Пророчество Феофана Затворника и Мифология западной демократии

  • Пророчество Феофана Затворника и Мифология западной демократии

Всякий раз, когда русское общество разуверивалось в своих традиционных путях, оно впадало в периодически обостряющуюся у нас религиозно-социальную болезнь под названием "все хорошо, что не наше".

Всё своё, от Веры и государства до повседневного бытового уклада жизни ставилось под сомнение, и наше общество быстро превращалось в социум, в котором именно русскому человеку становилось невозможно жить.

По сути, это недовольство самими собой и своим предназначением было всегда недовольством Богом, создавшим нас такими, какими Он хочет нас видеть, и предначертавшим нам исполнить в мировой истории то, что Он задумал о нас как о народе.

Так думать помогает нам сам апостол Павел, учивший в своей речи в Афинском ареопаге, что именно Бог создал различные народы, каждому дав своё предназначение и территорию ("назначив предопределенные времена и пределы их обитанию" (Деян. 17:26)).

Анархический бунты под лозунгом "хотим быть как все", с вариантами - хотим как в Европе или как в Америке, есть наша псевдоосвободительная пораженческая философия, всегда приводившая нас через свободолюбивые мечтания к разбитому корыту исторической реальности.

Ещё Святитель Феофан Затворник (1815-1894), проведший в подвижническом уединении почти 28 лет, пророчески утверждал, что "Западом и наказывал и накажет нас Господь... припомним двенадцатый год: зачем это приходили к нам французы? Бог послал их истребить то зло, которое мы у них же переняли. Покаялась тогда Россия, и Бог помиловал ее. А теперь, кажется, начал уже забываться тот урок… опять пошлет на нас Господь таких же учителей наших, чтобы привели нас в чувство и поставили на путь исправления. Таков закон правды Божией: тем врачевать от греха, чем кто увлекается к нему". (Мысли на каждый день года. С. 461).

Святитель Феофан Затворник (1815–1894). Фото: www.pravoslavie.ru

"Припомните историю судей Израильских - со скорбью говорил Святитель Феофан. - В продолжение четырехсот лет повторялся у них следующий ход событий. Как скоро отступали от правил жизни, заповеданных им Богом чрез Моисея, и перенимали новые у соседей, тотчас были предаваемы в плен сим самым учителям их. Когда каялись и возвращались к прежним нравам, Бог посылал им избавителя и освобождал их из-под ига… Так было раз до 12-ти [раз]… чтобы хорошенько затвердили они, а чрез них и все, что от правил жизни, Богом преданных, уклоняться нельзя безнаказанно".

(Проповедь на день Рождения Наследника Цесаревича Николая Александровича, 1863 года).

Увлечение либеральными и социалистическими западными учениями привело нас к ужасному XX столетию. Коммунистическое правление, своей кровавостью должно было излечить нас от увлечения западным народоправством.

Смута, зародившаяся в головах нашей демократической интеллигенции различных политических мастей, задолго до революции стала результатом сильнейшего мировоззренческого гипноза Запада.

Политическая литература, приходившая из Европы, практически хором распространяла в русском обществе убеждение, что суть государства должна быть везде и всюду одна и та же - европейская. Политически неокрепшие умы не способны были воспринимать эту пропаганду сколько-нибудь критически.

Непригодность западных идей, родившихся в другой социальной среде с другим историческим развитием, не приходила на ум людям, не способным жить своей головой.

Лавина западной политической пропаганды, подхваченная нашими интеллигентскими "янычарами", несла свою революционную разрушительную силу. Как в знаменитой пушкинской "Сказке о рыбаке и рыбке", наши западники не замечали никаких эволюционных улучшений в Российской Империи и требовали и требовали всё большего и всё более несбыточного рая на земле, и оказались со своей революцией у разбитого корыта русской государственности.

Русская освободительная интеллигенция находилась в стадии политической Реформации, глубочайшего протеста против русской традиции. Наши политические "протестанты-освободители" уверились, что только европейское развитие государственности и есть настоящий, универсальный прогресс государства для всего мира.

