Русская мечта Павла Пожигайло

Откажется ли Россия будущего от разрушительной идеологии чайлдфри (бездетности), а также от Министерства культуры, проповедующего не российские ценности? Гость программы «Русская мечта» член Общественной палаты РФ Павел Пожигайло предложил смелые и нестандартные  решения, для того чтобы сохранить и приумножить население нашей страны к 2050-му году. Ведущий программы Константин Малофеев - заместитель главы Всемирного Русского Народного Собора, председатель совета директоров группы компаний "Царьград" - и его собеседник обсудили вопросы, которые поднимались на 23-м Всемирном Русском Народном Соборе. В программе демонстрируется видеоролик, снятый студией «Старт» (создатель сериалов «Кухня», «Лучше, чем люди»), в котором показано, какими бабушками станут нынешние 20-летние «хипстеры».

Константин Малофеев: Здравствуйте. В эфире «Русская мечта». На прошлой неделе состоялся Всемирный Русский Народный Собор. Это был 23-й Собор. И его темой было «Народосбережение. Настоящее и будущее России». Об этом мы поговорим с нашим гостем – Павлом Анатольевичем Пожигайло.

Павел Пожигайло: Здравствуйте.

К. М.: Здравствуйте. Павел выступал на Соборе с очень интересной зажигательной речью. Мы её обязательно обсудим. Но сначала, чтобы мы вместе с нашими зрителями оказались на одной странице, я хотел бы, чтобы мы показали ролик, который был показан на Соборе. Этот ролик создан студией платформы «Старт», которая сняла сериал «Кухня». «Лучше, чем люди». Вам будет интересен этот мини-сериал, чтобы вы поняли, о чём шла речь на Соборе. (см. видео)

К. М.: Павел, скажите ваше впечатление, как бы вы могли прокомментировать путь этих девушек, или, возможно, ваше отношение к этому пути?

П. П.: Ролик созвучен моей судьбе, вообще-то. Потому что моя русская мечта – она, собственно, начала свершаться в 35 лет. До этого, к сожалению, в бурные 90-е годы, разные были повороты моей судьбы. И в каких-то «горячих точках», в том числе и в Париже, и в модельных агентствах, и в казино.

К. М.: Это вы называете «горячими точками»?

П. П.: В том числе. И Таджикистан, и Приднестровье, и Абхазия. Именно в то время я прошёл по большому кругу, как в притче о блудном сыне. Но, слава Богу, что какое-то чудо случилось. Моя жена работала в Париже, была супермоделью. Мы полюбили друг друга. Сначала я ездил по выходным к ней в гости. Потом она решила вернуться в Россию.

К. М.: Я знаю жену Павла. Она в платке, в храме. Она была супермоделью?

П. П.: Супермодель, да. В агентстве Metropoliten. И на сегодняшний день, слава Богу, моя мечта осуществилась. Она родила мне пятерых мальчишек и двух девочек. Надеюсь, что, может быть, в скором времени появится восьмой ребенок. Я по-настоящему ощутил, что такое счастье. У нас очень хорошая семья. Я её очень люблю. Надеюсь, что и она меня тоже. И сейчас я могу сказать, что имел ту жизнь, я в ней пробыл определённое время, и я имею сегодняшнюю жизнь. Там, где я живу сейчас, – она намного лучше и счастливей. И очень часто, когда приходится выступать перед студентами, перед молодёжью, они задают эти вопросы. Говорят: ну, может быть, деньги, яхта, мир посмотреть…

К. М.: Вот такие девочки, как героини этого ролика.

П. П.: Да. В то время у Ольги были подружки... И многие из них – кто уехал в Японию, кто в Париж, и так далее, – к сожалению, 99% из них попадают, условно говоря, к людям типа Лестермана, не буду расшифровывать эту личность. Это те, кто фактически девушек выводят на панель, для богатых людей.

К. М.: Сутенеры.

