Цифровые дневники и тотальная слежка. Что готовит нам новый учебный год

С одной стороны, вроде бы у учителей стало меньше писанины, а что с другой стороны? Нам больше не о чем беспокоиться?

У Пугачёвой опека детей не отберёт, а у остальных?

Эту тему в программе "Мы в курсе" ведущая Елена Афонина обсудила с руководителем общественного центра по защите традиционных семейных ценностей "Иван Чай", экспертом по семейной политике Элиной Жгутовой.

Елена Афонина: Алла Пугачёва вернулась потому, что дети должны учиться. С её-то доходами она могла бы позволить себе учить детей в любой точке мира, по крайней мере во многих странах. Но дети учатся здесь, в России. О чём это говорит? Это говорит о том, что здесь можно зарабатывать, здесь можно учить детей, не боясь, что ребёнка из школы просто не отдадут, потому что отдали его в какую-нибудь опеку или ещё что-нибудь. То есть здесь, в России, можно жить спокойно.

Элина Жгутова: У Аллы Пугачёвой детей не заберут под опеку, а у кого-то другого вполне могут и забрать. Фото: Царьград.

Элина Жгутова: Я уточню всё-таки. Это у Аллы Пугачёвой не заберут под опеку, а у кого-то другого вполне могут и забрать.

– Мы как раз обсуждали историю, когда у нашей гражданки в Испании детей отобрали – вообще вопиющая история.

Э.Ж.: Не вопиющая, а для Испании вполне стандартная история. И она там такая не первая. Там же, в Испании, нашим гражданам ребёнка из роддома не отдали, а у консульства нет воли помочь родителям. А не отдали, потому что родители – граждане России.

– А давайте защитим вообще граждан России, приняв те самые прописанные пункты в договоре с учителями, с вузовскими работниками, что они обязуются не распространять публично информацию, порочащую нашу страну?  

Некоторых людей к школе близко подпускать нельзя

На связь со студией вышел заслуженный учитель России, лауреат премии президента России в области образования Владимир Просвиркин.

– Владимир Николаевич, скажите пожалуйста, у вас есть какой-то, контракт социальный с государством или такие контракты учителя не заключают? Я объясню, что я имею в виду. Каждая организация со своими сотрудниками заключает договор, в котором прописаны в том числе некоторые этические моменты, чего сотрудник не имеет права делать. А с учителями, директорами, вузовскими работниками такие договоры заключают или нет?

Владимир Просвиркин: Прямо таких, о которых вы говорите, нет у нас договоров. Что касается темы разговора, то тут речь идёт о государственной образовательной политике. То есть всё будет зависеть от того, как государство поставит эту образовательную политику в школах.

Сегодня эта политика слабо прописана, нет никакого соответствующего указа, в том числе о защите традиционных ценностей.

Кто-то ведь лоббирует, кому-то этот указ очень не нужен, понимаете? Кто-то сдерживает все эти факторы. Здесь очень важно, чтобы учитель понимал, что мы должны сегодня относиться к Украине вот так-то и так-то. Каждая страна должна себя защищать.

– Подождите, а при чём здесь "прописывать"? Возьмите у сотрудников какой-нибудь коммерческой компании их договор. Там не прописано, что я не буду говорить то-то и то-то. Там даже, может быть, не прописано, что я не имею права плохо говорить о начальнике. Там есть некие формулы, которые показывают, что человек не имеет права, к примеру, оскорблять саму компанию, негативно о ней отзываться и прочее прочее прочее.

Почему бы то же самое не прописать относительно государства? Я не имею права на своём рабочем ли месте, в социальных ли сетях… ну и далее какие-то формулы прописать. Это что, так сложно? Или этого не надо делать?

В.П.: Я думаю, что это принизит достоинство России. Я считаю, что в законе хорошо было бы прописать именно о государственной образовательной политике, а в контракте указать, что учитель понимает, осознаёт и работает в этом направлении. Что он соблюдает определённые нравственные категории, которые прописаны в законодательстве.

