Лайт-православие по-ютуберски
Фото: VladKol/shutterstock.com
Церковь

Лайт-православие по-ютуберски

Ютуб-проповедь как жанр и метод имеет право на существование, однако грань, где проповедник превращается в банального влогера, гонца за хайпом и трафиком, слишком тонка

«Пострадал за Ленина». «Священнику отказали в праве вести службу после посещения мавзолея». «"Красный киберпоп" запрещен в служении на три месяца». Это лишь малая толика новостных заголовков, посвященных делу протоиерея Андрея Федосова. Батюшки-ютубера из Самарской митрополии, известного под ником «Киберпоп», который, говоря языком современной молодежи, удачно «словил хайп» (сразу оговорюсь, что весьма нелюбимые мной интернет-жаргонизмы здесь придется использовать еще не раз).

Причем «словил», что называется, по полной: оказавшись в топах новостей, получив сомнительную славу, хотя и отнюдь не заоблачную посещаемость своих скандальных публикаций. Тот самый вожделенный трафик, который некоторые успешно «монетизируют» (однако для этого явно недостаточно быть киберпопом с неполными 40 тысячами подписчиков), не обретен. Итог — близящийся церковный суд и уже упомянутое временное запрещение в священнослужении. Отец Андрей на время лишился главного, что есть у каждого православного священника: возможности предстоять перед Престолом Божиим, совершая Таинство таинств — Евхаристию.

Телеканал «Царьград» уже неоднократно освещал эту тему, на наших страницах к ней обращались Михаил Смолин, Дмитрий Сивиркин и Александр Дворкин. Каждый из них дал достаточно жесткую оценку ленинофилии «Киберпопа», однако только профессор Дворкин копнул глубже, подняв тему видеоблогеров («влогеров») в священном сане. В частности — ответственности православных пастырей за каждое слово, произнесенное в публичном сетевом пространстве, а главное, о самом формате подобной «киберпроповеди»:

"Киберпопы" в один голос говорят о миссионерской значимости своей интернет-деятельности. Честно сказать, я ее не увидел. Как они, устав от своей реальной паствы, обращаются к виртуальной, так, подозреваю, значительная часть их слушателей/почитателей вместо живого общения с реальным, живым священником в храме неподалеку предпочитают одностороннее общение с виртуальными киберпопами.

Конечно, с появлением новых технологий автоматически не появились новые церковные правила, каноны, регламентирующие поведение православных клириков и мирян в тех же социальных сетях. В древности не было соборных постановлений в духе: за злостный троллинг – «аще клирик – извержен будет, аще мирянин – отлучен» (и тому подобное, пусть в меньшей степени, за кликбейт и прочие сетевые грехи). Хотя в той же Русской Православной старообрядческой Церкви еще в 2007 году вышло соборное постановление «О персональной ответственности за публикации в интернете и СМИ», где, в частности, указывалось:

Всем православным христианам, верным чадам нашей Церкви, при выступлениях в Интернете и иных СМИ по церковным вопросам запрещается пользоваться псевдонимами ("никами"). При выступлениях в Интернете и иных СМИ по церковным вопросам православные христиане должны полностью указывать свое духовное звание, имя и фамилию...

Но сетевая анонимность — лишь часть проблемы. Так, те же киберпопы, напротив, только рады продемонстрировать себя, соревнуясь в искусстве... хотел написать «проповедничества», но осекся. Да, те же апостолы с большим уважением относились к людям различных традиций, умея быть «с эллинами — как эллины, с иудеями — как иудеи», но это отнюдь не значит, что в гомилетике (проповедническом мастерстве) они могли быть, к примеру, «с урками — как урки». А соответственно, хочется задаться вопросом: действительно ли даже миллион (в реальности — обычно не больше десятка тысяч) просмотров твоего очередного «влога» стоит тех рисков, которые несет вся Русская Православная Церковь, к примеру, из-за твоего нарочито молодежного сленга?

