"Неотправленное письмо" - забытый шедевр, изменивший голос одного актёра и чуть не убивший другого

Чаще всего приключенческую драму Михаила Калатозова "Неотправленное письмо" (премьера состоялась в 1960 году) вспоминают в связи с обстоятельствами "получения" актёром Василием Ливановым (впоследствии лучшего Шерлока Холмса всех времён и народов) своего незабываемого хриплого голоса.

К началу работы над картиной у 24-летнего артиста-дебютанта голос был вполне обычный, без особых признаков. Однако в процессе у Ливанова появился его знаменитый "надломленный" тембр. Обстоятельства этого события описываются по-разному. То ли Калатозов переморозил артиста и его коллег непосредственно во время съёмок в сибирской тайге. То ли режиссёр переусердствовал уже на этапе озвучивания смонтированного фильма, ради достоверности заставив Ливанова выкрикивать фразы в микрофон на открытом воздухе при температуре минус 40. Ключевые моменты одинаковы: очень низкая температура плюс перенапряжение голосовых связок - и в итоге "фирменное звучание" голоса Василия Ливанова а-ля Карлсон и крокодил Гена.

Но картина "Неотправленное письмо" достойна войти в историю кино не только как "виновница" медицинско-вокальных передряг артиста Ливанова.

Чем Калатозов хуже Хичкока?

Прежде всего этот фильм - наглядная иллюстрация того, что выдающееся произведение может оказаться незамеченным и неоценённым современниками. Для Михаила Калатозова это была первая работа после его триумфа на Каннском кинофестивале с фильмом "Летят журавли". Сработавший на укрепление авторитета отечественного кино и всего СССР на международной арене, постановщик получил определённый карт-бланш от киноначальства и в новой ленте мог позволить себе творческие эксперименты.

В качестве основы сценария Калатозов взял рассказ Валерия Осипова об экспедиции геологов в Западно-Сибирскую тайгу в поисках алмазного месторождения. Режиссёр одним из первых в нашей стране попробовал свои силы в жанре, который на Западе известен как триллер. Причём эмоционального и психологического напряжения постановщик достигал как за счёт тлеющего конфликта между действующими лицами, так и благодаря противопоставлению человека и стихии, сил природы. Благодаря этому на базе вполне стандартного "производственно-героического" сюжета у Калатозова получилось первоклассное произведение едва ли не в духе Альфреда Хичкока.

Как мировое кино могло лишиться Смоктуновского

Высокому качеству картины, безусловно, способствовал великолепный актёрский состав. Помимо Ливанова в фильме снимались Евгений Урбанский, Татьяна Самойлова и Иннокентий Смоктуновский.

Последний на съёмках чуть не расстался с жизнью. По воспоминаниям Ливанова, при съёмках эпизода с плывущим по Енисею на плоту геологом Константином, персонажем Смоктуновского, актёра привязали к плавучему средству. Это показалось наиболее безопасным, ведь для эффектного кадра плот должен был двигаться по реке довольно быстро, для чего его присоединили тросом к катеру.

В процессе съёмок обнаружилось, что катер поднял сильные волны, которые на большой скорости стали швырять плот из стороны в сторону. Смоктуновский поднял руку, сигнализируя, что ему некомфортно. Однако охваченные азартом творчества режиссёр и оператор картины Сергей Урусевский решили не выключать камеру ещё несколько минут. В итоге оказалось, что Смоктуновский получил сотрясение мозга и едва держался на плоту - удалось избежать трагедии чудом.

Двойная реставрация

Фильм "Неотправленное письмо" ожидал холодный приём как на Родине, так и за рубежом (второй визит Калатозова в Канны оказался "холостым"). После этого о картине забыли более чем на 35 лет, пока о ней не вспомнил знаменитый голливудский режиссёр Фрэнсис Форд Коппола. Он был впечатлён советской кинолентой ещё в 1960-е и в 1995 году оплатил техническую реставрацию фильма и организовал его прокат в США.

Впрочем, реставрация "от Копполы" не была окончательной - она позволила привести долгие годы пролежавший в хранилище "Мосфильма" фильм в удовлетворительное техническое состояние для показа в кинотеатрах. Однако полученные плёнкой "травмы" остались: царапины, размытости, потёртости, "ворсинки", затемнения или, наоборот, засветления.

Провести полномасштабную реконструкцию ленты киноконцерну "Мосфильм" удалось только в 2020 году. В связи с тем, что во многих кадрах присутствует пламя или текущая вода, обработка специальными программами в авторежиме не всегда позволяла достичь нужного результата. Царапины и другие дефекты реставраторам приходилось "заглаживать" вручную.