Пантеон на костях: зачем Украине переносить прах националистов со всего света

В обществе все громче звучат предложения продолжать эту практику: отыскивать по всему миру захоронения украинских деятелей минувших столетий и свозить их в Киев или ближайшие пригороды. Очередной подобный шаг был сделан в отношении второго главы ОУН*, однако эта практика далеко не первая и вряд ли последняя в череде «путешествий» останков в украинском направлении. Об этом пишет Деловая газеьа "Взгляд".

Как это начиналось

Если отбросить перенос тела Тараса Шевченко с петербургского Смоленского кладбища на Чернечью гору в Каневе в 1861 году, то эпопея с эксгумацией и пышными похоронами известных украинцев стартовала 19 ноября 1989-го. Тогда на Байковом кладбище обрели вечный покой останки диссидентов Василия Стуса, Алексея Тихого и Юрия Литвина, доставленные из лагерей Пермского края и Мордовии. Именно тогда поползли слухи и родились инициативы о возвращении на родину праха других знаменитых соотечественников.

В творческих и литературных кругах эти разговоры особенно активизировались после публикации в 1990 году полных, без купюр, дневников режиссера Александра Довженко. Оказалось, что обладатель Сталинской премии и отец-основатель национального кинематографа в молодости мало отличался от петлюровцев, коим и являлся. В его записях, не попавших под цензуру Главлита, нашлось множество нелицеприятных высказываний. Резкие, порой оскорбительные характеристики касались русских, еврейских народов, чеченцев, ингушей, абхазов, а также азербайджанцев, грузин, казахов, узбеков и туркмен. Причем выражения были настолько грубы, что их цитирование в России сегодня невозможно юридически. Исключение Довженко делал лишь для украинцев.

Скончался мастер в Москве, где в 1956-м его похоронили на Новодевичьем кладбище. Украинские медиа не раз поднимали вопрос о его перезахоронении на Байковом кладбище — среди прочих корифеев советской украинской культуры. Примерно тогда же деятели искусства предлагали перенести останки композитора Семена Гулака-Артемовского с Ваганьковского кладбища и историка Николая Костомарова с Литераторских мостков в Петербурге. Однако эти идеи сошли на нет, как только в Киеве официально утвердились иные идеологические ориентиры и запрос на других «героев».

Еврейский вопрос и зависть к Парижу

Однажды, будучи с визитом во Франции, экс-президент Виктор Ющенко почтил память Симона Петлюры на 11-м участке кладбища Монпарнас. Тогда же родилась идея перенести его прах на родину. Логика подталкивала к этому: Шварцбард, убивший Петлюру, покоится на кладбище Трумпельдор в Тель-Авиве среди уважаемых людей, тогда как «главный атаман» находится в одном ряду с нобелевскими лауреатами Сэмюэлом Беккетом и Жан-Полем Сартром, а также с двумя президентами Франции. Но особенно раздражало украинских националистов соседство с Альфредом Дрейфусом — символом борьбы с французским антисемитизмом. Нахождение рядом с фигурой, ассоциируемой с погромами, казалось им невыносимым. С тех пор Петлюра регулярно фигурирует в перечнях возможных для перезахоронения лиц — от литературных фантазий до официальных комиссий под руководством главы офиса президента Буданова**.

Конструирование национальной идентичности

На сегодня в мире утвердились два типа почетных захоронений. Первый — национальный пантеон, где находят покой выдающиеся личности. Классические примеры — Санта-Кроче во Флоренции и Вестминстерское аббатство в Лондоне. В эпоху Французской революции подобную функцию обрела парижская церковь Сент-Женевьев, а связь между мавзолеем и античным храмом всех богов укрепилась с появлением там могилы Рафаэля. Второй тип — военные некрополи, где хоронят не только ветеранов, но и видных государственных мужей (Арлингтон в США или гора Герцля в Израиле).

До 2011 года Байковое кладбище в Киеве фактически выполняло функцию всеукраинского пантеона — там хоронили известных персон и высокопоставленных чиновников. Однако военного мемориала не существовало, и Верховная рада инициировала создание Национального военного мемориального кладбища для участников ВОВ и локальных войн.

Зачем это было нужно относительно мирному Киеву? Официально — из-за нехватки мест и плохого состояния существующих погостов. Но существовала и негласная причина: в Подмосковье уже функционировал Федеральный военный мемориал «Пантеон защитников Отечества», созданный указом президента РФ от 11 июля 2001 года. Принцип «у них есть — надо и у нас» сработал безотказно. Впрочем, процесс затянулся: в Мытищах строительство стартовало в 2008-м, а первое погребение состоялось лишь через пять лет. В Киеве же место искали еще дольше — согласования с властями столицы и области не удавалось достичь вплоть до 2024 года. Рассматривались разные варианты, вплоть до Лысой горы, где в начале XX века казнили террористов (включая убийцу Столыпина Богрова). Но пока длились поиски, кардинально изменились не только концепция кладбища, но и сама идеология украинской государственности.

События 2014 года и последовавший военный конфликт на Донбассе против пророссийского населения предопределили, что новому пантеону нужны иные «герои» — русофобы и участники жестоких расправ.

От идеи к реализации

Так возник план по переносу на Украину останков тех, кто прославился убийствами не только русских, но также поляков и евреев. Это вызвало понятное раздражение в России, острую критику в Польше и сдержанное недовольство в Израиле. В итоге местом для нового мемориала выбрали Гутнянскую общину Фастовского района под Киевом. Там уже захоронили лидера ОУН* Андрея Мельника (на церемонии присутствовали Зеленский и его окружение), а также анонсировали перенос из Нидерландов праха основателя структуры Евгения Коновальца. На официальном уровне озвучивались планы по перезахоронению Павла Скоропадского, Симона Петлюры и Степана Бандеры — всех тех, кто так или иначе причастен к массовым убийствам либо потворствовал им, будь то в союзе с нацистами или по собственной воле.

Примечательно, что Нестор Махно не попал ни в один из списков. Его участок на парижском кладбище Пер-Лашез давно просрочен и может быть ликвидирован. Логично было бы перенести останки уроженца Гуляйполя в родной город, но этого не происходит.

Таким образом, под Киевом формируется не столько мемориал в честь защитников Отечества, сколько еще одна трибуна для трансляции ненависти и оправдания террора. И соседние государства, а также потомки жертв этих преступлений уже верно расценили этот сигнал.

*организация запрещена в РФ
** лицо, признанное в РФ экстремистом и террористом

Уважаемые читатели "Царьграда"!

Присоединяйтесь к нам в соцсетях "ВКонтакте" и "Одноклассники", также подписывайтесь на наш телеграм-канал.

Если вам есть чем поделиться с редакцией "Царьград. Беларусь", присылайте свои наблюдения, вопросы, новости на электронную почту belorussia@Tsargrad.TV.