П. П.: Да, фактически сутенеры. Либо это наркотики. В общем, практически у всех судьба несчастная. Я имел счастье быть знакомым и с Нонной Мордюковой, и с Белохвостиковой Натальей, и с Ириной Понаровской, и так далее. Я знаю судьбы очень многих известных актрис. Ну, может быть, Наташа Белохвостикова – это отдельный случай. Многие из них, когда мы встречались, готовы были в конце уже, в последний момент, променять всё, что они имели до этого, весь свой успех, на то, чтобы они могли увидеть своих детишек, свою семью, мужа. К сожалению, в юные годы это объяснить очень сложно, когда кажется, что вся жизнь впереди. Кто читает утренние молитвы – там есть интересная очень фраза: «Внезапно Судия приидет, и коегождо деяния обнажатся…» Люди не думают о том, что это может случиться завтра, ночью, послезавтра. Они говорят: да, вся жизнь впереди, вот мы сейчас туда поедем, потом Токио, потом Париж... Повезло нам с женой, что мы как-то прервали эту вот…

К. М.: То есть ваша жена может быть на месте бабушки из ролика в 2050 году. Она может сказать, что выбрала детей, внуков, которые, дай Бог, у вас появятся. То есть она сделала этот выбор в какой-то момент? Это для вас жизненный ролик, потому что здесь есть, собственно говоря, и ваш выбор.

П. П.: В этом не было какой-то логики, или такого, знаете, что мы уже всё понимали, и так далее. Конечно, это была любовь, конечно, были чувства. Конечно, мы выбирали что-то и, может быть, до конца не понимали, что выбираем. Конечно, никто гарантии не давал, что наш брак или наши отношения сохранятся следующие 20 лет, у нас будет семеро детей. Конечно, нет. Но было какое-то чувство, знаете, как половинка половинку нашла, и мы не хотели расставаться. Сложился некий союз творческий... я не знаю, как объяснить, но я точно уверен, что я бы хотел в той жизни, вечной, быть вместе с ней. Мы дорожим этим. Потому что всё, что здесь, может оборваться в любой момент. Но мы оба хотим оказаться там вместе.

К. М.: Но всё-таки вы изменили свою жизнь в 35 лет.

П. П.: В 35, да.

К. М.: Когда вы уже осознавали всю никчемность или бесполезность, бесцельность того существования, в котором вы были в тот момент. А как всё-таки, на ваш взгляд, быть 20-летним мальчикам и девочкам, которые вступают в жизнь сейчас? Как вы разговариваете со своими детьми? Почему и как они должны выбрать тот путь, чтобы нам не закончиться в 2050 году, не стать вымирающей нацией, престарелой, а чтобы мы были нацией, полной детишек, смеха, будущего? Что, на ваш взгляд, ключевое для 20-летних, для поколения тех, кто родился в 2000-м или после?

П. П.: У меня есть практика встреч со студентами в разных городах нашей страны. Ключевой вопрос – что такое счастье. Потому что любой человек хочет быть счастливым. У него внутри это заложено. Вот скажи, что для тебя было бы большей наградой в твоей жизни? Он скажет: я хочу быть счастливым. А дальше надо разбираться, что такое счастье. Недавно мы закончили шеститомник по русской литературе, как раз одна из моих общественных таких нагрузок – это возвращение урока русской литературы в школу. Почему? Потому что русская литература даёт определённую возможность пройти с героями те дорожки, которые наши дети могут не проходить в жизни. Понимаете, это иммунитет. И одна из сегодняшних задач в школе – это очень аккуратно, очень внимательно и заботливо на примере нашей классики рассказать про судьбы: Татьяны Лариной (кому она отказала и почему). Евгения Онегина, Печорина, Маши Мироновой и так далее. Или, например, Антон Павлович Чехов, который что говорил: счастье наступит и рай, когда все будут культурные. Многие из людей говорят: надо ходить в музеи, театры, кино, библиотеки, стать культурным человеком – вот тогда будет счастье. Многие сегодня так считают. Ну и выучить ещё 100 языков. Но, оказывается, не будет счастья. Потому что, по Антону Павловичу, когда он говорит, что все будут культурные, вот, к примеру, Европа культурная, – что происходит? К сожалению, культура, оторванная от высшей ценности, от веры в вечную жизнь, не имеет никакого значения. Я могу говорить это как верующий человек. Она, к сожалению, заканчивается. «Дамой с собачкой», «Треугольник», «Крыжовник», чеховские рассказы. Тупик.

К. М.: Павел, всё, что вы сейчас говорите, – я это понимаю. Но мы одного поколения. Я не очень уверен, что 20-летние, которые живут в гаджетах, настолько владеют сюжетами из русской классической литературы, чтобы по ним они могли строить свою жизнь. Они совсем другие примеры видят. Они смотрят другие фильмы, другие сериалы. Они читают совершенно другие новости в интернет-ресурсах. Как с этим быть? Вы говорите, что литература – ответ. Безусловно. Но сколько человек прочитает литературы на том уровне, на котором вы рассказываете? В школах отведено сколько? Два урока в неделю? А остальные десятки часов они проводят в гаджете. В социальных сетях, в навязываемой им рекламе или пропаганде образа жизни, который построен на потреблении и комфорте. С этим что делать?

