того, насколько опасно ошибиться в математических расчётах ядерного оружия. Фото: govinfo.gov

У этой проблемы даже есть научное название – "предвзятость автоматизации" (automation bias), склонность человека чрезмерно доверять автоматизированным системам. В июне 2025 года Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) предупредил, что использование ИИ в военном управлении способно повысить риск ядерной эскалации даже без передачи машине права применять оружие. Алгоритм может ошибиться в оценке намерений противника, предложить опасное решение или представить сомнительный прогноз так убедительно, что командованию даже не придёт в голову усомниться. Особенно если на размышления остаются считаные минуты. Если не секунды, когда на мониторах растут убедительные вспышки – ядерные грибы, тепловые индикаторы включенных двигателей… или что-то ну очень на них похожее.

Чем сложнее система, тем труднее человеку её проверить.

И это уже доказали экспериментально. В 2024 году исследователи Стэнфордского университета устроили военные игры с участием пяти больших ИИ. Им поручили руководить виртуальными государствами, вести переговоры, заключать союзы и принимать военные решения. Все пять моделей продемонстрировали склонность к эскалации конфликтов, а в отдельных сценариях дело дошло до применения ядерного оружия. Причём свои решения ИИ обосновывали вполне знакомыми стратегическими рассуждениями – необходимостью сдерживания противника, демонстрацией силы или преимуществами первого удара. Конечно, это была симуляция. Но, в принципе, ИИ в ней использовались те же самые, которые сегодня встают на службу ведущим ядерным державам.

А теперь представим военный штаб будущего. ИИ докладывает: враг явно хочет ударить первым, почти все его ракеты противника обнаружены, план их уничтожения рассчитан, оставшийся ответный залп ПРО перехватит. Вероятность успеха – 99%. Медлить опасно. Выгоднее ударить первыми.

Коллаж Царьграда

Вот он, настоящий Скайнет. Без всяких горящих красных глаз, как в кино, – просто буквами и цифрами на экранах. Ему не нужно захватывать власть. Проще зайти с чёрного хода, где его никто не ждёт, – не захватчиком, а добрым и умным советником.

Что с того

В ноябре 2024 года Джо Байден и Си Цзиньпин договорились, что решение о применении ядерного оружия должно оставаться за человеком. Теперь, по сведениям South China Morning Post, возможность ограничить использование ИИ в ядерных системах обсуждают США, Россия и Китай.

Но сохранение за человеком права последнего слова совсем не гарантирует безопасности. Ведь это слово человек произносит на основании информации, которую получает. Здесь и возникает реальная тема для встречи Трампа, Путина и Си Цзиньпина в Китае: ведущие ядерные державы должны научиться контролировать не только действия ИИ, но и собственные действия с ним.

Ведь ИИ не обязательно восставать против человечества. Достаточно убедить людей, что они могут победить, уничтожая друг друга.