Перепутали с маньяком: Юрий Мозола погиб в СИЗО по подозрению в убийствах Оноприенко

Весной 1996 года во львовском следственном изоляторе погиб человек, не совершивший ни одного из преступлений, в которых его обвиняли. Юрия Мозолу задержали по подозрению в серии жестоких убийств, но бумага, которая должна была вернуть ему свободу, осталась у следователя. Пока невиновный человек умирал в камере от пыток и побоев, настоящий убийца оставался на свободе - и был пойман лишь спустя несколько недель, пишет МК.

Страх на улице и задержание невиновного

Весной 1996 года Львовская область жила в страхе. Неизвестный преступник проникал в частные дома, убивал целые семьи и случайных свидетелей. Только в селе Братковичи его жертвами стали более десяти человек. Люди не знали ни мотивов убийцы, ни места следующего удара. Часть жителей покинула дома, в село направили милицейские подразделения и бронетехнику. Правоохранители проверяли каждого, кто хотя бы отдалённо подходил под описание серийного убийцы.

27 марта пожилая жительница Городка сообщила, что видела соседа Юрия Мозолу с незнакомым вооружённым мужчиной. Информация впоследствии не подтвердилась. Но в атмосфере всеобщего ужаса и давления на силовиков одного такого слуха хватило. Мозолу задержали вечером в квартире сестры и увезли во Львов. Его жена Нина не знала, куда пропал муж. На следующий день сотрудники СБУ пришли к ней на работу и объявили, что Юрия подозревают в тяжких преступлениях.

Женщину допрашивали несколько часов. Силовики пытались выяснить, кто ещё мог жить вместе с супругами, хотя те с ребёнком едва помещались в одной комнате. Затем в квартире провели обыск. Доказательств связи Юрия с убийствами не нашли. Но по городу уже расходились слухи, будто у слесаря автосервиса обнаружили оружие и боеприпасы.

Бумага, которая не дошла до изолятора

Распоряжение задержать Мозолу, согласно материалам судебного процесса, отдали устно. Старший следователь Львовской областной прокуратуры Иван Телишевский допрашивал его как свидетеля. Права мужчине не разъяснили, адвоката не предоставили.

На следующий день состоялся ещё один допрос. К этому времени следователь уже понял, что оснований удерживать Юрия нет. Телишевский подготовил постановление об освобождении и получил подпись заместителя прокурора. Оставалось передать документ в изолятор.

Следователь этого не сделал.

Постановление об освобождении не поступило в СИЗО и не появилось в материалах дела. Юрия продолжили удерживать в камере, где ему сообщили, что его подозревают в серии жестоких убийств. Позднее специалисты Киевского городского центра судебно-психиатрической экспертизы установили, что это известие вызвало у задержанного реактивный психоз. Он стучал в дверь камеры, требовал следователя, освобождения и соблюдения закона. В ответ сотрудники изолятора применили силу.

Карцер вместо свободы

Задержанные из соседних камер рассказывали в суде, что Мозолу неоднократно избивали. Его крики были слышны за стенами. К утру 30 марта Юрий уже получил тяжёлые повреждения. Медицинскую помощь ему не оказали. Вместо этого задержанного поместили в карцер, лишили пищи и надели смирительную рубашку. Ни обязательного разрешения врача, ни медицинского освидетельствования не было.

В тот же день истекал трёхдневный срок задержания. Мозолу обязаны были освободить, однако прокуратура санкционировала его дальнейшее содержание под стражей. Доказательств причастности к убийствам по-прежнему не существовало. Постановление об аресте следователь принёс в карцер. Юрий лежал на полу, почти не двигался и не мог поставить подпись. В документах записали, что задержанный отказался это сделать.

Сотрудники дежурной смены видели, что состояние стало критическим. Смирительную рубашку сняли, но врача сразу не вызвали. Мозолу оставили на полу, а сменившим их коллегам сказали, что он устал и спит. Скорую помощь вызвали лишь днём 31 марта. Прибывшие медики констатировали смерть. Причиной назвали механическую асфиксию от сдавливания грудной клетки.