П. П.: Первое, надо всё-таки работать не только со следствиями, а и с причинами тоже. А причина – это изменение курса школьной программы и, в конечном итоге, создание методологии преподавания русской литературы, которая бы помогала молодому человеку сформировать свою личность, защищённую, готовую ко всем этим вызовам современным. Я на Соборе говорил о цензуре. Я сторонник цензуры. Что значит цензура? Это не значит, что это какой-то дядя с плёткой – Карабас-Барабас. Нет, это папа Карло, который Буратино говорил: вот тебе азбука, иди в школу. Тот, к сожалению, её продал и ушел направо, в театр.

К. М.: Налево.

П. П.: Налево, да. Но там попался ещё один, как бы удерживающий, это Сверчок. По-нашему, старец такой, который говорит: Буратино, тебя ждут большие приключения. Понимаете? Если бы у нас была система, в которой этот наш Буратино на своём пути, в школе, в институте, встретил бы и папу Карло, и Сверчка... А папа Карло – это семья, о которой мы говорили, кстати. А Сверчок – это преподаватель школы, института. Может быть, просто какой-то человек, который с экрана телевизора говорит.

К. М.: А с интернетом-то что делать в смартфоне? Мы же знаем, люди младше 25 лет даже телевизор не смотрят. У них весь источник мудрости находится в интернете, в социальных сетях, в их смартфоне. Они не поднимают голову на этого прекрасного Сверчка, они смотрят в гаджет. Что делать с этим?

П. П.: Здесь два момента. Всё-таки мы знаем, что есть и священники, которые имеют аудиторию в несколько десятков, а то и сотен тысяч. И вообще мы должны задуматься о харизматичных миссионерах, которые способны говорить с аудиторией. Приведу один пример. В Челябинске, в Южно-Уральском государственном университете, когда мы памятник Столыпину там устанавливали, у меня было общение со студентами. И когда мы говорили о жизни, я их ни в коем случае не воцерковлял, мы просто говорили о жизни, о счастье. А дети – они такие достаточно жёсткие и прямолинейные. Первый вопрос, который они мне задали: «Павел Анатольевич, мы готовы вас послушать... а у вас любовница есть?» Аудитория – тысяча человек студентов с преподавателями. И ты должен ответить. Я честно могу сказать, у меня нет любовницы. Мы с женой живём верно. Очень важно, чтобы с экранов телевизоров, в интернете и так далее выступали те, кто может говорить с молодёжью, люди, которым будут доверять. Это вопрос общения с ними, понимаете. И тот же самый интернет – мне кажется, проблема в том, что они один на один с этим интернетом. К сожалению. И ни семья, наверное, ни какие-то посторонние люди… Тех, кто могли бы быть их сталкерами, их проводниками в этом достаточно опасном мире, – таких людей сегодня мало.

К. М.: Павел, но, к сожалению, из этого опасного мира они вышли уже в офлайн. Вот, пожалуйста, вы привели пример с Челябинском. А на Урале, как мы знаем, недавно прошла скандальная постановка в театре, когда в «Ревизоре» там кто-то кого-то изнасиловал. А ведь это произведение – в школьной программе, несчастные, ничего не подозревающие учительницы привели туда своих школьников, чтобы познакомить их с Гоголем, а увидели они кошмар. В театре имени Гоголя в Москве, который переименован почему-то в «Гоголь-центр», с перевернутыми буквами, так что Николай Васильевич в гробу, наверное, переворачивается, творится Зло. Происходит такое тотальное Зло. В Москве проходит фестиваль «Территория» – тех людей, от которых государственный федеральный лагерь «Таврида» отказался с формулировкой, что это провокаторы, которые хотели сорвать государственное мероприятие и которые совершили недопустимые действия на сцене. То есть те, кто прямо пропагандировали гомосексуальную оргию на сцене. Этот же коллектив авторов сейчас проводит «Территорию» по всей Москве. Слава Богу, за частные деньги, не за государственные, что уже неплохо. Но не только в интернете, а пожалуйста – и в театре можно найти… Да, есть театры. Но, к сожалению, уже в большом количестве театров мы видим пропаганду совсем не здорового образа жизни.

