Три дня в лесу с полным кузовом снарядов: как Гена «Турист» обхитрил дроны ВСУ
В небе гудит дрон — военные сравнивают его с мопедом. А на дороге тихо, только листва шуршит под колёсами «Урала». За рулём — человек, которому доверили груз со взрывчаткой. Кто он и почему не считает свой трёхдневный рейс подвигом?
Пока одни воюют на передовой, другие везут им снаряды — и тоже рискуют жизнью. История Гены «Туриста», водителя подвоза, который трое суток уводил грузовик с боеприпасами от вражеских дронов, а бойцы ждут водителя у машины, доверху загруженной боеприпасами, сообщает Российская газета.
Вот он появляется — побритый, хотя в поле, казалось бы, не до бритья. Гена. Позывной «Турист». 48 лет. Луганчанин. Должность — командир отделения тяги, проще говоря, водитель подвоза. Он не стреляет — он доставляет снаряды.
«Русские пиксели» и реактивные батареи
Гена служит в 10-м самоходном артиллерийском полку 44-го армейского корпуса группировки войск «Север». Одет в тот самый пиксельный камуфляж, который носят все бойцы Русской армии. Официально он называется ЕМР — единая маскировочная расцветка. В войсках её зовут «цифрой» или «пикселем», а на Западе иногда — «Руспат» (Russian Pattern, так обозначают тип камуфляжа в международной терминологии).
Смысл «пикселя» прост: рисунок из мелких квадратиков. Вблизи, на расстоянии 3–10 метров, это вроде бы просто зелёные пятна. А вот издалека, с 20–30 метров и дальше, они сливаются в крупные цветовые блоки — силуэт бойца «разбивается», и разглядеть его труднее.
У Геннадия лицо вытянутое, на висках и бровях лёгкая седина, карие глаза спокойные. Говорит негромко, но так, что переспрашивать не хочется. Уверенный голос человека, которому нечего стыдиться.
Гена родом из Луганска, служит на Сумском направлении в районе города Сумы. На контракте с марта 2024 года. Спрашиваю, что подтолкнуло.
— Разные факторы, — отвечает Гена. — Всё в совокупности. Взвесил, посмотрел на то, что творится вокруг, ну и решил пойти на СВО.
В это артиллерийское подразделение он попал с самого начала. Менялась только батарея — переходил с одной на другую, а должность водителя оставалась за ним.
Ещё он рассказал про самый сложный рейс — поездку, которую пришлось выдержать. Задача казалась обычной: доставить боеприпасы на точку, где работают артиллеристы, разгрузиться и уехать. Но на Сумском направлении обычное дело может растянуться на три дня — и превратиться в выезд, за который дают награду.
Водитель с полным кузовом снарядов обхитрил дроны
Он вёз снаряды к месту работы «Градов» — реактивных систем залпового огня. Подразделение только-только перекинули на новое направление: точка ещё не обжита, о ней мало что известно. Задача простая — доставить снаряды. Гена выехал на «Урале» и попал под налёт FPV.
FPV — это дроны, которыми управляют «от первого лица»: оператор ВСУ видит всё так, словно летит сам. В том рейсе, по словам Гены, их были десятки — не один и не два десятка. Ехать дальше было невозможно.
Пришлось трое суток «отстаиваться» в лесу, ждать и искать другие подъезды.
Стоянка в лесу — не передышка. «Урал» нужно максимально маскировать, постоянно быть на связи и дежурить по очереди. Пока один боец отдыхает — второй смотрит за обстановкой возле грузовика. В кузове боеприпасы, и оставлять машину без присмотра нельзя.
Потом, когда стало ясно, где можно проехать другим маршрутом и где меньше дронов, водитель и боец двинулись через леса и поля, разгрузились на позиции и вернулись обратно — уже без происшествий. Подразделение выполнило боевую задачу.
В таких историях обычно любят слово «подвиг». Гена его не произносит ни разу.
— Я всё заранее планирую, просчитываю и как бы стараюсь не попадать в такие неприятности, — объясняет он. — У нас в подразделении есть ребята и постарше меня. А неопытных водителей я стараюсь не посылать — лучше сам за руль сяду.
Самое близкое расстояние, на которое ему приходилось доставлять боеприпасы, — около шести-семи километров до позиций ВСУ на ЛБС. Для обычного человека в мирной жизни шесть километров — это как доехать от дома до соседнего района или прогуляться до центра города.
А вот куда именно Гена привозит снаряды на передовую — отдельная история. Тут есть важная деталь: точка разгрузки и огневые позиции на ЛБС — это разные места.
Артиллеристы приезжают в более-менее безопасное место на точку разгрузки, берут снаряды и только по команде выдвигаются на огневую позицию, которая может быть ещё ближе к линии боевого соприкосновения. Разброс между точкой разгрузки и огневыми позициями иногда достигает 10 км. Водитель может подвозить снаряды и на точку разгрузки, и на «огневую».
Примерно за полчаса-час до подъезда Гена связывается с командиром на месте: уточняет, где именно разгружаться, и ждёт указаний. Помогают и ребята, которые с помощью РЭБ — радиоэлектронной борьбы — отслеживают дроны. Они подсказывают, когда появляется «окно», то есть момент, когда в небе относительно спокойно. В это время водитель заезжает на позицию, разгружается и уезжает под прикрытием мобильной огневой группы — бойцов, которые прикрывают водителя на случай атаки.
Семья в Луганске: почему Гена не боится «ждунов»
Опасность на дороге исходит не только от FPV-дронов, которые летят на водителя. На этом направлении противник использует и так называемых «ждунов» — дроны, которые не висят в воздухе, а сидят в засаде у обочины или в кустах. Такой аппарат экономит заряд, остаётся малозаметным, а взлетает по сигналу датчика или команде оператора ВСУ.
Они с воем несутся в лобовое стекло водителя. FPV и «ждуны» — две разные напасти. FPV-дрон сам летит прямо на цель, а «ждун» сидит где-то и ждёт, пока ты подъедешь.
Поэтому Гена постоянно просчитывает варианты у себя в голове: что делать, если из-за поворота что-то вылетит навстречу. А представьте, каково водителю, у которого сзади в кузове 20, 30, а то и 40 боеприпасов со взрывчаткой. Для него каждая поездка — проверка на прочность. У Гены есть простой ответ на вопрос, зачем он каждый раз садится за руль.
— Кроме меня, мою семью никто защищать не обещал. Это обязанность каждого мужчины — самому защищать свою семью. У меня дома мама, жена, ребёнок. Больше мне ничего не надо, — говорит Гена.
За тот трёхдневный рейс Гена получил награду. Всего у него их две — «За боевые отличия» и «За воинскую доблесть». Источник уточнил: не тяжело вот так крутить баранку — уже который год? Герой пожимает плечами. Тяжело, но привык. Луганск для него — не точка на карте. Здесь помнят героев Советского Союза, шахтёрские дивизии. А теперь — и тех, кто ушёл на СВО.
Уважаемые читатели «Царьграда»!
Присоединяйтесь к нам в соцсетях ВКонтакте, Одноклассники, Telegram и Дзен-канале.