Последнее касается не уже неоднократно упомянутого «Киберпопа». На пятки протоиерею Андрею Федосову наступает другой кибербатюшка — 25-летний минский священник Александр Кухта. Его видеоблог «Batushka ответит» (16 тысяч подписчиков) стилистически весьма отличается от «Киберпопа», причем, на мой взгляд, не в пользу младшего служителя Церкви Христовой. Юный пастырь активно использует нарочито молодежную форму подачи материала, с тем же самым сленгом и шутками, порой, что называется, «на грани фола».

По уверениям отца Александра, который не раз давал интервью либеральным СМИ, «только в таком формате в современном мире можно обращаться к той аудитории, на которую я ориентирован». При этом самая популярная видеопубликация «батюшки, который отвечает за все», набрала чуть больше 100 тысяч просмотров. Неплохо, конечно, но налицо — кликбейт (нарочито сенсационный заголовок): «Сколько получает священник и откуда деньги у храма? Куда потом они тратятся?». В других случаях, как ни изворачивается этот младопастырь (напяливая санта-клаусовскую шапку или даже беседуя с малолетним кощунником «Пастриархом Церкви Летающего Макаронного Монстра»), посещаемость его «влогов» остается на уровне нескольких тысяч.

Подчеркну: здесь я намеренно не затрагиваю личную позицию упомянутых священников-ютуберов, хотя того же отца Александра Кухту отличает весьма либеральная позиция по многим общественным и религиозным вопросам. Речь не об этом, а о том, стоит ли затеянная кибербатюшками игра тех свеч, которые, возможно, принесут в храмы люди, привлеченные их интернет-проповедями? Уверен, в данном отношении КПД или, опять-таки выражаясь современным языком, KPI их деятельности минимален. При том, что уже упомянутые риски весьма высоки.

И в первую очередь эти риски связаны с тем, что в результате этого киберпроповедничества далекие от Церкви люди могут начать воспринимать пастырей как «дружище Иисуса» из американского кощунственного фильма «Догма». В качестве же Православия — этакое «лайт-православие», лишенное аскезы и полностью подстроенное под воцерковляющегося представителя той или иной субкультуры или даже контркультуры (не раз слышал о «православном гламуре» и, напротив, «панк-православии» и с поистине леденящим кровь ужасом представляю «А. У. Е. — православие»).

И еще. Лично я искренне надеюсь, что протоиерей Андрей Федосов вернется к священнослужению, сделав серьезную работу над ошибками. Как надеюсь, что юный батюшка Александр уже очень скоро возмужает и прекратит клоунничать в подряснике и с крестом (к слову, вопрос, что в священный сан рукополагаются люди, не достигшие канонического 30-летнего возраста, крайне актуален, исключения бывали во все годы, но только сейчас они вошли в правило). Выводы же из случившегося в Самарской митрополии нужно сделать повсеместно.

P. S. Когда этот текст уже был написан, на сайте Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ появился документ «Видеоблоги священников Русской Православной Церкви: рекомендации и советы», где, в частности, сказано:

В отличие от храмовой проповеди, в видеоблогинге является допустимым выражение эмоций, самоирония, добрые шутки, умеренная жестикуляция и другие невербальные способы коммуникации. По этой причине священнику, ведущему видеоблог, важно найти срединный путь между излишне субъективной подачей материала, выходящей за рамки церковной традиции, и формальным канцелярским языком, который вряд ли найдет понимание у современной аудитории.

Документ важный, но этого очевидно мало. Собственного мнения скрывать не буду: я за цензуру.

Подписывайтесь на канал "Царьград" в Яндекс.Дзен
и первыми узнавайте о главных новостях и важнейших событиях дня.

Читайте также:

Распропагандированный поп Уничтожить здоровье: Жадность, кумовство и коррупция в Орловской области «Киберпоп» или поклонник Ленина
Загрузка...
Загрузка...

Новый уровень тотальной слежки: кто будет торговать данными?
В прямом эфире: