Таджикистану - "плюшки" за счёт бюджета России, а русским детям всё по минимуму. Как это работает?
Россия выделяет миллиарды рублей на школы, оборудование и бесплатное питание учеников в Таджикистане. При у нас в стране закрываются сельские школы, а детям не хватает мест в вузах и возможностей получить качественное образование. Почему бюджетные деньги помогают школьникам за рубежом, пока потребности русских детей остаются нерешёнными? Отдел расследований "Первого русского" обратил внимание на этот контраст.
Почти полмиллиона младшеклассников в Таджикистане получают бесплатное питание благодаря программе, которую финансирует Россия. Она охватывает почти две тысячи школ в 53 районах страны. По данным Отдела расследований "Первого русского", с 2013 года на эти цели направили около 90 миллионов долларов.
Но школьное питание - лишь одна из образовательных "плюшек", которые Таджикистан получает за счёт бюджета России. В 2022 году правительство нашей страны распорядилось дополнительно направить 5,74 миллиарда рублей на оснащение школ в странах Центральной Азии. А в Душанбе планируют открыть образовательный центр для одарённых детей, на который из отечественного бюджета выделили 4 миллиарда рублей. Открытие запланировано на 2027 год. Кроме того, Россия собирается создавать русские школы в Киргизии.
Получается, что за счёт бюджета России в соседних государствах развивают школьную инфраструктуру и расширяют образовательные возможности детей. Но что происходит в это время внутри страны, которая оплачивает эти проекты?
По данным Отдела расследований, в России ежегодно закрываются до 500 сельских школ. Среди причин - сокращение числа детей и нехватка педагогов. Для семей в небольших населённых пунктах закрытие школы означает не просто исчезновение привычного учреждения: детям приходится учиться далеко от дома.
Фото: коллаж Царьграда
Проблема касается и дальнейшего обучения. Профессор, доктор педагогических наук Сергей Комков обращает внимание на то, что студенты из Киргизии, Таджикистана и Узбекистана учатся в отечественных вузах на льготных бюджетных местах, в то время как русским абитуриентам таких возможностей не всегда хватает.
Таким образом, вопрос не только в том, сколько денег Россия направляет на образование в Центральной Азии. Важно и то, как эти расходы соотносятся с потребностями наших детей. Почему многомиллиардные проекты за рубежом получают поддержку, пока внутри страны сохраняются проблемы с доступностью школьного образования и бюджетными местами в университетах?
Есть и ещё один вопрос - кто проверяет, как расходуются выделенные средства и что в итоге получают дети? Журналисты Отдела расследования обратились в Россотрудничество с запросом о контроле за зарубежными образовательными проектами. Там ответили, что вопрос относится к компетенции Минпросвещения. Однако в министерстве устно заявили, что дела других стран не входят в его компетенцию.
Отдельные претензии у авторов публикации возникли и к содержанию учебных материалов в соседних республиках. Отдел расследований отмечает, что в учебной программе "История таджикского народа" за 5-9 классы Россия называется "колонизатором" и "оккупантом". Схожие оценки встречаются и в русскоязычных учебниках Узбекистана.
В итоге остаётся главный вопрос: если Россия вкладывает миллиарды в образование детей за рубежом, кто гарантирует, что эта помощь отвечает интересам страны и приносит ожидаемый результат? И почему при таких расходах русским детям всё ещё приходится сталкиваться с нехваткой возможностей получить образование у себя дома?