Русская интеллигенция в большинстве своём интеллектуально изменила своему народу, сменив русскую монархическую политическую веру на европейские варианты политического иноверия.

Встав на этот европейский путь, нужно было только уничтожить до основания те "странные" русские государственные учреждения, которые выросли за тысячелетнюю "варварскую" историю на нашей почве. И тогда можно пересадить то чаемое государственное растение народоправства, от которого ждали истинных чудесных плодов и наши либералы, и наши социалисты. Каждый туземный "освободитель", конечно, ждал своих плодов, поскольку читал только тех авторитетных государственных западных политических "садоводов", которые соответствовали его социал-селекционным мечтаниям.

Принимая идею народного суверенитета, демократию, огромные массы полуобразованной разночинной интеллигенции, перейдя в другую политическую веру, требовали сжечь в огне революции то, чему служили их предки многие столетия русской истории.

Оригинальность ситуации состоит в том, что Европа королей, римских пап, Европа классической европейской культуры сама стала в своё время жертвой народовластия. Именно теоретики народовластия подточили и разрушили величайшие европейские государства и привели к упадку всю европейскую цивилизацию, свидетелями чего мы с вами являемся уже на стадии утилизации.

Сегодня нам важно понять, как это "политическое заболевание" проходило в европейских условиях. Какие идеи стали деконструкторами европейских ценностей. Для того, чтобы демифологизировать и обезвредить для нашего общества экспортированные к нам идеологические заряды политического культа демократии.

Монархомахи

Идеи народоправства всплыли в Европе в эпоху религиозных войн, Реформации и Возрождения, на фоне интереса к античным языческим авторам, прежде всего в монастырях и университетах.

Все эти начитавшиеся античных авторов "монархомахи" (борцы против монархии), введшие понятия "суверенитета народа", проповедовавшие идеи борьбы с тиранами и убийства неугодных королей, были яростными религиозными фанатиками либо протестантами (гугеноты, кальвинисты), либо католиками (особенно иезуиты типа Хуан де Мариана или Франсиско Суареса). И те, и другие основывали свои рассуждения либо на "естественном праве", либо на интересах своих религиозных организаций.

Абсолютизм европейских королей мешал радикальным католикам в их отстаивании "теократических" вселенских прав римского папы, а протестантам в защите свобод своих религиозных общин.

Так, например, католик-иезуит Суарес (1548–1617) говорил о том, что власть имеет естественное происхождение, а не делегацию от Бога. Сама власть по воззрениям монархомахов озвучивалась как делегация от народа, в котором она возникает, а значит, общество может отнимать эту власть у королей. Народная воля для них была единственным источником власти королей.

"Теократическая" католическая доктрина признавала власть королей производной от папской. Только полномочия, данные папской властью, делали в их глазах королей законными правителями, которым следует подчиняться. Если нет, католические идеологи призывали к неповиновению таким правителям и даже организовывали убийства королей. Здесь католическая "теократическая" доктрина сливалась с демократической, ставя народную волю выше национальных Государей. Это было определенным этапом в развитии европейских революционных идей.

"Естественное право"

Следующим важным этапом развития европейских идей, способствовавших появлению идеи народовластия, стала идея "естественного права". Ещё в средневековье появились идеи первобытного договора и народного суверенитета.

Знаменитый Гуго Гроций, считающийся основателем школы "естественного права", перенял от поминавшегося нами иезуита Суареса идею о первобытном, изначальном "социальном договоре", будто бы заключенным для создания человеческого общества. Это предположение пыталось объяснить создание из отдельных людей, не связанных между собою, первого социума.

Гуго Гроций (1583-1645). Фото: www.globallookpress.com

Эта философско-юридическая школа считала несомненным предположение, что были времена, когда человечество жило без всякого общественного строя и каких бы то ни было законов. А человек жил вне всякой социальной зависимости, и не подчинялся ничьей властной воле.

По сути, это никогда недоказанное предположение стало догматом в отстаивании некоего "золотого века", когда люди находились в счастливом и безобщественном состоянии свободы.

"Общественный договор"

Появление государства и власти объяснялось ещё более невероятным предположением, что люди добровольно отказались от своей свободы и заключили некий "общественный договор".

Суть этого предполагаемого "общественного договора" сводилась к тому, что якобы свободные люди сформировали власть, которой поручили управление над самими собой.

Эти кажущиеся на первый взгляд совершенно безобидные предположения привели буквально через сто-двести лет к жесточайшему уничтожению старого порядка во Франции и послужили идеологическим фундаментом к революционным преобразованиям во всей Европе и в России.

Революционеры на основе предположений о "естественном праве" и "социальном договоре" сделали свои всесокрушающие выводы. Если всякая власть в государстве и обществе есть результат свободного договора всех граждан, то значит, эти граждане и есть обладатели власти, и всегда могут разорвать этот договор между собою и властью. А раз все одинаково участвовали в договоре, по которому была основана сама власть, то все люди одинаково равны, и могут стать опять свободными, если уничтожат договор, а значит, и саму власть.

Английский философ Джон Локк и французский Жан-Жак Руссо развили эти идеи до требования отсутствия всякой зависимости человека от человека, и постулировали абсолютную свободу индивида от общества и власти. Демократическая революция, как право народа на восстание против королей, после книг Локка "Размышления о славной революции 1688 года" и Руссо "Общественный договор" получила свой теоретический фундамент. И не заставила долго себя ждать.

Как писал знаменитый французский историк революции Ипполит Тэн (1828–1893), "была найдена такая теория, которая могла оправдать всякое преступление народной массы ("Происхождение современной Франции").

Ипполит Тэн (1828–1893). Фото: www.globallookpress.com

Власть стала восприниматься как слуга народа, который может прогнать или наказать, вплоть до смертной казни своего властного "слугу". Народ освобождался от всяких обязанностей в отношении государства и власти и становился сам Верховной властью, которая избирая, формирует государство.

Эта всеобщая свобода создала такой коллективный деспотизм в партийных тоталитаризмах в XX столетии, который не снился никаким Чингисханам.

Редко кто задавался вопросом, а собственно, чем доказано, что при переходе от естественного, первобытного быта к государственному был заключен некий первоначальный "общественный договор" или что существовало некое изначальное "естественное право"?

Локк писал, что, мол, "исторические документы возникли после социального договора, а потому история не могла сохранить письменных свидетельств о естественном состоянии".

Спустя некоторое время Руссо уже говорил, что "положения, составляющие суть этого договора, быть может, никогда не были формально выражены".

Иначе говоря, народовластие здесь предстаёт уже чистым софизмом, недоказанной хитрой выдумкой философов.

Так на чем же тогда у нас основано народовластие, если доказать реальность некоего первоначального социального договора невозможно?

Да, собственно, ничем. Эта политическая вера, в которую мы перешли после революции 1917 года, не имеет никакой доказательной базы, только мировоззренческую инерцию, основанную на дурной западнической демократической убежденности, что "все хорошо, что не наше".

Пора возвращаться от западных политических химер, которыми мы, как блудные сыны нашего исторического Отечества, пробовали жить последние сто лет, к национальному трехцветному знамени, о сохранении которого пророчески призывал русских людей Святитель Феофан Затворник, говоря в своих проповедях: "Издавна охарактеризовались у нас коренные стихии жизни русской… привычными словами: Православие, Самодержавие и Народность".

Вот что надобно возрождать!

Загрузка...

Ссылки по теме:

10 лучших книг 2017 года о революциях

Михаил Смолин: Как не соблазниться заветами февраля и октября 1917-го?

Михаил Смолин: Монархия - идеал вечный и всегда возможный

Оставить комментарий

Зачем нам ехать на Олимпиаду? Сирия: Турки наступают, США юлят
Новости партнёров