Военкор Александр Коц рассказал, чем Белгород отличается от Киева

Военный корреспондент Александр Коц побывал в Белгороде, где из-за очередной атаки беспилотников погибли люди. Не военные, а те, кто обеспечивают жизнедеятельность города. Коц рассказал, чем Белгород отличается от Киева.

В Спасо-Преображенском храме Белгорода сегодня не слышно пафосных речей. Ни телеоператоров, ни вспышек фотокамер – только тихий плач вдовы в черном и суровые мужчины у гроба. В одной руке у каждого свеча, в другой – влажный от слез платок. У некоторых на пальцах черная копоть – приехали проститься с товарищем прямо со смены, не успели отмыть.

Три дня назад, в ночь на 15 февраля, противник снова ударил по объекту, который дает тепло и свет полумиллионному городу. Били прицельно, в пересменку – когда на станции собираются сразу две смены профессионалов. Одни передают хозяйство, другие принимают. И вдруг – сирена.

– Мы как раз готовили резервную ячейку для принятия напряжения. Начальником смены был Женя Юрковский. Закончили без пятнадцати восемь, и я уехал. Около восьми услышал сирену, начался обстрел, – цитирует слова начальника электроцеха Юрия Самофалова kp.ru. 

Обе смены ссыпались в укрытие – старый советский бетон, на который всегда рассчитывали. «Отойдите от двери!» – успел крикнуть Олег Чуев, когда здание сотряс удар. Ту самую дверь взрывом выбило прямо на него.

– Женя после первого взрыва рванул наверх, чтобы выскочить в машзал. И когда пробегал через пункт управления – повторная сирена. Он развернулся обратно, и тут прилет… – Самофалов замолкает, отворачиваясь к кофеварке. Та виновато мигает одной лампочкой – надо долить воду.

Знакомый почерк террористов – «контрольный» удар, когда на место трагедии собираются люди. Олег с 87-го работал здесь, еще студентом пришел на практику. Женя – с 97-го. Они должны были сменить друг друга в ту ночь…

Чем мы отличаемся

В Белгороде нет военных заводов, по которым имеет смысл бить высокоточным оружием. Здесь есть дома, больницы, школы и люди, которым нужно тепло. Противник бьет именно по этому – по гражданской инфраструктуре, пытаясь оставить город без света и воды в морозы.

Но Белгород отличается от украинских городов не только этим. Здесь не ждут, пока полопаются трубы – воду из батарей сливают заранее, чтобы после ремонта закачать обратно. Здесь не советуют уезжать в никуда – в критический момент предоставляют организованные места. Здесь открывают пункты обогрева в школах, а не разворачивают палатки в центре. И здесь есть люди, которые после похорон товарищей возвращаются на смену.

– А куда деваться? Мои же дети, как и ваши, живут в городе и получают тепло от нас. Поэтому работаем, несмотря ни на что. Броники надели, каски... Никто ж не сделает, кроме нас, – встречает меня начальник электроцеха.

Вместо послесловия

В прошлом году «Росатом» вручил коллективную премию «Человек года» группе местных энергетиков – за профессиональный подвиг. Тогда украинский дрон прожег кумулятивным зарядом бетонную защиту кабельного полуэтажа. Станция встала. Чтобы запустить ее, нужно было прозвонить и срастить сотни проводов. Под обстрелами, в бронежилетах и касках, с наблюдателями на вышке, которые кричат: «Воздух!» – они неделю сидели, зачищали, паяли, делали изоляцию.

– Все понимали – это риск. Но понимали и то, что кроме нас никто это не сделает. Мы заходили ненадолго посмотреть на них. Очень суровое, сосредоточенное выражение лиц. И не сказать, что все прям отчаянные парни. Просто…

Просто время такое – обычных героев и рутинного подвига.

Уважаемые читатели «Царьграда»!

Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram.

Подписывайтесь на наш канал в Дзене. Там все самое интересное.

Если вам есть чем поделиться с нами, присылайте свои наблюдения, вопросы, новости на электронную почту kuzbas@tsargrad.tv