"Петрович" и "Люба" против 50 боевиков ВСУ: Штурмовик "Вагнера" разоткровенничался о "боевых бомжах" ЧВК Пригожина

Как попал на фронт

В общей сложности наш собеседник отсидел 28 лет. Последний срок, который он получил, - 22 года. После оглашения приговора он сказал своей жене:

"Дадут много, ждать, наверное, не стоит. В лучшем случае выйду через 10 лет". А сам умом понимаю, что не ранее чем через 18. Не знаю, что меня тогда за язык потянуло. Как будто почувствовал. Хотя шёл только 2013 год, и не было ещё никаких переворотов на Украине и войны в Донбассе. А жена спокойная, говорит: я знаю, если ты сказал, значит, так и будет.

Как в воду глядел - год назад он вернулся домой из Бахмута, прошло 10 лет.

ФОТО: Коллаж Царьграда

По словам Сергея, в колонии у него был друг, бывший военный. Когда началась спецоперация, он предложил написать письмо в Минобороны, чтобы их взяли на фронт. Но ответа так и не последовало. Зато приехал Пригожин - прилетел на вертолёте. По словам Сергея, "дядя Женя любил эффектные жесты".

Первым делом глава ЧВК заявил:

Красная армия сейчас не везёт коляску. Поэтому мне нужны штурмовики. В первую очередь те из вас, у кого срок лет 20 и кто получил его за умышленное убийство, а не за кухонную драку. Мне нужна ваша выживаемость, ваш нестандартный подход.

Пригожин предупредил, что подписавших контракт ждёт "мясорубка", но в тюрьму они больше не вернутся. В 12-й колонии Нижнего Тагила "оркестр" пополнился 180 "музыкантами". Всех привезли под Луганск в ПВД.

Игрушки "музыкантов"

Первый бой после подготовки они провели за местную автозаправку - с 20 метров по ним бил пулемётчик, с 50 - танк.

ФОТО: Коллаж Царьграда

Они выполнили боевую задачу: взяли заправку, уничтожили танк. Тот три раза выезжал на дорогу, но на третий на его пути наложили противотанковых мин, и он подорвался. По словам Сергея, после первого боя отношение к тебе в "Вагнере" сразу меняется, ты для всех становишься равным, своим.

Бои за заправку шли две недели. Вэсэушники её отбивали, а вагнеровцы брали вновь. Сергей нашёл себе маленький окоп под кустом, в нём укрывался. По его словам, с юмором на фронте всё было в порядке:

Позывные зэкам давал компьютер. И так получилось, что на одном участке, где наступал противник, уцелели только бойцы с позывными "Петрович" и "Люба". Они вдвоём отбивались от примерно 50 боевиков и ещё перешучивались: "Люба, ты куда, подлюка, от меня сбежала?", "Петрович, ещё раз сделаешь так - подаю на развод!"

Сергей вспоминает, что на контрасте с окружающим адом у бойцов было желание поделиться с кем-то теплом. Однажды из Бахмута вывезли женщину с двумя детьми - мальчишками 6 и 8 лет. Сразу вывезти их не было возможности, поэтому на ночь определили в катакомбы. И каждый из "музыкантов", по словам Сергея, хотел поиграть с детьми, что-то им подарить, принести что-нибудь вкусное.

Утром "кашники" (заключённых так называли, потому что их набор в "Вагнере" назвали "Проект К") принесли пацанам два мешка чистой детской одежды, планшет с русской школьной программой и много сладостей. Взводный удивился: "Не понимаю, у вас нет денег, наличку на руки не дают, откуда вы всё это взяли?"

Мы и своё тоже отдавали. У многих с собой были игрушки - за пазухой или в рюкзаке. Я, например, лисёнка таскал,

- объясняет Сергей.

У штурмовиков не было опознавательных знаков и шевронов. Поэтому их ещё называли "боевыми бомжами".