Диверсия против СВО и Егора Бероева: На военном враче поставили 12 крестов. Имена предателей известны
На кинофестивале случилось то, что сложно назвать иначе, чем культурный демарш. Члены жюри шептались: "Как можно было привезти эту мерзость?"
Сериал Егора Бероева "Марик" – это восьмисерийная драма о военном враче, возвращающемся в Мариуполь после фронта и плена. И он, сериал, занял последнее место на кинофестивале "Пилот". Итоговый балл – 1,07 из 5. У победителя, сериала "Второе дыхание", – 4,63.
Оценивали не актёрскую игру, не сценарий. Грубо говоря, вообще ничего не оценивали. Двенадцать членов жюри поставили в таблице не "единицу" и не "двойку". Они поставили крест. А он в фестивальной таблице означает – "отказываюсь оценивать".
Военкор "Комсомольской правды" Александр Коц сформулировал суть происходящего предельно жёстко:
Я понимаю единицу. Понимаю звезду с половинкой. Это профессиональная оценка: "Слабо, не верю, актёр деревянный". Крест – другое. Крест – это декларация. Не "фильм плох", а "я отказываюсь к этой теме прикасаться". Это не критика. Это бойкот, оформленный двенадцатью подписями на пятый год войны.
То есть дело не в цифрах. От фильма просто отвернулись.
А давайте-ка с вами посмотрим, о чём "Марик" и почему он стал своеобразной красной тряпкой? В центре сюжета – военный врач Марк Аксёнов, которого считали погибшим. Четыре года на фронте, два года в украинском плену. Возвращение в родную Макеевку, где жена вышла замуж за лучшего друга. И новое начало – в Мариуполе, на скорой помощи. Кстати, Мариуполь в кадре настоящий.
Дитера Болена гонят из Прибалтики: "Он хочет победы России". А Томас Андерс против русских
Но, может, дело даже не в качестве сценария и правдивости локаций? Может, Бероев, который с 2022 года ездит в зону СВО, помогает нуждающимся, находится в санкционных списках Украины, стал бельмом на глазу у трепетных представителей культуры, которые побоялись прикасаться к больной для всех нас теме?
Члены жюри по сути отвернулись от этого фильма. GIF видео ТГ-канал Kotsnews
И тогда вполне логично, что 12 крестов – это оценка не фильму. Это оценка режиссёру. А кто же её поставил?
Военкор Коц не называет фамилий, но указывает: "люди с хорошими лицами", которые частенько бывали в эфире иноагентских СМИ. И у большинства из них публичная позиция по СВО – нейтральное молчание (хотя можно ли тут соблюдать нейтралитет – вопрос спорный).
Конечно, имена всех предателей известны. Но они ничего не боятся. Пятая колонна в России до сих пор имеет покровителей в больших кабинетах. Коц "отметелил" их жёстко:
Зато когда какая-нибудь русофобская кинодрянь – это "новая искренность". А про СВО – крест. Это и есть позиция. Самая удобная: не возмущаться в комментариях под Z-каналами, не уезжать в Юрмалу, но при каждом удобном случае дать понять – "я этой стране не свой".
А теперь интересное – игра на контрастах. Когда "Оскар" получает фильм "20 дней в Мариуполе" с постановочными кадрами и спорным монтажом, наша "прогрессивная критика" аплодирует стоя: "Голос свидетеля, документ эпохи!"
А когда русский режиссёр снимает кино про живой, восстанавливающийся Мариуполь, то это "агитка и пропаганда".
В кулуарах "Пилота" звучало: "Как можно было привезти на наш профессиональный фестиваль эту мерзость?"
– говорит Коц.
И тут же добавляет: не бывает так, чтобы человек был и профессионалом, и слепым на один глаз. Если ты не видишь Мариуполь у Бероева – ты не видишь Мариуполь и других режиссёров.
"Неужели всё так плохо, ты же был патриотом России?" – Стивен Сигал срочно продаёт особняк в Подмосковье
Впрочем, увы, но история с "Мариком" – не единичный случай. В актёрской среде, по данным СМИ, существует негласный запрет на участие в фильмах про СВО. Немало артистов после поездок в зону спецоперации перестали получать роли.
Олеся Железняк, звезда "Сватов", рассказала:
Должен был быть большой проект, где меня утвердили на главную роль. Но внезапно оказалось, что меня не берут: один актёр отказался со мной сниматься из-за моей поддержки СВО.
Актриса Анастасия Макеева подтверждает:
Мой коллега – известный артист, не буду называть фамилию, после наших поездок в зону спецоперации перестал получать утверждения на роли. Я и сама пострадала: многие перестали со мной общаться, перестали приглашать в кино.
Актриса и общественная деятельница Яна Поплавская, чей сын Клим находился в зоне СВО, назвала эту ситуацию "культурной шизофренией":
Где поддержка патриотов патриотами?! Говорите, своих не бросаем?! Но это предатели своих, таких же предателей не бросают, поддерживают и вешают на все телеканалы и проекты. А наши все врозь – вы уж как-нибудь сами. Мы куда идём, товарищи?
Особняком стоит история Дмитрия Нагиева. Актёр, которого публично критиковали за слова о "серости и грязи", оказался, по данным СМИ, в "стоп-листе" части продюсеров, а его рекламные баннеры демонтировали после высказываний о "войне" и "авантюрах на четвёртом году". Учитывая весь контест, очень странно, что Нагиев не пришёлся ко двору, так сказать. Неужели народный резонанс после его скандальных слов всё же возымел действие?
Крест – это не оценка. Крест – это декларация. Фото: ТГ-канал Kotsnews
Так на чьей же вы стороне, мастера культуры? Коц резюмирует:
На пятый год войны, когда мы уже видели всё <…>, люди с хорошими лицами продолжают диктовать нам культурную повесточку.
И да, злополучные двенадцать крестов – это не провал Бероева. Тут скорее вот в чём суть: пока мы позволяем им ставить "кресты" вместо оценок, они будут решать, что нам можно смотреть. А что – "мерзость".