Состояние аффекта и явка с повинной: Как доценту-расчленителю пытаются смягчить наказание

Убийство доцентом СПбГУ Олегом Соколовым 24-летней аспирантки того же вуза Анастасии Ещенко продолжают обсуждать уже третий день. Это можно понять — случай далеко не ординарный. Тем более с участием известного учёного, называемого чуть ли не основоположником военно-исторической реконструкции в России. Да и обстоятельства преступления, как и последовавшие за ним события с расчленением тела и попыткой избавиться от останков девушки, встретишь нечасто. Однако некоторые моменты, связанные с этим громким делом, вызывают у людей широкий спектр чувств — от недоумения до раздражения и чего-то ещё более сильного.

Полиция в Мойке?

Например, народный гнев вызвали сообщения о том, что Соколов оформил «явку с повинной», сознавшись в совершённом преступлении. На гребне волны недовольства — телеведущий Владимир Соловьёв, который, комментируя резонансное убийство, выразил возмущение такой формулировкой:

Какая явка с повинной? Куда он явился? Теперь отделение полиции на дне Мойки?

– восклицал журналист, указывая на то, что историк не только расчленил тело, но и пытался избавиться от него, а это явное сокрытие улик. Так о какой явке с повинной идёт речь?

В. Соловьёв. Фото: Komsomolskaya Pravda / Globallookpress      

Также Соловьёв раскритиковал версию самого Соколова, что он якобы собирался покончить с собой перед толпой туристов в Петропавловской крепости. У журналиста возник логичный вопрос: если это так, то зачем в этом случае расчленять тело и избавляться от него? Красивая сказка, не более.

Поддержали Соловьёва и многие интернет-пользователи, у которых не укладывается в голове, как может человек написать явку с повинной, если его к тому времени задержали, а на квартире при этом обнаружили останки убитой девушки. Тем не менее не всё так просто. Этот юридический термин имеет более широкое значение, чем принято о нём думать. Многих, очевидно, смущает слово «явка». Вот если бы Соколов сам «явился» в отделение полиции, тогда другое дело.

Однако, согласно определению, явка с повинной — это добровольное личное обращение лица с заявлением о совершении преступления органу дознания, следователю, прокурору или суду с намерением передать себя в руки правосудия ДО привлечения в качестве обвиняемого или подозреваемого. Сам факт задержания человека не означает, что он уже находится в таком качестве. Формально этот момент наступает, когда предъявляется обвинение. Скорее всего, этой лазейкой и воспользовался Соколов.

С точки зрения обывателя выглядит как юридический абсурд, но в уголовных процессах в принципе много нюансов, которые мы можем не знать. При этом нужно понимать, что оформление явки с повинной совершенно не означает автоматического смягчения наказания. Суд в любом случае будет учитывать обстоятельства, при которых она была написана, а они для доцента СПбГУ, мягко говоря, не самые радужные.

Фото: Nikolay Gyngazov / Globallookpress      

Держать в СИЗО «негуманно»

Второй момент, возмутивший общественность, — это попытка защиты добиться меры пресечения для подозреваемого в виде домашнего ареста. С одной стороны, адвокат должен делать максимум для своего клиента, с другой — происходившее 11 ноября в зале суда было больше похоже на спектакль. Сам Соколов в своей речи сказал, что согласен на пребывание в СИЗО, однако его защитник Александр Почуев настаивал, что учёный может дожидаться следующего заседания суда у себя дома. То есть там, где убил Анастасию Ещенко, потом принимал гостей и расчленял её тело.

Содержать Олега Валерьевича вместе с рецидивистами и держать его на тюремной баланде мы считаем негуманным,

— заявил адвокат, видимо, забыв, что ранее не судимый Соколов не может находиться в одной камере с «рецидивистами».

Позже теперь уже бывший доцент СПбГУ назовёт условия содержания «достойными». На встрече с представителем ОНК, которая снималась на видео, Соколов попросил очки, чтобы была возможность читать и заниматься «своим делом», иначе «сойдёт с ума».

Расчленял тоже в состоянии аффекта?

Третье — защита хочет переквалифицировать статью «Убийство» на статью «Убийство в состоянии аффекта», ведь в этом случае максимальный срок наказания — три года лишения свободы. Соколов на суде заявил, что его возлюбленная, «идеал» вдруг превратилась в «чудовище» и вообще кинулась на него с ножом, вот и выстрелил в неё. Четыре раза. Поводом для её «взбешённого состояния» стало то, что он намеревался провести ближайшие выходные с дочками, которые остались у него после развода. Именно эти слова якобы и разозлили девушку. Аргументов, почему он в итоге решил избавиться от тела, у расчленителя не нашлось.

Тут стоить отметить, что сразу же активизировались либералы. Возбудился, например, Михаил Ходорковский. «А ведь суд может и навстречу пойти, трёшечку дать. Он же лояльный, член РВИО, на митинги не ходил, стаканчики не бросал», — написал ранее осуждённый по делу ЮКОСа олигарх.

М. Ходорковский. Фото: Olga Litvinenko / facebook.com / Globallookpress     

В Сети немало аналогичных по точке зрения комментариев, в которых интернет-пользователи негодуют, что Соколов получит столько же, сколько некоторые участники митингов. Как будто дело уже решённое.

Возмущение, с одной стороны, понятно. Однако приплетать к убийству на бытовой, по большому счёту, почве политику — не очень-то умно. Более того, как уже было сказано выше, защита должна делать максимум для своего клиента — такая работа у адвоката. И попытка переквалифицировать статью на более мягкую, каким бы абсурдом это ни казалось, с этой точки зрения вполне понятна. Пока что суд арестовал Олега Соколова до 8 января 2020 года.

Кого ещё хотят наказать

10 ноября на портале Change.org появилась петиция с требованием уволить руководство СПбГУ из-за убийства Анастасии Ещенко. В ней описываются те случаи, о которых Царьград писал в минувшее воскресенье — избиение девушки Соколовым в ноябре 2008 года и насильственное изгнание студента с открытой лекции в 2018 году. Именно тогда всплыла история одиннадцатилетней давности, которая была замята.

По фактам вышеупомянутых происшествий поступали неоднократные заявления как в правоохранительные органы, так и в СПбГУ. <…> Многочисленные обращения граждан, студентов, общественных деятелей в какие-либо органы были проигнорированы: Олег Соколов по-прежнему оставался на свободе, не подвергался никаким следственным действиям и даже сохранял свою должность,

– отмечается в петиции.

Также автор обращения указывает на необходимость провести проверку деятельности 43-го отделения полиции Петроградского района Санкт-Петербурга, куда подавалось заявление студентки Соколова о покушении на убийство, которая должна определить, почему оно осталось без внимания. На утро 12 ноября петицию подписали почти 50 тысяч человек.