"Куда же убежали миллиарды": Цена на нефть выросли, а доходы в бюджете России - нет
Первый квартал 2026 года оказался для русской экономики непростым: федеральный бюджет столкнулся с рекордным дефицитом, который уже превысил запланированный показатель на весь год. По данным Министерство финансов России, доходы за январь–март составили около 8,3 трлн рублей, тогда как расходы достигли почти 12,9 трлн. В результате разрыв вырос до 4,6 трлн рублей - это примерно 1,9% ВВП.
На первый взгляд ситуация выглядит парадоксальной: мировые цены на нефть в марте заметно выросли, однако это не привело к увеличению поступлений в казну. Более того, нефтегазовые доходы за квартал сократились почти на 45% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Основные причины - более низкие цены на российскую нефть в предыдущие месяцы, крепкий рубль и временной лаг поступлений: рост котировок отражается в бюджете с задержкой.
ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА
При этом ненефтегазовые доходы, напротив, показали рост - примерно на 7%. Существенный вклад обеспечил НДС, который с 2026 года рассчитывается по повышенной ставке. Однако даже это не смогло компенсировать провал в нефтегазовом секторе, традиционно являющемся ключевым источником доходов бюджета.
Дополнительное давление создаёт расходная часть. Уже третий месяц подряд траты существенно превышают доходы. В Минфине объясняют это опережающим авансированием государственных контрактов - практикой, которая применяется не первый год. Однако в 2026-м, в отличие от предыдущих лет, "сезон авансов" затянулся: если раньше к марту расходы начинали стабилизироваться, то сейчас они продолжают расти.
Внутри структуры расходов особенно заметен рост госзакупок, увеличившихся более чем на треть. При этом подробная разбивка затрат по направлениям остаётся закрытой - такая практика действует с 2022 года в целях снижения санкционных рисков.
ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА
На фоне дефицита правительство уже прибегало к использованию резервов. В январе и феврале было реализовано золотовалютных активов на сумму свыше 400 млрд рублей. Однако в марте операции по бюджетному правилу временно приостановили - вероятно, чтобы избежать давления на валютный рынок и сохранить часть ресурсов.
Эксперты, впрочем, призывают не драматизировать ситуацию. Предприниматель Денис Астафьев отмечает, что резкий рост дефицита во многом объясняется сезонными факторами и заранее запланированными расходами. По его оценке, ключевые причины - падение нефтегазовых доходов и рост расходов, тогда как общая картина остаётся управляемой: "Да, цифры выглядят внушительно, но они во многом связаны с опережающим финансированием и уже заложенными обязательствами. Ситуация требует внимания, однако не выходит из-под контроля, и итоговый дефицит, вероятно, окажется выше плана, но не критичным".
Похожей позиции придерживается и эксперт по рискам Максим Гмыря. Он считает, что сам по себе уровень дефицита не является критическим по международным меркам, однако важнее то, какими инструментами он будет покрываться. В числе возможных мер - заимствования через размещение облигаций, использование средств Фонда национального благосостояния и ужесточение налоговой политики.
ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА
Гмыря подчёркивает, что в ближайшее время бизнес может столкнуться с усилением контроля и повышением собираемости налогов. При этом важно сохранить баланс, чтобы давление на экономику не привело к обратному эффекту - снижению деловой активности и уходу части компаний в тень.
Таким образом, главный вопрос сегодня - не столько в самом дефиците, сколько в его природе и способах компенсации. Рост цен на нефть может частично улучшить ситуацию уже во втором квартале, однако структурные проблемы остаются. Бюджету предстоит адаптироваться к новым условиям, где прежняя зависимость от сырьевых доходов уже не гарантирует финансовой стабильности.
