«В принципе»: одно слово Хаменеи вызвало разногласия среди элиты Ирана
Фраза «в принципе», произнесённая верховным лидером Ирана Моджтабой Хаменеи, спровоцировала раскол внутри иранского руководства. По данным The Telegraph, неоднозначная формулировка посеяла сомнения у командиров и открыла пространство для разночтений в трактовке позиции по мирной сделке с США.
Одно слово Хаменеи спровоцировало раскол в Иране - именно так можно описать последствия фразы «в принципе», прозвучавшей из уст верховного лидера Моджтабы Хаменеи. Фраза, сказанная при одобрении мирного соглашения с США, запустила скрытый политический кризис в Тегеране: формулировка оказалась настолько двусмысленной, что породила противоположные трактовки внутри властных кругов. Об этом подробно пишет The Telegraph со ссылкой на источники среди иранских чиновников.
Выражение alal-osul (علی الاصول) на фарси, переводимое как «в принципе» или «по сути», прозвучало в контексте согласия на подписание меморандума со Штатами. При этом Хаменеи добавил, что «в принципе был иного мнения». Эта оговорка стала точкой напряжения: по словам высокопоставленного иранского чиновника, «сейчас главная проблема внутри системы - эта фраза. Она заставила командиров, особенно на местах, сомневаться во всём процессе достижения мира».
Внутриполитические последствия оказались масштабными. Для части элит фраза стала «неохотным одобрением» дипломатии - единственного выхода на фоне экономического спада и санкционного давления. Другие же восприняли её как молчаливое разрешение сопротивляться сделке: для них переговоры с США - это ловушка, а любое соглашение приведёт лишь к новым уступкам.
Кризис вышел за пределы кабинетов. Во время телеэфира депутат Махмуд Набавиан попытался обнародовать якобы секретную переписку Хаменеи, заявив, что переговорная команда превысила полномочия. Трансляция была внезапно прервана - эпизод стал символом растущей напряжённости.
Параллельно усиливается скепсис в силовых структурах. Офицеры КСИР в Ормузском проливе открыто критикуют решения центра, подчёркивая, что вопросы безопасности региона не должны решать «те, кто сидит под кондиционерами в Тегеране». По данным источников, КСИР начал скрытую мобилизацию, наращиваются запасы ракет и беспилотников, восстанавливаются системы ПВО.
С политической точки зрения, двусмысленная позиция Хаменеи позволяет ему оставаться в «выгодной ситуации». В случае успеха сделки он сможет представить её как результат своего руководства, а при провале ответственность ляжет на президента, подписавшего документ.
При этом эксперты отмечают слабость символического капитала самого Моджтабы по сравнению с его отцом, Али Хаменеи:
Пока Моджтаба не появится и не возьмёт ситуацию под контроль открыто, у Исламской Республики не будет главнокомандующего,
- подчёркивает аналитик в Тегеране.
Ранее Reuters сообщал, что после гибели аятоллы Али Хаменеи военное руководство КСИР заняло доминирующие позиции. Источники агентства утверждали, что новый верховный лидер в основном легитимизирует решения генералов. В этой логике «бизнес‑империя» КСИР может оказаться главным бенефициаром соглашения Тегерана и Вашингтона.