Фальшивые документы и следы укусов на руках

Смерть задержанного потребовалось объяснить. В управлении начали оформлять рапорты задним числом, которые должны были оправдать применение силы и смирительной рубашки. Следователь Телишевский, по данным судебной хроники, подделал подписи Мозолы на процессуальных документах. Работникам изолятора предстояло заявить, что Юрий первым напал на сотрудников СБУ.

Двое силовиков рассказали в суде, что начальник смены Олег Позовиков кусал подчинённых за руки, оставляя синяки. Их предполагалось выдать за следы нападения задержанного. Родственникам тем временем говорили, что Юрий якобы сам переломал себе кости. Состояние тела опровергало эту версию, на нём обнаружили многочисленные повреждения и переломы.

Военная прокуратура Западного региона Украины возбудила уголовное дело через 11 дней после произошедшего. Тело эксгумировали. Повторная экспертиза выявила дополнительные травмы и установила, что смерть была мучительной и продолжительной. Один только перечень повреждений занял более 30 страниц.

Настоящего убийцу нашли через три недели

Анатолия Оноприенко задержали 14 апреля - менее чем через три недели после того, как Мозолу увезли из дома. Следствие связало с ним преступления, в причастности к которым подозревали Юрия. В 1999 году суд признал Оноприенко виновным в убийстве 52 человек. Ему назначили смертную казнь, впоследствии заменённую пожизненным заключением.

Показания Мозолы к задержанию преступника не привели. Юрий не подписал признание и не оговорил себя. Пока он находился в изоляторе, настоящий убийца оставался на свободе.

Из сорока фамилий до приговора дошли единицы

Первое расследование гибели Мозолы продолжалось около года. Перед Военным судом Львовского гарнизона предстали сотрудники изолятора Олег Позовиков и Валерий Брайлян. Их обвиняли в халатности, повлекшей тяжкие последствия. Но в деле оставалось слишком много пробелов. Следствие не установило всех, кто избивал задержанного, применил смирительную рубашку и оставил его без помощи. Суд вернул материалы на дополнительное расследование в Генеральную прокуратуру.

Оно заняло почти два года. В списке должностных лиц, связанных с незаконным задержанием и смертью Мозолы, оказалось около 40 фамилий. Часть производств прекратили, некоторые фигуранты попали под амнистию, другие материалы выделили в отдельные дела.

Основной процесс завершился в ноябре 2000 года. Олега Позовикова приговорили к семи годам лишения свободы, Сергея Молчанова - к четырём, Владимира Грицака - к трём. Следователь Иван Телишевский получил пять лет условно. Владимир Левандовский и Роман Пидлужный попали под амнистию. Материалы в отношении Валерия Брайляна и бывшего помощника генерального прокурора Леонида Винокурова выделили в отдельные производства. Изолятор львовского управления СБУ, где погиб Мозола, позднее закрыли.

Родителям пришлось добиваться справедливости отдельно.

Вдову Юрия Нину Мозолу признали потерпевшей. Управление СБУ выплатило ей 50 тысяч гривен, а дочь погибшего стала получать государственную пенсию. Но родители Юрия такого статуса не получили. Иван и Иванна Мозолы лишились единственного сына и кормильца. Оба имели проблемы со здоровьем и находились в тяжёлом материальном положении.

Иск в их интересах подала уполномоченная Верховной Рады Украины по правам человека Нина Карпачева. 28 мая 2002 года Франковский районный суд Львова удовлетворил требования. Областное управление СБУ обязали выплатить родителям 100 тысяч гривен, Львовскую областную прокуратуру - ещё 30 тысяч. Представитель СБУ согласился исполнить решение. Прокуратура намеревалась его обжаловать.

Уважаемые читатели «Царьграда»!

Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram.

Подписывайтесь на наш канал в Дзене. Там все самое интересное.

Если вам есть чем поделиться с нами, присылайте свои наблюдения, вопросы, новости на электронную почту kuzbas@tsargrad.tv