Переезд из Германии в Россию Алина объяснила просто: "Мы выбрали комфорт и спокойствие для наших детей"

Семья Алины Белкинс, несмотря на фамилию, русская: она из Казани, муж, хоть и родился в Риге, но от русских родителей, и "Белкинс" - это "Белкин", просто латыши все русские фамилии переиначивают на свой лад. Две дочери появились на свет в Германии, но немецкий язык и современный европейский уклад жизни не стал им родным. Одной из важных ступеней на пути возвращения домой для семьи стал случай, когда старшая дочка, заканчивая детский сад, сделала радостное предположение о том, что скоро можно перестать говорить по-немецки. При этом проблем с языком у детей не было никаких - в обществе они говорили на языке страны, в которой жили, дома - на русском.

Мы уже готовились выпускаться из садика. "Сколько месяцев осталось до выпускного в садике?", спрашивает. Я говорю: "Два месяца". Она говорит: "Ну, все, отлично. Два месяца потерпеть – и можно будет идти в школу и говорить по-русски". Я говорю: "Почему? Мы же живем в Германии, там тоже будет по-немецки". Она: "А, понятно. А потом?". "А потом университет", отвечаю я. "Тоже по-немецки?". Я: "Ну, да. Мы же живем в Германии". Она говорит: "А потом?". Я говорю: "Потом работать". Она говорит: "Так, а сколько по-немецки-то ещё говорить?". Я говорю: "Ну, всю жизнь". Она переспросила: "Всю жизнь?". И посмотрела таким недетским взглядом. И я поняла, что как будто бы приговор человеку озвучила,

- вспоминает Алина.

Фото предоставлены героиней материала

Дальше мама начала замечать, что дочке всё реже хочется говорить на языке Шиллера и Гёте. Была заметна и разница в менталитете. Русской малышке было просто скучно с маленькими спокойными сверстниками.

Немецкого малыша посадишь в песочницу – и он сидит. Он сидит и смотрит. Даже когда уже дети умеют ходить – они не настолько темпераментные. Пока моя дочь уже всё 10 раз оббежит, всё потрогает - немецкий ребенок будет так же сидеть на полу. Ну, в лучшем случае он пройдет, прогуляется, посмотрит неспешно, опять сядет. И моим детям было скучно. И дальше - больше, этот диссонанс нарастал,

- делится Алина. 

В школе у девочек не было друзей, кроме русскоязычных. "Мама, мы не знаем, о чём говорить с другими", признавались девочки. Потом был переезд, другая школа, и они замкнулись в себе. У старшей девочки отторжение дошло до проблем со здоровьем: всё чаще Алина слышала жалобы на больную голову, живот, хотя объективно с дочерью всё было нормально - то есть начались психосоматические проблемы. "Я не хочу туда ходить, мне там некомфортно", призналась как-то девочка. 

Мы решили все-таки всё это благополучно оставить, и выбрали комфорт и спокойствие наших детей,

- сказала Алина.

Семья приняла решение: нужно переезжать в Россию. Тем более, Алине и её мужу всё меньше стало нравится общество, в котором предстояло жить их детям. Германия стала напоминать Вавилон, в который понабежали выходцы из всевозможных стран, кто-то - с целью нажиться, кто-то - "посидеть на социалке". И в этой людской массе, которая в большинстве своём похабно относится к коренным жителям Германии и её культуре и истории, русская семья оказалась в числе неугодных. Плюс Алина, получившая хорошее образование, не могла работать по специальности. "Если ты филолог, и у тебя не прописано, что ты учитель русского языка и литературы, то простите-извините, но вы не будете преподавать в школе. Я очень долго себя не могла применить. В итоге я с двумя высшими образованиями была устроена в садик воспитателем", вспоминает героиня истории.

Фото предоставлены героиней материала

Не удалось семье привыкнуть и к современным европейским ценностям. Например, к дефилирующим по улице бородачам в женских платьях*. 

Допустим, мы идем по улице,  нам навстречу идёт мужчина так серьезно за 60, в сетчатом платье, на каблучках, с накрашенными губами. Этого я детям никак не могу объяснить. Часто бывают мужчины с бородой, с косичками, в платьишке, совершенно спокойно также перемещаются по городу. Но даже, наверное, и не этот факт смущал. А просто смущало то, как преподносят это детям. Потому что я несколько раз видела такое, когда мы с детьми были где-нибудь на площадке: сидят двое, так сказать, женщин, играют дети. И к одной из них подходит мальчик и говорит: "Папа, помоги мне сделать то-то то-то". И вот у меня вот к этому был вопрос: а почему ребенку обязательно нужно прививать эти дефиниции, скажем так? Вот это вот мама, вот это вот папа. Почему, если женщины сделали такой выбор, они не могут сказать, например: "Сын, это тетя Маша, она будет жить с нами". Нет, упорно надо вдолбить, что одна из женщин – это папа, другая из женщин – это мама. Вот это вот я не понимала вообще*,

- рассказывает Алина. 

На момент переезда семья уже побывала в Калининграде в качестве туристов. Во время поездки дети просто влюбились в Россию.

*движение ЛГБТ — включено Росфинмониторингом в список террористов и экстремистов и запрещено на территории России.
Царьград продолжает настаивать, что специальная терминология в виде "ЛГБТ" не нужна. Подобные вещи следует называть своими именами. Речь идёт об извращениях.