"Коммерсант": КНДР дистанцируется от Ирана, чтобы не ссориться с США
В Сеуле полагают, что северные соседи надеются сохранить договорённости с Вашингтоном и потому не торопятся вступиться за союзника.
КНДР целенаправленно дистанцируется от войны в Иране, чтобы не сжигать мосты с США и оставить канал для возможных переговоров с Вашингтоном. Такой вывод представила 6 апреля Национальная разведывательная служба Южной Кореи по итогам закрытого заседания парламента Республики, передаёт "КоммерсантЪ".
Пхеньян, формально считающийся союзником Тегерана, не только воздержался от публичных соболезнований после гибели аятоллы Али Хаменеи в результате авиаударов 28 февраля, но и не направил поздравлений его сыну Моджтабе по случаю вступления в должность нового верховного лидера Ирана. Кроме того, КНДР не отправила в Иран партии вооружений, вопреки многолетней практике двустороннего военно‑технического сотрудничества.
В Сеуле сочли, что это сознательная тактика: Северная Корея не хочет усугублять и без того непростые отношения с Вашингтоном и оставляет себе "пространство для дипломатии". По словам представителя правящей Демократической партии Кореи Пак Сон Вона, в свете слухов о возможной встрече президента США Дональда Трампа с северокорейским лидером Ким Чен Ыном во время визита в Китай в середине мая, осторожное поведение Пхеньяна может быть подготовкой к переговорам.
Подчеркивается, что заявления МИД КНДР по поводу конфликта на Ближнем Востоке были аномально мягкими, особенно на фоне резких выступлений Китая и России. В феврале на IX съезде Трудовой партии КНДР Ким Чен Ын прямо заявил, что у Пхеньяна и Вашингтона нет объективных причин, "по которым мы не можем хорошо ладить", однако поставил условием признание КНДР как ядерной державы и отказ США от "политики конфронтации".
Ещё одним свидетельством сдержанных намерений в Сеуле считают тот факт, что с начала войны 28 февраля КНДР не поставляет Ирану оружие и боеприпасы, хотя именно северокорейские образцы якобы легли в основу ряда иранских ракет. Отметим, что ни Пхеньян, ни Тегеран никогда официально не подтверждали, а иногда даже отрицали своё военно‑техническое сотрудничество.