П. П.: Я об этом и говорил на Соборе. И конечно, если говорить по-взрослому и даже немножко жёстко... Как-то меня спросили: если бы вы были президентом России, какие первые законы приняли бы? Первое – это запрет изучения английского языка. Я поясню. Второе – это ликвидировать Министерство культуры. Сделать полную ревизию того, что мы финансируем. И потом принять решение о возобновлении. Или оно даже и не нужно, за ненадобностью. Естественно, я бы закрыл все театры…

К. М.: Все театры?

П. П.: Все театры, да. Объясню почему. Ещё раз говорю, это моя, может быть, жёсткая позиция верующего человека, но всё-таки немножко обученного. Поскольку мой преподаватель владел арамейским языком и мы восемь лет изучали Священное Писание на арамейском и древнегреческом.

К. М.: Объясните по всем трём позициям. Они все яркие и кинжальные.

П. П.: Первое. Английский язык… Язык ставит мировоззрение. И если русского языка в школе четыре часа, а английского шесть – мы выращиваем англичанина, поверьте мне. Но те, кто владеет английским – вы владеете, я владею английским языком, – мы прекрасно понимаем, что, когда ты долго говоришь на английском (в силу каких-то обстоятельств, неважно, по бизнесу или где-то за границей), ты начинаешь думать на английском. А думаешь на английском – меняется мировоззрение. Абсолютно меняется! В наше время… мы же начинали его изучать с пятого класса, а не с первого, как сейчас. И было два часа в неделю. Притом что, когда я вышел во взрослую жизнь, мне необходим был язык, – я его выучил за полгода, потому что это примитивный, лёгкий язык, и я свободно на нём общаюсь. Мне совершенно неважно произношение. Но я могу всё понимать и всё объяснять. А детей наших сегодня учат с первого класса. Поэтому язык – это первое оружие массового поражения, которое было пронесено в 90-е годы. И теперь для обычных наших простых людей – ну как же, 21-й век, надо же говорить на английском. А когда ты начинаешь выяснять, зачем нужен человеку из Тамбова английский язык… А у меня как-то был такой звонок, женщина говорит: как же вы можете, 21-й век… Я говорю: «Вы откуда?» – «С Тамбова. Муж с Тамбова, дети с Тамбова». – «А вы выезжали за границу?» – «Один раз». – «Куда?» – «В Турцию». Я говорю: «Скажите, зачем вам английский язык?». Потому что это шесть часов в неделю. 11 лет. А давайте посмотрим, что в это время мог бы получить ребёнок. Я не говорю про труд, физкультуру или как минимум русскую литературу.

Второй момент. Театр. Достоевский как-то сказал в своих письмах к жене... Готовясь к речи к открытию памятника Пушкину, «Пушкинская речь» Достоевского. Он говорит: «Ты знаешь, дорогая, талантливый бестия Островский. Действительно, талантлив. Одно только меня смущает, и это очень больно. Раньше люди в субботу в церковь ходили. А сейчас – на его пьесы в театр». Так говорил Достоевский. И я вам скажу: театр – это альтернатива литургии. И появилось же это фактически во времена Вольтера. А в России – в 19-м веке в основном, что, по Розанову, и подготовило русскую революцию. Потому что театр – это подмена литургии. Подмена церкви, подмена акта служения в храме. И потом театр расцветает, уже неприлично не быть в театре, все в театре. Театр начал выполнять роль некоего миссионера, проповедника. Булгаков… Это очень интересный момент. Он реагирует на это. «Собачье сердце» и «Мастер и Маргарита». Что было в Серебряном веке? В эпоху очень сильного, мощного развития постмодернистского авангарда все эти поэты Серебряного века, передовая часть элиты, начинают утверждаться в своём убеждении, что они выше Бога и сатаны. Творец выше встает. То есть человек творческий, человек, который пишет стихи, он выше Бога и сатаны. Но говорит Булгаков, что любой бред человека о том, что он выше, заканчивается тем, что жена – ведьма, и венец его – это антилитургия, бал сатаны, Воланда, и так далее. То есть Булгаков нам показал, что такое Творец. По Чехову, кстати. Это же Чехов – один из основоположников того, что творцы являются будущими жрецами, когда люди будут все культурными и будет рай на земле. Да нет, говорит Булгаков, неправда.

