Московский Патриархат, «сталинский томос» и лжец Порошенко

Сейчас наша церковь (укроавтокефалистская раскольничья лжецерковь под сокращенным названием «СЦУ» – прим. ред.) является канонической, а пусть они (Московский Патриархат – прим. ред.) сейчас сами разберутся, покажут томос... А где их томос? Сталиным подписан? Вот это всё с этого и начиналось,

- заявил президент Украины Пётр Порошенко.

Не каждый политик должен быть историком. Тем более не каждый политик обязан разбираться в деталях церковной истории. Но уж если ты взялся столь патетически высказываться о той или иной Поместной Церкви, именуя себя «православным христианином», то уж как минимум для начала стоит хотя бы элементарно разобраться в проблеме, которую намереваешься озвучить.

Нет, это не пожелание лично пану Порошенко, возомнившему себя отцом-основателем «украинской автокефалии». С его умственными и моральными качествами всё давно ясно. Хотелось бы, чтобы и российские политики не допускали подобных постыдных ляпов (не говоря уже об антицерковной лжи). Но в данном конкретном случае вопрос поднят не самый простой, и едва ли большинство воцерковлённых чад Русской Православной Церкви способны правильно ответить на дворово-приблатнённое: «Томос есть?! А если [не] найду?!»

«А где их томос?»

«Томоса об автокефалии» у Русской Православной Церкви действительно нет. Как, впрочем, его нет и у того же Константинопольского патриархата (Фанара). Но для того, чтобы понять, почему его нет у нас, нужно сделать небольшой исторический экскурс в нашу общую историю середины XV столетия, когда Московская Митрополия (впоследствии получившая статус Патриархата) обрела церковную независимость (пресловутую «автокефалию») от Церкви-Матери – того самого Константинопольского патриархата.

Успенский собор. Кремль. Москва. Фото: www.globallookpress.com

Телеканал «Царьград» в своих программах, сюжетах и на страницах своего сайта уже неоднократно писал о событиях, приведших к крушению великой Христианской Империи – Ромейского Царства, сегодня более известного под введённым западными историками названием «Византия». На протяжении ряда столетий это государство-цивилизация переживало серьёзный кризис, однако сохраняло важнейшую духовно-политическую миссию Удерживающего. Миссию, обозначенную ещё в Новом Завете, в словах первоверховного апостола Павла, обращённых в его Втором послании к Фессалоникийцам:

Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды Удерживающий теперь...

Согласно святителю Иоанну Златоусту, в раннехристианские времена этим Удерживающим была античная Римская империя. Империя нехристианская, а в последние века своего существования даже антихристианская, однако силой государственного закона препятствовавшая разгулу мирового зла и анархии и, соответственно, – воцарения в мире антихриста. После падения Ветхого Рима (сначала, в V веке, физического – под ударами варваров, а затем, спустя несколько столетий, духовного – в латинскую ересь) его преемником окончательно стал Рим Новый – Константинополь и всё Ромейское Царство.

К слову, эта христианская историософская теория, в отличие от концепции «Москва – Третий Рим», никогда не подвергалась сомнению нашими константинопольскими братьями (ныне столь агрессивно записавшимся в «небратья»). Однако в XV столетии произошло падение и Нового Рима – Константинополя. Только в этом случае падение духовное предшествовало физическому: в 1439 году Константинопольский патриархат впал в латинскую ересь – во Флорентийскую унию с Римско-католической церковью. И спустя 14 лет греко-католический, униатский Константинополь (хотя среди простых ромеев оставалось немало искренних приверженцев православного христианства) пал под ударами турок-османов.

Вот как прокомментировал эти события телеканалу «Царьград», подведя их закономерный итог, один из ведущих отечественных специалистов по истории западно-христианских исповеданий, глава Учебного комитета Русской Православной Церкви протоиерей Максим Козлов:

Русь встала перед необходимостью дальнейшего канонического самоопределения. Это было непростое решение, потому что вся предыдущая история протекала при кириархальной Константинопольской Церкви, с которой исторически была связана Церковь Русская. Тем не менее, на Соборе епископов 1448 года произошло избрание святителя Ионы первым полностью самостоятельным, автокефальным, то есть никак не утверждавшимся в Константинополе, главой Русской Церкви. И Русская Церковь именно с этого момента ведет свою автокефалию.

И именно в этих условиях, когда Русская Церковь оказалась автокефальной Церковью молодого Московского государства, стремительно укреплявшегося и вскоре окончательно освободившегося от ордынской зависимости, мы стали Третьим Римом. Что не означало горделивого возвышения надо всеми странами и народами, но осознание того, что именно мы получили от Господа миссию сбережения Православного мира.

Мог ли в тех условиях кто-либо выдать Московской Митрополии «томос об автокефалии»? Ответ очевиден. Тем не менее, томос существует. И выдан он был именно Константинопольской Церковью, только уже не еретической, а вернувшейся в Православие. Сделано это было после того как в 1589 году Константинопольский Патриарх Иеремия II возвёл в Москве на престол первого Патриарха Московского и всея Руси, которым стал Святитель Иов, ныне прославленный в лике святых. В 1590 году на Константинопольском всеправославном Соборе это деяние было подтверждено, и Русской Церкви была выдана грамота (томос) о Московском Патриаршестве (что куда выше просто автокефалии).

Грамота Константинопольского Собора 1590 года об основании Московского Патриархата. Фото: pravoslavie.ru

Сегодня именно события 1589-90 годов на Фанаре считаются началом русской автокефалии, однако не стоит забывать, что реальную церковную независимость мы обрели почти на полтора столетия ранее. А главное – не по своей воле, но, повторюсь, из-за того, что сам Константинопольский патриархат на время отпадал от Православия, а в итоге стал Церковью в оккупации (к слову, во многом именно османские власти помогли константинопольскому священноначалию разорвать с Римско-католической церковью).

«Сталиным подписан?»

Итак, томос найден. Но если речь о временах, когда никаких «украинцев» не существовало даже в австро-венгерском проекте (да и сама империя Габсбургов находилась в глубочайшем кризисе), то откуда взялось порошенковское «Сталиным подписан?». А всё оттуда же: из элементарной исторической безграмотности, помноженной на ставшую поистине зоологической русофобию.

Складывается впечатление, что дореволюционную историю пан Порошенко пролистывал по вульгарно-марксистской (и вместе с тем русофобской) книге «Русская история в самом сжатом очерке» советского историка-пропагандиста Михаила Покровского. Что же касается истории XX века, то её схема у Порошенко, напротив, сложилась из столь же вульгарно-пропагандистских постсоветских антицерковных агиток. Агиток, в которых нет места исповеднической Русской Православной Церкви с целым сонмом новомучеников и исповедников, но существуют исключительно продавшиеся власти «красные попы» и «чекисты в рясах».

И. Сталин. Фото: www.globallookpress.com

Но разберём и этот момент. Что и когда мог подписать Сталин в отношении Московского Патриархата? Речь, очевидно, идёт о событии, произошедшем в Кремле в ночь на 5 сентября 1943 года. Именно тогда глава советского государства принял в своём кабинете трёх высших иерархов Русской Церкви: Местоблюстителя Патриаршего престола Митрополита Московского и Коломенского Сергия (Страгородского), митрополита Ленинградского Алексия (Симанского) и митрополита Киевского и Галицкого Николая (Ярушевича).

В ту ночь, действительно, был принят ряд очень важных решений относительно дальнейших государственно-церковных отношений. Былой богоборческий накал, приведший к тому, что тысячи священнослужителей приняли мученическую смерть, а сотни православных святынь, храмов и монастырей варварски разрушены безбожниками, был ослаблен. И в то же время ни о каком «учреждении Московского Патриархата Сталиным», как это любят представлять уже не советские, а современные хулители Русской Православной Церкви, речи не шло.

Так, один из ведущих специалистов по истории церковно-государственных отношений этого периода доктор исторических наук Михаил Одинцов в беседе с автором этих строк очень точно определил, чем же в реальности стала эта сентябрьская встреча для Московского Патриархата и его священноначалия:

По состоянию на август 1943 года объединённой централизованной религиозной организации «Русская Православная Церковь» в СССР не существовало. Одной из первых задач этой встречи было юридическое признание государством фактически существующей, но пребывающей в крайне тяжёлом положении организации. Большинство приходов закрыто, многие храмы буквально стёрты с лица земли, немалое число архиереев и простых клириков либо посажены, либо расстреляны. И, кстати, когда говорят, что в ходе этой встречи Сталин что-то навязал Церкви, по сути «учредив» Московский Патриархат, то это не соответствует действительности.

