Шедевр подлинной России: Храм, чьё величие не передаст ни одна фотография
На банкноте в 1000 рублей изображены виды прекрасного древнего русского города Ярославля. Но мало кто знает, что за храм украсил самую популярную в стране банкноту.
А храм этот - подлинный шедевр настоящей русской архитектуры. Никакой рисунок или фотография не передадут той невероятной красоты, строгости и внушительности этого памятника. Церковь Иоанна Предтечи в Толчкове, что находится в самом центре Ярославля, - один из величайших русских храмов и удивительное по своей красоте произведение, созданное русским гением.
Вообще, в Ярославле и его окрестностях много потрясающих воображение церквей. В XVII веке в городе возникла целая архитектурная школа, из которой потом вырастет весь русский стиль в архитектуре. Но даже величественные сооружения конца XIX - начала XX веков не могут конкурировать с шедеврами ярославской древности. И церковь Иоанна Предтечи в Толчкове - самый яркий образец этого стиля.
Первое, что поражает человека, который впервые видит этот великолепный храм, - его размеры и невероятная симметрия. Пропорции церкви высчитаны до миллиметра. Это здание действительно внушает настоящий трепет. Благородный тёмно-красный кирпич, из которого сложен храм, добавляет этому образу монументальности.
Фото: Sergey Smirnov/Globallookpress
Но стоит отойти от первого восхищения храмом, как тут же вы заметите ещё одну удивительную особенность. Церковь Иоанна Предтечи буквально усыпана изысканнейшими узорами и украшениями. Рассматривать всё это великолепие можно часами, даже не заходя в сам храм. А внутри вас ожидает не меньшее потрясение. Игра света и тени, богатейшая роспись, резные украшения. Великолепию храма нет конца и края.
Церковь Иоанна Предтечи как будто специально была построена в унисон с суровой ярославской природой. Особенно монументально храм, построенный в сложный для России период (1671-1687 годы), выглядит на фоне грозового неба. По своим архитектурным достоинствам этот шедевр точно входит в первую сотню, если не десятку храмов мира. И никакие фотографии не передадут даже сотой доли того восхищения, которое может дать знакомство с этим шедевром.