Конец атомной монополии США: День, когда СССР стал ядерной державой

С проектом по разработке советской атомной бомбы, помимо имен ученых,  связано немало политических имен. Это и Вячеслав Молотов, и Георгий Маленков, и даже Лаврентий Берия. Работы требовали полной секретности, а также координации лабораторий и предприятий, разбросанных по всей стране.

Научная часть проекта – это уже была задача Игоря Курчатова, одного из немногих "незасекреченных" физиков. В Курчатове совпало многое: не только исследовательская цепкость, серьезная целеустремленность, но и огромные организаторские способности. Все это разглядел в нем создатель советской физической школы академик Абрам Иоффе. Со стороны "компетентных органов" Курчатов характеризовался как "человек скрытный, хитрый, осторожный и дипломатичный.

Позднее Курчатов станет сторонником "мирного атома", благодаря ему позднее появятся и атомный ледокол "Ленин", и Обнинская АЭС, к слову, первая в мире.

Вопросами ядерной энергии академик Иоффе начал заниматься в самом начале 30-х годов прошлого века, но, так же как многие другие ученые, не видел практического применения подобным разработкам. Отношение к атому изменилось только после того, как во многих странах мира появилось новое направление в науке – ядерная физика.

В 1940 году Георгий Флёров и Константин Петржак обнаружили явление самопроизвольного деления урана. Однако вскоре грянула война, исследования пришлось свернуть. Снова к ним вернулись спустя полтора года – в самом конце 1942 года.

Уже тогда стало ясно, что в гитлеровской Германии полным ходом идет разработка смертоносного оружия, не известного ранее никому. Так что исследования становились важным моментом в вопросах безопасности страны. Тем более что к этому моменту американцы, которые смогли собрать у себя лучших физиков Запада, успели заметно вырваться вперед.

Первый высокочистый урановый слиток советские ученые смогли показать руководству страны в конце 1944 года. Большая заслуга в этом достижении была и Зинаиды Ершовой, которую называли "русской мадам Кюри".

Между тем на полигоне Аламогордо (штат Нью-Мексико) 16 июля 1945 года был произведен первый в мире опытный взрыв атомной бомбы. Символично, что произошло это буквально накануне Потсдамской конференции, на которой впервые Иосиф Сталин встретился с недавно избранным президентом США Гарри Трумэном.

В Потсдаме американский лидер вел себя с полным осознанием того, что его страна обладает монополией на самое страшное оружие. Об испытаниях бомбы Трумэн рассказал Сталину, ожидая какой-то заметной реакции. Однако советский лидер отреагировал на сообщение очень сдержанно – о взрыве он знал и без этого. Зато Трумэн, немного задетый такой безразличной реакцией, колко отметил в разговоре с Черчиллем: "Дядюшка Джо, видимо, не понял, о чем идет речь".

В работе над атомной бомбой принимали участие и англичане, а вот Москва обо всем узнавала исключительно благодаря разведке.

Не прошло и месяца после первого испытания атомной бомбы, как мир содрогнулся от страшного известия: США применили свое смертоносное оружие в Хиросиме и Нагасаки.

В СССР же разработка этого оружия шла полным ходом. На московской окраине в 1946 году  появился первый в Европе атомный реактор, где отрабатывали технологию получения плутония. Систему, в которой сразу же началась самоподдерживающая цепная реакция, запустил лично Курчатов. Еще через полтора года на южном берегу озера Кызыл-Таш заработал оружейный реактор, откуда был получен плутоний.

С началом холодной войны на Москву американцы и их союзники начали давить по всем фронтам. Понятное дело, что главным козырем Вашингтона была ядерная бомба. В советских газетах этот период называли "временем ядерного шантажа": США, обладая таким оружием, считали себя неуязвимыми.

"Конечно, монопольное владение секретом атомной бомбы создает угрозу, но против этого существует по крайней мере два средства: а) монопольное владение атомной бомбой не может продолжаться долго; б) применение атомной бомбы будет запрещено", - так ответил тогда Сталин на вопрос об этом американском "чудо-оружии".

6 ноября 1947 года мир услышал слова Молотова: "Секрета атомной бомбы уже не существует". Это говорило о том, что подобное оружие появилось и у Советского Союза, пишут "Известия".

Атомным проектом в условиях строжайшей секретности занимались в закрытом городе Арзамас-16 (Саров). Здесь при конструкторском бюро КБ-11 появился особо засекреченный завод, на котором и создавали атомные бомбы, получившие поначалу название "Изделие 501". Позднее секретное оружие назвали "РДС-1" (реактивный двигатель специальный). Премьер Британии Уинстон Черчилль дал советскому атомному первенцу другое название - "Джо-1" с намеком на Сталина, которого в годы войны союзники из США и Англии называли "Дядюшкой Джо".

РДС-1 представляла собой авиационную атомную бомбу массой 4,7 т, диаметром 1,5 м и длиной 3,3 м. За два года в Сарове создали 15 таких бомб. По объему РДС-1 была намного меньше американского аналога, зато мощностью превосходила раза в 2-3.

Вскоре был назначен и "день Х" – 29 августа. Готовились к нему тщательно, у места будущего взрыва установили измерительную аппаратуру. В 06:35 была нажата кнопка "Пуск", а через 25 минут, ровно в 7 часов, над полигоном прогремел  взрыв и стал расти атомный гриб. Теперь можно было сказать с уверенностью: США потеряли монополию на атомное оружие. Мир изменился и прежним уже не станет. Появление второй ядерной державы стало одним из главных событий ХХ века.

Через полтора месяца после этих испытаний в ТАСС была опубликована карикатура со стихами Сергея Михалкова:

Просто, скромно, без апломба

Сообщило миру ТАСС,

Что, мол, атомная бомба

Есть у вас и есть у нас!

Да-с!