О сенокосе можно, о политике - нельзя: Как разбить "кривое зеркало" YouTube. Мнение Максима Соколова
Максим Соколов в своей колонке рассуждает о том, как не быть заблокированным на YouTube и что нужно сделать глобально, чтобы вообще не подвергаться "кривому зеркалу" политической цензуры.
В колонке для "РИА Новости" Максим Соколов говорил о феномене сервиса YouTube, где можно спокойно публиковать свой контент лишь в случае верности своего рода "линии партии". Фактически сервис предлагает жить по законам цензуры, в том числе политической. Примером такой цензуры стал бан канала-миллионника Царьграда, о чём напомнил и автор колонки.
Как известно, Царьград заблокировали с мотивировкой, связанной с нарушением экспортного законодательства. Никаких деталей не раскрывали, но, как отмечал учредитель канала Константин Малофеев, по всей видимости, блокировка была связана с объявленными в 2014 году санкциями. К слову, санкции в отношении Малофеева объявили за гуманитарную помощь Донбассу. А вот Александру Дугину не пояснили, из-за чего были заблокированы материалы его портала на YouTube, напоминает Соколов.
"Такая наглядная демонстрация того, кто в доме хозяин, который что хочет, то и делает, вызвала неодобрительные комментарии не только пострадавших Малофеева и Дугина, но и других лиц, которые даже нимало не являются партизанами Царьграда", - отмечает колумнист, добавляя, что на этот раз компания Google перешла границы, "всё-таки тут лицемерие зашкаливало".
Отреагировали и в МИД России, и в Кремле, отметив, что в условиях подобной дискриминации следует развивать независимые площадки, которые невозможно отключить. А миру стоит задуматься о том, как политическая цензура развивается на наших глазах.
Максим Соколов в своей колонке от политической цензуры перешёл к вопросам насущным. Мол, а что вообще нужно сделать, чтобы YouTube не забанил.
"Размещение фото с котиками или частных селфи строго невинного содержания пока не возбраняется. Так же как и аполитичные сообщения "о сенокосе, о вине, о псарне, о своей родне". Там же, где речь идёт о вопросах политических, религиозных и общественных, всё уже сложнее".
Если хочется поднимать иные темы, то придётся сразу подумать, "а не заткнут ли из-за океана". А единственная политическая дозволенность касается тех, кто против власти. Мол, если есть "освободительный дух", то можно. В завершение Максим Соколов делает однозначный вывод: если хочется говорить свободно, то от YouTube придётся избавляться, нужно импортозамещение.