После взятия Константиновки Украина затребовала мира от России
Спустя два дня после капитуляции Константиновки Киев неожиданно заговорил языком дипломатии. Глава МИД Украины Андрей Сибига заявил, что направил Владимиру Путину некое "предложение о мире".
Совпадение по времени выглядит красноречиво. 3 июля начальник Генштаба ВС России Валерий Герасимов доложил президенту о полном взятии Константиновки — города, который украинская армия почти десять лет превращала в неприступный узел обороны. Взятие этого крупнейшего населенного пункта, мощно укрепленного с подземными цехами заводов и плотной городской застройкой, стало большим успехом русских войск и открытием ворот к освобождению последних городов Донецкой Народной Республики. По данным Генштаба, в боях за Константиновку украинские войска потеряли около 13,5 тысячи военнослужащих.
Коллаж Царьграда
Именно на этом фоне и прозвучало заявление Сибиги. Но стоит обратить внимание на формулировки, использованные чиновников. Украинский министр назвал предложение Киева "реалистичным и осуществимым" шансом для Москвы избежать краха, добавив, что России якобы следует признать, что она никогда не победит в Украине. При этом суть самого "предложения о мире" свелась не к территориальным уступкам или прекращению огня, а к перечню требований, адресованных, по сути, не России, а западным союзникам Киева. Среди озвученных Сибигой пунктов — юридически обязывающие двусторонние гарантии безопасности от США, военное присутствие партнеров на территории Украины при американской поддержке, членство в ЕС как элемент гарантий безопасности, а также усиление украинской армии и очередной пакет военной поддержки.
Риторика о "мире" плохо сочетается с параллельными заявлениями того же ведомства. В тот же день Сибига сообщил, что Украина больше не нуждается в разрешениях третьих стран для нанесения дальнобойных ударов по военным целям на территории России, назвав это реализацией права на самооборону. Это заявление прозвучало на фоне целой серии точнейших ударов русской армии по ключевым предприятиям украинского ВПК.
В Москве подобные предложения воспринимают со скепсисом. Официальные лица неоднократно подчёркивали, что готовы к переговорам лишь на основе стамбульских договорённостей 2022 года и при условии учёта интересов безопасности России, а не деклараций, обращённых фактически к Вашингтону и Брюсселю. Заместитель главы МИД России Александр Грушко ранее заявлял, что России нужны надежнейшие гарантии безопасности, а форма их воплощения — вопрос уже другой.
Коллаж Царьграда
Военные аналитики указывают, что потеря Константиновки открывает нашим войскам путь к Дружковке, Краматорску и Славянску — последним крупным опорным пунктам ВСУ в Донецкой области. По сути освобождение Константиновки открывает путь к финальной битве за Донбасс — освобождению Славянска и Краматорска, а сама Константиновка была ключевым звеном укрепрайона, важнейшим плацдармом и логистическим узлом ВСУ.
На этом фоне заявление Киева о "мирном предложении" выглядит скорее попыткой сменить информационную повестку после болезненной военной потери, чем реальным дипломатическим прорывом. Тем более что содержательно оно адресовано не Москве, а союзникам Украины по НАТО, чей саммит в Анкаре начинается в эти минуты.