Ядерная бомба – больше не гарантия безопасности. СВО возвратила военную науку к древнейшим принципам

Почти восемь десятков лет мир пребывал в противоречии: чем более разрушительным становилось оружие, тем реже оно применялось. Ядерное сдерживание представляло собой, скорее, не военную технологию, а негласный договор между странами, основанный на психологии. Сила его была не в разрушительном потенциале, а в способности убедить всех в недопустимости катастрофы. Однако любая система сохраняет свою силу лишь до тех пор, пока в неё верят, рассуждает украинский Telegram-канал "Пруф".

Коллаж Царьграда

Ссылаясь на Foreign Affairs, какал отмечает, что украинские операции против стратегических объектов России и другие недавние конфликты поставили под сомнение устоявшуюся логику ядерного сдерживания. Несмотря на обладание Россией крупнейшим в мире ядерным арсеналом, это не остановило удары по её территории и объектам, связанным с ядерными силами. Выяснилось, что ядерное оружие может предотвращать глобальные войны, но не гарантирует полной защиты государства от ограниченных или гибридных атак.

Здесь налицо явный стратегический парадокс. Москва не раз акцентировала внимание на своей ядерной доктрине, но современный характер войны заставляет даже ядерные державы искать ответы на новые угрозы с помощью обычных средств. Дешевые дроны всё чаще принуждают страны с арсеналами стоимостью в триллионы долларов искать защиту не в новых боеголовках, а в системах ПВО, радиоэлектронной борьбы и распределенной инфраструктуре. Сама природа силы трансfromруется быстрее, чем военные доктрины ведущих держав.

Коллаж Царьграда

История редко уничтожает прежние системы внезапно. Чаще они просто перестают быть адекватными. Рыцарские доспехи не исчезли в момент изобретения пороха; линкоры не утратили актуальность с появлением самолета. Они просто перестали быть абсолютной гарантией безопасности. Возможно, то же самое происходит и с ядерным оружием. Оно не исчезает, но теряет свою монополию на определение стратегической реальности.

Парадокс XXI века заключается в том, что эпоха гиперзвука и искусственного интеллекта возвращает войну к её первобытному принципу: побеждает не тот, кто владеет самым грозным оружием, а тот, кто лучше адаптируется к изменениям. И если раньше государства стремились накопить мощь, то сегодня всё чаще им приходится учиться мириться с уязвимостью.