Президент Южной Осетии: Саакашвили даже дворником устроит бардак в любой стране

Вхождение в состав России 

Царьград: Как президент Республики Южная Осетия, каким вы видите будущее своей страны в ближайшие десять лет? Хотели бы вы остаться независимой республикой или войти в состав России? 

Анатолий Бибилов: Если бы была только Республика Южная Осетия и не существовало бы Северной Осетии, я думал бы о чём-то другом. Но мне тяжело воспринимать сегодняшний мир как представителю разделённого народа.

Глава Республики Южная Осетия Анатолий Бибилов. Фото: Телеканал «Царьград»

Осетия вошла в состав Российской империи в 1774 году, поэтому Россия для осетин является исторической родиной. Конечно, как осетин, и как президент, и как гражданин Республики Южная Осетия я хочу, чтобы историческая справедливость восторжествовала, чтобы мой народ жил в едином географическом и политическом пространстве – в Российской Федерации.

Ц.: Какие препятствия существуют для вхождения Южной Осетии в состав России? 

А.Б.: Самое серьёзное препятствие – это ситуация в мире. Многие говорят, что пока Российская Федерация не захочет, пока российский народ не захочет, Южная Осетия не войдёт в состав России. На самом деле, в первую очередь, об этом должны заявить сами осетины. Не только в Южной Осетии, но и в Северной. Сегодня работает очень много внешних факторов, включая санкции, направленные на ослабление России, на то, чтобы она не могла принимать решения. Но Россия всегда принимала те решения, которые необходимы ей. 

О Саакашвили и диалоге с Грузией 

Ц.: Как вы оцениваете отношения с Грузией? Стали ли они с приходом на президентский пост Саломе Зурабишвили хуже или лучше? 

Президент Грузии Саломе Зурабишвили. Фото: www.globallookpress.com

А.Б.: Риторика Грузии не изменится. Пока Грузия находится под абсолютной властью США, она не будет заявлять о своих интересах. Изменение отношений между Южной Осетией и Грузией в лучшую сторону не предвидится. Мы давно заявляли, что готовы общаться с Грузией. Но этому препятствует отказ Грузии от подписания меморандума о неприменении силы.   

Ц.: На днях стало известно, что Михаил Саакашвили вернулся на Украину. Учитывая его опыт на посту президента Грузии, можно ли сказать, что он нанесёт вред пускай и потенциальной нормализации отношений между Украиной и Россией? 

А.Б.: Вы понимаете, Михаил Саакашвили – тот человек, который, ничего не делая, уже наносит вред. Если его допустят, например, в Верховную Раду, то там будет не вред, а беда. Если украинцы хотят, чтобы в их стране было беспокойно, то можно назначать его даже дворником. Он и оттуда сделает всё для того, чтобы в Украине был бардак.   

«Зеленский – это человек» 

Ц.: Есть ли надежды на улучшение отношений России и Украины при Зеленском? Как вы оцениваете этого президента? 

Президент Украины Владимир Зеленский. Фото: www.globallookpress.com

А.Б.: Словами Путина ответить? Ну, это человек. Пока всё. Я даже не знаю, что, действительно, сказать про него. Перед поездкой в Европу Зеленский не использовал антироссийскую риторику, а когда съездил на свои смотрины, у него она сразу появилась. Государственные люди так не поступают. С этой риторикой до него был предшественник. Если господину Зеленскому удастся прекратить войну в Донбассе, я уверен, ему как минимум поставят памятник. И это будет самое большое его достижение внутри страны. 

Мой кумир – Пётр Первый 

Ц.: Кто из исторических персонажей для вас является образцом для подражания и источником вдохновения? 

А.Б.: Если брать российскую историю, то всё-таки Пётр Первый. Он был строителем, настоящим созидателем. Если у человека есть стремление созидать, то у этого человека и его народа есть будущее.

Из современных лидеров – я понимаю, что меня могут неправильно понять – конечно, Владимир Владимирович Путин. Это та принципиальность и та преданность служению Российской Федерации, которую он проявляет во всём. И я не смущаюсь об этом говорить. Это на самом деле так. 

Глава Республики Южная Осетия Анатолий Бибилов и президент России Владимир Путин. Фото: www.globallookpress.com

Я бегал по полям, о которых писал Есенин 

Ц.: Какая из прочитанных вами книг оказала на вас наибольшее влияние? 

А.Б.: Когда-то очень сильное впечатление на меня произвёл роман Вальтера Скотта «Айвенго», потом «Три мушкетёра» и «Двадцать лет спустя» Александра Дюма. Из осетинских произведений «Пробуждение» Владимира Гаглойты – это книга про становление осетинского общества. Если вы меня спросите, читал ли я Макиавелли – нет, я его начал читать и сразу бросил, потому что для моего мировоззрения этот подход неприемлем.

Если говорить о классике, то не любить Пушкина невозможно. Не могу не любить Есенина, потому что я учился и, может быть, бегал по тем полям, которые он воспевал. 

«Они какие-то слабенькие» 

Ц.: Мы знаем, что вы профессиональный спортсмен. Кому бы из лидеров мирового уровня вы бы пожали руку, а кого бы вызвали на ринг? 

А.Б.: Их этих недружественных для нас государств я не вижу таких, потому что они все слабенькие какие-то. Они все слабые. А кто там есть? Зеленский что ли? Или Макрон? 

Ц.: Канадский премьер Джастин Трюдо, например, боксёр… 

А.Б.: Боксёр – это совершенно другое. Боксёр он боксёр. Но мы же говорим о единоборствах. Бокс – это не единоборство. Пожал бы руку с большим удовольствием Владимиру Путину. С огромным удовольствием пожал бы мужественную руку Башара Асада и президента Венесуэлы Мадуро, а также Даниэлю Ортеге. Тому типу мужчин, от которых исходит уверенность, дух мужчины. Сильных, волевых, с открытым и бесстрашным взглядом. Таких мужчин сегодня в мировой политики очень мало.   

Ц.: Можно ли так назвать таковым президента Ирана? 

А.Б.: Конечно, можно. Противостоять такой махине и твёрдо стоять на свои позициях – это действительно мужество.

Ц.: Анатолий Ильич, спасибо вам за интересную беседу!