К. М.: С театром понятно. Закрытие театров приведёт или, по крайней мере, даст возможность вернуть людей в церковь.

П. П.: Я жёстко говорю, но чтобы был понятен смысл того, что говорю.

К. М.: Мы же рисуем будущее, может быть, 2050 года. А Министерство культуры?

П. П.: Да, Министерство культуры. Нацпроект современный. Там 70, 80, 90% тратится на… первое – кинематограф. Всё то же самое можно сказать, как по театру. Театры, музеи. Из музеев, конечно, я не против Исторического музея. Ну, понятно, Третьяковской галереи. Но, к сожалению, и музеи сейчас пошли в ту же самую сторону. Все эти инсталляции, всё это современное искусство. И даже в Эрмитаже появляются эти «буревестники» постмодерна, связанные с пошлостью, обнажением, там акционизм и так далее. К моему великому сожалению. Даже на этих площадках. И говорят: надо построить много музеев, чтобы человек всё время ходил что-то обозревал. Вопрос: это же бред – всё время ходить обозревать. Вот мы с вами говорили о семье. На самом деле, конечно, я за книгу. Конечно, я за творчество. Но человек ходит шесть дней в неделю в театр, потом в музеи, обозревает. То есть идёт задача отвлечь человека… А ещё дальше – телевизор, сериалы А ещё интернет. То есть человек фактически вырывается из того социума, где, как мы в начале передачи говорили, он по-настоящему может быть счастлив.

К. М.: В семье.

П. П.: В семье. Это абсолютно продуманная системная диверсия.

К. М.: И что даст отмена Министерства культуры? Не будет завтра Министерства культуры. Что это означает?

П. П.: Во-первых, не будут профинансированы по крайней мере мобильные автотеатры, которые сегодня планируется профинансировать, и все эти передвижные мобильные кинотеатры поедут в деревню. Я им говорю: в деревне надо дать гармонь, научить играть на гармони, сделать деревенский хор, – один из моих проектов, кстати. Приехали, провели кастинг, поставили пение, создали деревенский хор, научили петь, что пели 200 лет назад и современные песни. А в Палехе вернуть палехские росписи. А где-то ещё – те народные промыслы, которые были раньше.

А что предлагает Министерство культуры? Привезти эти кинотеатры, где будут показывать фильмы, которые, к сожалению, даже не первой десятки, потому что сами знаете, Голливуд навязывает некий пакет фильмов – блокбастер идёт там по всем кинотеатрам, остальное ты должен куда-то впихнуть, чтобы показать. Вот они и поедут по нашим, так сказать, сельским зрителям, окончательно их опуская. Вот это проект.

Дальше. Нам говорят, надо развивать театр. Надо, чтобы в каждой школе был театр. Катастрофа, это же диверсия! То есть фактически всех детей через лицедейство опять-таки втягивают в судьбу любимой моей Нонны Викторовны Мордюковой. Которая, если бы сейчас была жива, она бы сказала: не ходи туда, Буратино, не иди туда, в ту сторону, ты будешь несчастным. Гибель там у тебя будет, ты погибнешь, к сожалению. Вот судьба эта актёрская… Она, кстати, интересна на примере, может быть, Димы Певцова, моего близкого друга, который сегодня показывает некую альтернативу. Хотя Димке непросто, я уверен, непросто. Но тем не менее, будучи известным актёром, остаётся православным человеком. Это его битва-сражение, чтобы сохранить себя как личность. Но это один из тысячи. А остальные погибнут в этом вареве. И в каждой школе сегодня будут делать будущих артистов. Но реально дальше путь такой – из 140 миллионов в стране останется 40, а дальше России не будет. Вот и вся история.

К. М.: Спасибо. Это была русская мечта Павла Пожигайло. По которой в прекрасном будущем России не должно быть изучения английского языка, как языка колониального. Не должно быть театра, как замены церкви. И не должно быть Министерства культуры, распределяющего деньги, для того чтобы поддерживать первые два. А должна быть русская литература, семья и хоровое пение. Если вам нравится такая русская мечта – присоединяйтесь к нам. В следующих передачах мы поговорим о разных других мечтателях. Спасибо большое. Спасибо, Павел.

П. П.: Спасибо.


Оставить комментарий

«Жить рядом - невыносимо». Почему владельцам хостелов плевать на соседей 22.10.2019
Новости партнёров
Загрузка...