Украинские печени – берлинским пациентам: Бойцов ВСУ разбирают на органы свои же
Одни из главных бенефициаров конфликта на Украине лежат сейчас в израильских, канадских, немецких, американских клиниках. Эти люди спокойно ждут, когда им прямо с поля боя доставят здоровые, готовые к повторному употреблению органы украинских солдат. В этом смысле бойцы, вернее, их фрагменты, и впрямь получают вторую жизнь, но вряд ли они собирались воевать именно за такое "воскрешение".
На территориях, где государственная власть либо отсутствует, либо является фиктивной, где в том или ином виде идёт гражданская война или есть признаки гуманитарной катастрофы, тема с чёрной трансплантологией всегда становится одной из первых, одной из приоритетных. У нас давно вне всяких специальных военных операций территории тех же Молдавии и Украины являлись просто охотничьими угодьями для охотников за потенциальными донорами органов. Причём речь шла как о покупке органов у живых людей, так и об эпизодах с исчезновением людей.
Сейчас Украина является источником органов для чёрной трансплантации номер один.
Сложилась парадоксальная ситуация. Чем эффективнее трансплантологическая хирургия, чем эффективнее технические способы трансплантации органов, вывода из операции в сторону постоперационного состояния, чем тоньше методы иммуносупрессии, то есть чем выше прогресс, связанный с хирургией трансплантологии, – тем страшнее ситуация с чёрной трансплантологией. В этой ситуации резко расширяется спектр возможностей – и с ним резко расширяется в том числе и спектр потенциальных жертв.
Потому что, если долгое время нужна была доказанная совместимость тканей трансплантата и реципиента, двух иммунных систем, сейчас это перестало быть главной проблемой. В этой ситуации жертва – это сравнительно молодой человек без очевидных хронических заболеваний, без вирусных инфекций: если он исчезнет, он может стать тем самым источником органов для весьма разнообразных трансплантологических операций. То есть ситуация с точки зрения этики чудовищна. И то, что знаменитая тематика, связанная с Косово, – это детский сад по сравнению с тем, что сейчас творится на Украине.
Не будем забывать ещё и о том, что, как нам прекрасно известно, на Украине во множестве существовали подотчётные оборонным ведомствам стран НАТО экстерриториальные военно-биологические образования, которые назывались биологическими центрами. С учётом украинской специфики они чрезвычайно легко могли становиться, да скорее всего и становились, в том числе и центрами сбора данных, формирования информационных баз. Чёрная трансплантология – это ведь не только и не столько хирургический бизнес или хирургическая отрасль, – это отрасль по сбору данных биологических паспортов потенциальных доноров. Вот это самое страшное. Разумеется, любые разведцентры, к которым относятся и биологические центры на Украине, должны были этим заниматься.
Подчеркнём ещё раз ядовитый парадокс: чем быстрее и эффективнее развивается теория и практика трансплантологии, тем больше возможностей, к великому сожалению, различных злоупотреблений. К сожалению, это чем дальше, тем больше. Есть много аналогов этому и в других сферах, таких, например, как суррогатное материнство. Но об этом отдельный разговор.