Услышав об угрозах чиновников, ветеран СВО сказал: Просто трясёт
История многодетной семьи из Тюменской области получила неожиданный поворот после рассказов об угрозах со стороны чиновников. По словам Екатерины Кашкаровой, её мужу пригрозили отправкой на СВО за отказ отдавать свиней на уничтожение. Услышав об этом, ветеран спецоперации Артемий Глебов, потерявший в боях ногу, сказал, что его "трясёт от злости".
В Тюменской области разгорелся конфликт вокруг изъятия домашних свиней у жителей села Малышенка. На фоне карантинных мероприятий владельцев призывали передавать животных на уничтожение, а отказ от выполнения требований мог повлечь за собой ответственность. Однако история многодетной семьи Кашкаровых получила дополнительный резонанс после заявления о том, что главу семьи пытались запугать отправкой на СВО.
Семья держала около двух десятков поросят и использовала личное хозяйство как один из основных источников пропитания. Екатерина Кашкарова утверждает, что животные были здоровы, а перед забоем супруги требовали провести необходимые исследования. По её словам, после отказа отдавать скот чиновники начали говорить о штрафах и других санкциях.
Главное обвинение касается слов исполняющей обязанности руководителя Малышенской сельской администрации Снежаны Глазыриной. Как утверждает Екатерина, во время собрания чиновница сказала её мужу: "Будешь много говорить - пойдёшь на СВО".
Сама Глазырина в разговоре с журналистами Царьграда эту версию не подтвердила. На вопрос о том, действительно ли она угрожала отправить мужчину на фронт, чиновница предложила выяснять происхождение этих слов у самой Екатерины: "Спросите, пожалуйста, у Екатерины, откуда она придумала, что речь шла об СВО". После этого разговор продолжать не стала.
Фото: коллаж Царьграда
При этом конфликт вокруг свиней возник не на пустом месте. В регионе действительно проводились ветеринарные мероприятия из-за опасного заболевания свиней, а в ряде населённых пунктов животных изымали и уничтожали. Региональное управление ветеринарии сообщало о проведении противоэпизоотических мероприятий, предусмотренных законодательством.
Но для Кашкаровых вопрос оказался не только юридическим. Семья многодетная, хозяйство помогает ей обеспечивать детей продуктами. Кроме того, супруги, по данным "Первого русского", сами поддерживали участников СВО: передавали в госпиталь овощи, собирали посылки и помогали с маскировочными сетями.
Именно этот момент особенно задел ветерана СВО Артемия Глебова, слова которого приводит в своей статье обозреватель Царьграда Юлия Банишевская. В боях за Родину он потерял ногу. Услышав об угрозах чиновников, он эмоционально отреагировал на саму идею использовать фронт как средство давления.
Его трясёт от злости, когда кто-то пытается делать из СВО дубину или того хуже - ссылочную колонию,
- передала слова ветерана Банишевская.
По его мнению, подобный подход искажает само представление о военной службе. Добровольцы идут на фронт не потому, что их отправляют туда в качестве наказания, а потому что сами принимают такое решение. Поэтому угроза "отправить на СВО" в бытовом конфликте, как считает Глебов, выглядит особенно цинично.
Фото: коллаж Царьграда
Для Банишевской эта история также стала поводом говорить о поведении представителей власти. В начале своего материала она пишет: "Борзометр" отдельных государевых слуг зашкаливает: некоторые забыли, что служат народу, а не наоборот". А затем задаётся вопросом: "С каких пор борьба за Русский мир стала наказанием?"
При этом сама чиновница отрицает, что говорила о СВО именно в таком контексте. Поэтому в ситуации пока остаются две противоположные версии - заявление многодетной семьи и ответ представительницы сельской администрации. Разобраться в том, звучала ли конкретная угроза, должны помочь соответствующие проверки, если они будут проведены.
Для ветерана вопрос, однако, выходит далеко за пределы одного сельского конфликта. Если слова об отправке на фронт действительно использовались как способ заставить человека подчиниться, это затрагивает отношение общества к самой службе. Фронт не должен становиться универсальным аргументом в споре с гражданином, особенно когда речь идёт о многодетном отце.