Спас ребенка ценой здоровья — и не услышал спасибо. Трагедия Николая Панюшкина из Кокшетау

В центре внимания снова оказалась история о спасении ребенка — на этот раз из Казахстана. Но если в Петербурге дворник-узбек Хайрулло Ибадуллаев, поймавший выпавшего мальчика, получил миллион рублей от Маргариты Симоньян, то судьба другого спасителя сложилась иначе.

Поступки одинаковые, судьбы - разные

37-летний Хайрулло Ибадуллаев, работающий дворником в Санкт-Петербурге, 22 февраля поймал семилетнего мальчика, выпавшего с седьмого этажа. Спаситель получил переломы кисти и ребер, но ребенок остался жив. Через два дня Ибадуллаеву вручили премию имени Тиграна Кеосаяна — миллион рублей от главного редактора RT. Деньги он отправил семье в Узбекистан, где у него остались четверо детей и больной отец.

«Деньги, спасибо, отдали, я отправляю в Узбекистан. У меня папа болеет, четыре дочери есть. Большое спасибо. Очень не ожидал», — рассказал Ибадуллаев.

Николай Панюшкин: цена спасения ребенка - жизнь

В 2016 году в казахстанском городе Кокшетау 63-летний Николай Панюшкин увидел пятилетнюю девочку, повисшую на бельевых веревках балкона пятого этажа. В тот момент он парковал машину и бросился ловить ребенка. Панюшкин успел подхватить девочку на лету, но сам получил тяжелейшие травмы: у него сместились позвонки от шеи до копчика, образовались множественные грыжи. Мужчина стал инвалидом. Пятилетняя Дана не пострадала.

Как позже рассказывала подруга детства Панюшкина Тамара Иванчукова, реакция родителей девочки поразила всех. Бабушка, с которой оставалась внучка, спала и не заметила исчезновения ребенка. Вызванная мать отреагировала на случившееся удивительно спокойно.

«Позвонила кому-то и говорит: "Представляешь, а наша Дана сегодня с балкона выпрыгнула". Таким спокойным голосом. И ни благодарности, ни извинений от них не было. За полтора года, что они еще прожили там, ни разу не подошли к Николаю, даже не здоровались на улице. А потом переехали», — цитирует слова Иванчуковой tengrinews.kz.

Несколько лет Панюшкин с супругой Людмилой пытались справиться с болезнью, объездили клиники Казахстана и ближнего зарубежья, потратили все сбережения. В 2019 году Людмила умерла от рака.

Панюшкин остался один. Взрослые сыновья к тому времени разъехались — один в Россию, другой в Алматы. Помогать отцу-инвалиду они отказались. Соцработница приходила дважды в неделю, в остальное время соседи забегали — «где покормят, где не покормят».

Летом 2019 года о беде Панюшкина узнала Тамара Иванчукова — школьная подруга, с которой они случайно нашли друг друга в соцсетях. Она приехала проведать Николая и ужаснулась. Когда собралась уезжать, он расплакался.

«Рыдает, весь трясется, говорит: "Что мне, помирать? Я на себя руки наложу"», — вспоминала Иванчукова.

Женщина уехала, но постоянно приезжала. А в июне 2020 года, послушав взрослых детей, которые сказали: «Мам, ты ведь его уже не бросишь», — она уволилась с работы в Экибастузе и переехала к Панюшкину в Кокшетау.

Иванчукова взяла на себя уход за героем-инвалидом, организовала сбор средств, искала клиники. Люди откликнулись — удалось собрать полтора миллиона тенге на лечение.

«Врачи выписывают ему "Трамадол" — опиумный наркотик. Он рассчитан на то, чтобы вколоть его и сутки человек не чувствует боли. Но нам приходится использовать несколько в день, а по ночам он все равно кричит от боли», — рассказывала Тамара в 2020 году.

Николай Панюшкин умер 15 марта 2021 года в реанимации кокшетауской больницы. Изношенное сердце не выдержало. Семья спасенной девочки так и не поблагодарила его.

История получила широкую огласку только после смерти Николая. Тогда мать девочки заявила, что пыталась найти спасателя, но не смогла.

Чужие дети и беспечные родители

Каждое лето в России и странах СНГ из окон выпадают десятки детей. Причина одна — беспечность взрослых. Открытые окна, москитные сетки, на которые дети опираются как на опору, оставленные без присмотра малыши.

В истории с Николаем Панюшкиным есть деталь, которая поражает больше всего: спасенная девочка не пострадала. Вся тяжесть удара пришлась на пожилого мужчину, который последние пять лет жизни провел прикованным к кровати. И все это время семья ребенка жила с ним в одном дворе. Просто не замечала. Или не хотела замечать.

Мать спасенной Даны спокойным голосом сообщила кому-то по телефону о случившемся. Без слез, без благодарности к тому, кто ценой своего здоровья спас ее ребенка. И ни разу за полтора года не подошла. Даже не поздоровалась. Потом они просто переехали.

Панюшкин так и не дождался от них ни одного слова. Ни тогда, во дворе, ни потом, когда боролся за жизнь. Ни даже когда умер.