Легендарный парад 1941 года в Москве. Чем он взбесил Гитлера? Минобороны раскрыло секретное название
Подготовка к легендарному военному параду 7 ноября 1941 года в Москве велась в обстановке строгой секретности, а сам он проходил по документам как "Операция гарнизонных московских войск". Сам факт проведения парада вызвал ярость Гитлера, ведь он сам собирался провести в столице СССР победное шествие войск вермахта. Не сложилось.
Парад на Красной площади 7 ноября 1941 года продолжался всего 25 минут и стал самым коротким за всю историю военных парадов, проводимых в столице. По брусчатке главной площади страны промаршировали 28 тысяч бойцов. Многие части прямо оттуда направлялись на фронт. В параде приняли участие 140 артиллерийских орудий разных калибров, 160 танков и 238 автомашин.
Корреспонденту издания aif.ru в 2014 году удалось поговорить с Азой Агапкиной, дочерью военного дирижёра и автора знаменитого марша "Прощание славянки" Василия Агапкина. Её отец написал свою самую известную мелодию в 1912 году. Тогда он был штаб-трубачом 7-го запасного кавалерийского полка, стоявшего тогда в Тамбове. По сути "Прощание славянки" с тех пор является национальным маршем, символизирующим проводы на войну или на военную службу. Эта мелодия за границей является одним из самых узнаваемых "музыкальных символов" Российской Империи, СССР и современной России.
7 ноября 1941 года Василий Агапкин руководил сводным военным оркестром на Красной площади. По воспоминаниям его дочери, что Москву в те дни нещадно бомбили, поэтому проведение парада оставалось под большим вопросом вплоть до 6 ноября. Но в ночь на 7 число столицу накрыла пурга, в сам день парада продолжал падать снег. Образовалась облачность, которая сделала невозможной работу вражеских бомбардировщиков. В этот же день в Москве была на редкость холодная для начала ноября температура воздуха.
За свои 92 года жизни я больше не припомню таких холодов в ноябре. Словно назло немцам,
- рассказывала Ада Агапкина.
Фото: Komsomolskaya Pravda/GlobalLookPress
По её воспоминаниям, "Прощание славянки" должны были играть в конце. Настал момент, когда по Красной площади должны были пройти конница и танки. Василию Агапкину следовало дать команду оркестру отойти к ГУМу, но он не смог открыть рта, потому что губы примёрзли друг к другу. Он попытался сойти с помоста, на котором дирижировал, и тоже не смог - сапоги примёрзли. Один из его подчинённых понял, в чём дело, и помог их отодрать, рассказала дочь композитора и дирижёра.
Из-за сильного мороза у духовых инструментов замерзли вентили, музыканты отогревали их руками и дыханием. Аза Васильевна говорила, что отец признавался: от волнения у него чуть сердце не разорвалось. Было чудом, что ни музыкальные инструменты, ни сами музыканты не подвели при таких погодных условиях.
Сам факт проведения парада вселял в Красную армию готовность к борьбе и уверенность в собственных силах. Ярость и злоба Гитлера и руководителей Третьего рейха вполне понятна. Они не сомневались в скором падении Москвы и собирались сами провести победное шествие своих войск по улицам и площадям покорённой советской столицы. Однако в этот день все увидели, что руководство страны не бежало, а продолжает работу по обороне Советского Союза, а по Красной площади промаршировала армия будущих победителей.