Владимир Просвиркин: Среди учителей, воспитателей немало сложных людей, которых к школе близко нельзя подпускать. Фото: Царьград.

Вот этот пункт необходим. Потому что есть, конечно, среди учителей, воспитателей немало сложных людей, которых к школе близко нельзя подпускать. Это, действительно, факт.

Электронные дневники исключают живое общение с учеником

– Что нового будет в школах в этом году? Анонсировалось, что меньше станет бюрократии, что сократится объём писанины у учителей. И вот этот элемент патриотизма – поднятие флага, в начале каждой недели ученики будут петь гимн России. И конечно, электронные учебники и электронные дневники.  

В.П.: Электронные дневники исключают живое общение с учеником. В них стали вставлять портфолио, в котором описывается внутреннее состояние ученика, его достижения, его психический портрет. Даже стали фиксировать неуспехи детей.

Фактически в любой комиссии учитель может посмотреть все эти данные и сделать свои умозаключения, не видя вообще ученика. Это никуда не годится. Такая же картина наблюдается сегодня и в медицине. Цифровизация должна происходить, но не надо избегать живого общения.

Что касается совершенно нового. Я 40 лет проработал в школе директором, из них 38 лет – в одной и той же школе. И мы каждый год пели гимн, поднимали флаг, так что для меня это не новое. Всё зависит от гражданской позиции самого руководителя учреждения, самого учителя. То, что этот пункт введён, я считаю, правильно сделали.

Что касается бумажной писанины, то многие регионы перестраховываются и даже при цифровой обработке всё равно требуют бумажные копии. Пока это остаётся.

Страшнее другое – искусственный интеллект оценивает семьи

Э.Ж.: Электронные дневники не освобождают учителя ни от какой волокиты, они ещё и добавляют её, как мне рассказывали сами учителя. Потому что им многое приходится дублировать в бумажном варианте.

Ещё страшнее, что, вопреки вето президента, которое наложено в 2016 году, в школах используются программы системы "Контингент", которая собирает данные по всем детям, по их семьям. И соответственно, искусственный интеллект проводит оценку благополучия семьи.

На какое-то время с этими программами поутихли, а сейчас снова повсеместно начали использовать. В Перми – это система "Траектория", в Москве – "Классный помощник", во Владимирской области – это "Барс". И у всех них одна основа – "Контингент".

У нас появились инструкции, как заполняется эта система. Раз в две недели учитель, в компетенцию которого, вообще говоря, не входит слежка за семьёй, должен вносить данные о конфликтах с учителем, конфликтах с родителем. Потом появляются оценочки, появляются сигналы – красный, оранжевый, зелёный, жёлтый.

По сути, это уже выстраиваются социальные рейтинги, социальные траектории. То есть это открытое беззаконие, которое несёт в себе ювенальный риск.

– Элина Юрьевна, а в чём опасность, если это становится реальностью повсеместно?

Э.Ж.: Всё это заполняется, согласно методичкам, которые создавались организациями, находящимися под иностранным влиянием. И они почему-то никуда не делись, а вполне процветают.

В этих методичках, к примеру, написано "ненадлежащее воспитание". И даются определения: грустный ребёнок, весёлый ребёнок, слишком общительный, малообщительный, ковыряет в носу, раскачивается на стуле, часто опаздывает, часто болеет и так далее. И всё это – факторы неблагополучия.

Записываются конфликты с учителем, конфликты с родителями и так далее. А у кого их нет?

– А дальше эта база куда?

Э.Ж.: Дальше если семья накапливает определённое количество баллов – то она попадает в СОП, в Систему опасного положения. И для неё разрабатывается конкретный сценарий слежки за семьёй и так далее. А дальше вы сами знаете что.

Программа "Мы в курсе" выходит на "Первом русском" каждый будний день в 12:00. Не пропустите!