Пашинян учит русский язык. И дело тут не в скрытых смыслах — всё гораздо проще
Никол Пашинян не согласился с предложением министра труда Армении учить всех чиновников английскому языку "для международных коммуникаций", заявив, что сам ходит на уроки русского. При этом на саммите ШОС в Бишкеке он оказался единственным лидером стран ближнего зарубежья, выступавшим на национальном языке, тогда как остальные выбрали русский. Эксперты видят в этом не скрытые смыслы, а чистый прагматизм.
Премьер-министр Армении Никол Пашинян не согласился с идеей министра труда о том, что все чиновники должны учить английский язык "для международных коммуникаций".
Почему только английский? Я, например, хожу на уроки русского языка в Академии управления. А кто-то может ходить на японский, китайский, испанский,
— ответил он.
При этом на саммите ШОС в Бишкеке Пашинян был единственным лидером стран ближнего зарубежья, выступавшим на национальном языке. Остальные выбрали русский.
Фото: Коллаж Царьграда
Куратор Экспертного клуба "Дигория", заместитель руководителя проектов Департамента общественно-информационных проектов ЭИСИ Гарник Туманян в беседе с "Царьградом" объяснил, что дело вовсе не в скрытых смыслах, а в банальном незнании языка. Пашинян практически каждый раз публично позорится, когда пытается говорить по-русски, становясь героем роликов и мемов. Мемный PR изначально приносил ему узнаваемость, но сейчас нарративы начали меняться. Премьер воспринимается людьми как политик, который за много лет так и не смог научиться складывать слова в предложения.
Думаю, что это уже серьезный антипиар, нежели позитивное поднятие узнаваемости,
— говорит эксперт.
Фото: Коллаж Царьграда
Туманян также обратил внимание на недавнее выступление премьера в парламенте. По его словам, Пашиняну стоило бы начать изучать азербайджанский язык, если он ещё не сделал этого. Эксперт назвал крайне занятным наблюдение за тем, как глава государства во время выступления в собственном парламенте заменяет армянские топонимы на азербайджанские. Так армянское село Тигранашен внезапно превратилось в азербайджанское Кярки.
Еще хуже было наблюдать за тем, как Пашинян мотивировал это, говоря, что в случае отказа от использования азербайджанских топонимов, он обрекает страну на новую войну,
— добавил собеседник.
Туманян назвал ситуацию настолько абсурдной, что ей сложно подобрать описание — это как если бы сосед потребовал называть собственного ребёнка другим именем, а человек согласился, чтобы ненароком не спровоцировать конфликт.