Виктория Галушка требует 84 млн рублей у экс-мужа Цекало
Виктория Галушка, бывшая жена Александра Цекало, скрывает детей в Латвии, ограничивая общение с отцом и требуя у него 84 млн рублей. После развода она продала оставленный Цекало особняк, но не смогла обеспечить детям стабильное жильё.
Бывшая жена продюсера Александра Цекало, Виктория Галушка, известная также как сестра Веры Брежневой, скрывает их детей в Латвии. Об этом сообщает StarHit, ссылаясь на источник из близкого окружения бывшей пары.
По сведениям информированных источников, Виктория не только ограничивает контакт с детьми, но и намеренно формирует у 17-летней дочери Александры и 13-летнего сына Михаила негативное восприятие отца, продолжая при этом требовать от него значительные суммы денег.
«Он уже несколько лет не видел сына и дочь, хотя всегда был вовлечённым отцом», — подтвердили люди, знакомые с ситуацией.
Источники также сообщили, что Галушка продала особняк, предоставленный Цекало после развода, чтобы у детей была возможность жить в собственном доме, к которому они привыкли и где ощущают безопасность. Однако обеспечить детей новым подходящим жильём она не смогла. Виктория регулярно меняет места жительства и переводит детей в разные учебные заведения.
Брак между Галушкой и Цекало длился десять лет. После его расторжения Виктория вернула девичью фамилию и стала обладательницей подмосковного особняка на Рублёвке, который получила в дар и позже продала. Сообщается, что недавно она снова вышла замуж, оформив брак в Латвии.
Ранее появилась информация, что Виктория Галушка предъявила требования к Александру Цекало на сумму почти 84 миллиона рублей. Согласно данным пресс-службы судов Москвы, она подала заявление в Лефортовский районный суд с целью взыскания указанной суммы в виде долгов по алиментам и брачному договору.
Ранее мы писали о деле Алексея Леонова, который оказался в центре внимания СМИ после обвинения в двойном убийстве в Гоа. На допросе он признался в своих психопатических наклонностях и особой неприязни к женщинам с именем Елена. Мать Леонова, уверенная в его невиновности, утверждала, что не знала о подобных чертах характера сына.