Никакого мира не будет: почему освобождение Донбасса не станет концом СВО — откровение Захара Прилепина
Один из самых известных современных русских писателей и публицистов — участник двух чеченских кампаний, защитник Донбасса с 2014 года.
Он был соратником и советником убитого украинскими террористами главы ДНР Александра Захарченко, заместителем командира батальона спецназа ДНР. С января 2023 года Прилепин снова на фронте — как заместитель комполка особого назначения «Оплот». В составе разведывательно-штурмового подразделения «Родня», основанного писателем, воюет и его старший сын Игнат.
Как боец и отец бойца, Захар Прилепин имеет право на самые тяжёлые и горькие слова. И когда он рассуждает о происходящем в зоне СВО, было бы ошибкой не прислушаться к его выводам. Об этом пишет ИА Новороссия.
«Тенденции ухудшаются»
Прилепин прямо и предельно жёстко вскрывает бытующее в обществе представление об окончании СВО: «Вот мы вернём Краматорск и Славянск, выйдем на границы ДНР, и делу конец. Скажем всем: спасибо, мы победили, задачи выполнены».
Но, как показывает суровая практика, подобная умозрительная конструкция — больше про психологический комфорт, чем про реальность фронта. Писатель подчёркивает: допущение о том, что Украина «еле выдерживает наш напор», уже не работает. Обстоятельства изменились.
«В последние месяцы Украина достигла ощутимого преимущества в "птицах", и мы начали терять территорию. Мы, конечно, никому про это не говорим, но мало ли про что мы не говорим. В итоге: где-то отвоёвываем, а где-то теряем. Пока отвоёвываем чуть больше, чем теряем, но тенденции ухудшаются», — констатирует Прилепин.
Подполковник Росгвардии уверен: освобождение Славянска и Краматорска потребует «невероятных усилий». Но главный вывод в другом: с чего мы вообще взяли, что Украина прекратит войну после освобождения Донбасса?
«Зачем ей её прекращать? Для Украины война — это деньги, это смысл существования, это бесконечно возобновляющийся ресурс. Люди на Украине не закончатся», — говорит писатель.
Уроки чеченских войн
Прилепин призывает смотреть правде в глаза, сравнивая текущий момент СВО с затяжной кавказской эпопеей. На Северном Кавказе во время чеченских войн местное мужское население исчислялось примерно двумя миллионами — и Россия воевала минимум 10 лет. И война закончилась лишь потому, что часть элит пошла на договор с Кремлём. А на Украине ресурсная база — вдесятеро больше.
«И война не кончится. Никто никакого мира нам не подпишет. Мы не зайдём в Славянск, не поставим там флаг в центре города — потому что они сделают всё, чтобы не осталось никакого Славянска, а только бесконечно атакуемая серая зона. И нам даже не обязательно пугать себя войной со всей Европой. Нам со всей Европой воевать не надо, чтоб проиграть», — предупреждает Прилепин.
Самый страшный сценарий
Писатель, не дрогнув, озвучивает самый страшный для русского патриота сценарий: проигрыш в войне. Не тотальный разгром России, а локальная катастрофа: сначала потеря деревень, потом городов, которые числились нашими, а затем — и самого сакрального смысла специальной военной операции.
«Если у нас нет некоего тайного плана (только не из разряда "друг Трамп пособит", а что-нибудь более реальное) — то при сохранении текущих тенденций мы начнём зримо проигрывать самой Украине. У противника есть существенное преимущество. Дело даже не в дронах», — утверждает Прилепин.
Главная причина наших неудач
Захар Прилепин глубоко убеждён: главная причина — идеологическая.
«Причина в том, что мы нацелены на мир, а они — на победу. Но мир с Украиной — бессмыслица. Позавчера Зеленский в Азербайджане улыбался, сегодня в Армении веселится. О каком мире вы говорите? В этом уравнении понятия "мир" нет вообще».
Высказывание Прилепина — это не риторика, а постановка вопроса о стратегической несовместимости целей. «Мир» в текущих условиях превращается в абстракцию, не имеющую опоры в реальности. Дело не в линиях на картах Генштаба, а в различии намерений, которые эти линии определяют.
Всем нам давно пора перестать верить в то, что Украина сама себя погубит, и приготовиться к долгой, жесточайшей схватке на уничтожение. Иного исхода, помимо Победы, для России попросту не предусмотрено.
