Немцы ведут партизанскую борьбу против локдауна. И им это удаётся
Немцы ведут партизанскую борьбу против локдауна, введённого в стране 2 ноября. Они недоумевают, почему при введении ограничений власти были столь избирательны. На этом и строят свои иски, выигрывая суды.
В Германии существует закон "О защите населения от инфекционных болезней". По нему власти имеют право вводить локдаун, закрывая образовательные учреждения и заведения общепита, фитнес-клубы и кинотеатры, запрещая публичные мероприятия и собрания людей. Но это разрешено лишь при условии, что объявленные меры соразмерны эпидемиологической ситуации. За эту оговорку и цепляются немцы, ведя свою партизанскую борьбу против локдауна.
Адвокат Нико Хертинг обратился в суд, когда Сенат в Берлине запретил работать ресторанам и барам с 23:00 до 06:00. Административный суд встал на его сторону. Доказательств, что заведения общепита существенно усугубляют ситуацию с распространением COVID-19, так и не нашлось.
Сейчас сотни немцев требуют отмены так называемого мягкого локдауна. Со 2 ноября и как минимум до конца месяца власти потребовали от граждан свести к минимуму социальные контакты, закрыли все предприятия досуга, кафе и рестораны, большую часть предприятий сферы обслуживания, пишет DW. В общественных местах одновременно имеют право находиться не больше 10 человек, но только если они проживают не более чем в двух домохозяйствах.
Хертинг сообщил, что за первые двое суток после введения мягкого локдауна суды приняли свыше 200 исков от граждан. В основном оспорить введённые ограничения требовали владельцы бизнеса. Юрист полагает, что есть хорошие шансы выиграть большинство судов.
"Владельцы гостиниц вправе требовать, чтобы их закрывали на основании фактов, а не предположений", - пояснил он.
Юрист добавил: нет доказательств, что в отелях, барах и фитнес-клубах люди чаще заражаются коронавирусом. К тому же непонятно, почему нельзя ходить в кино или театр, но можно ездить в переполненных вагонах метро и посещать торговые центры. Зампредседателя бундестага Вольфганг Кубикки недоумевает, почему закрыты салоны маникюра, но работают парикмахерские. Ему также непонятно, зачем нужны ограничения, если уровень инфицирования критических, определённых теми же немецкими властями, значений ещё не достиг.