Существует подробный протокол этой встречи Сталина с тремя митрополитами (к слову, единственной в своем роде, в дальнейшем со священноначалием Русской Церкви генералиссимус официально не контактировал ни разу), но если коротко обозначить её результаты, то их можно свести к следующим пяти пунктам:

1. Разрешение созыва Архиерейского Собора и избрания Патриарха Московского и всея Руси, кафедра которого вдовствовала уже 18 лет, с момента блаженной кончины Святителя Тихона (Беллавина). Для этого «большевистскими темпами» из мест заключения были освобождены ряд архипастырей Русской Церкви, ранее теми же темпами оказавшихся «в узах и горьких работах». И уже 8 сентября в новом здании Московской Патриархии (также предоставленном советским правительством в старинном особняке в столичном Чистом переулке) открылся Архиерейский Собор, на который съехались 19 архиереев. В тот же день Собором митрополит Сергий (Страгородский) был единогласно избран 12-м Московским Патриархом.

2. Разрешение открыть ряд духовных школ (на тот момент не оставалось ни одной), некоторые храмы и монастыри (из числа тех, что не успели уничтожить в 1920-30-е годы).

3. Разрешение издавать церковную литературу – богослужебную и Журнал Московской Патриархии, а также организовать работу свечных заводов и мастерских по изготовлению церковной утвари и облачений.

4. Предоставление духовенству отсрочек от службы в армии.

5. Уменьшение налогообложения приходов.

При этом никаких указов относительно Московского Патриархата (и уж тем более «томосов») Сталин не подписывал. За исключением разве что решения Совнаркома СССР о создании «Совета по делам Русской православной церкви». Этот госорган при советском правительстве имел контрольные функции и в дальнейшем немало «попортил крови» православным клирикам. Но, справедливости ради, стоит сказать, что в первые годы своего существования Совет под руководством генерал-майора НКГБ Георгия Карпова помог Церкви восстановиться после десятилетий репрессий, в которых тот же Карпов (к слову, как и Сталин, бывший семинарист) принимал самое непосредственное участие.

В реальности же, несмотря на все эти действия советских руководителей, Русская Церковь как была, так и осталась Русской Церковью. Той же самой, что в середине XV столетия стала полностью автокефальной, а в конце XVI века обрела статус Московского Патриархата. А ещё столетие спустя, в 1686 году, воссоединилась с Киевской Митрополией (чему также был дан особый «томос» Константинопольской Церкви – тот самый, что недавно совершенно безосновательно «отменил» впавший в раскол патриарх Варфоломей).

П. Порошенко и Константинопольский патриарх Варфоломей. Фото: www.globallookpress.com

Что же касается самого «томосопоклонника» Порошенко, то ему стоило бы не только улучшить свои исторические знания, но и осознать, что сегодняшние действия ставят его на один уровень с такими историческими персонажами, как воинствующие безбожники и советские сектанты-обновленцы 1920-30-х годов. Ведь именно они, порой в сотрудничестве с тем же Константинопольским патриархатом, делали всё, чтобы разрушить единство Русской Церкви.

Те же, кто, в отличие от пана Порошенко, знает церковную историю, прекрасно помнят, что в 1932 году глава советского «Союза воинствующих безбожников» Миней Губельман (он же «Емельян Ярославский») провозгласил лозунг, что в СССР к 1 мая 1937 года «забудут имя Бога». Тем не менее именно в этом году, в разгар так называемого «Большого террора», в ходе официальной переписи населения 1937 года, отвечая на отнюдь не анонимный вопрос об отношении к религии, большинство советских граждан назвали себя «верующими».

Как помним мы и обещание другого пламенного революционера Никиты Хрущёва показать по телевизору «последнего попа». Однако уже очень скоро, в праздник Покрова Пресвятой Богородицы 1964 года, богоборец Хрущёв был отстранён от руководства партией и страной, после чего серьёзных «антицерковных походов» советская власть более не предпринимала. И потому, сколь бы восторженно сейчас ни катался пан Порошенко в предвыборном экстазе по землям Юго-Западной Руси, показывая направо и налево беззаконный варфоломеевский «томос об украинской автокефалии», стоит понимать временность не только этого ничтожного персонажа, но и всех его дел.