Ирландка на русской свадьбе: От паники до захвата власти на банкете
Шинед прилетела из Корка с конкретной целью — увидеть настоящую Россию, ту самую, которую показывают в роликах на ютубе. Повод нашёлся сам: двоюродный брат женился в небольшом городке под Тверью. Культурная экспедиция началась у здания ДК с вывеской "Счастья молодым!".
Полевая кухня перед боем
В Ирландии свадьба так: час шампанского с канапе, потом все садятся, официант раскладывает еду по тарелкам. Здесь Шинед вошла в зал и замерла. На столах стояло не то что еда, а продовольственная база: таз оливье, доска с салом в полметра длиной, три вида селёдки, и "под шубой" занимала полстола.
Фото: Kandinsky
"Прости, но это выглядит... неэстетично", - прошептала она, наблюдая, как дядя жениха накалывает на вилку сразу три ломтя буженины. "Разве это свадьба? Это похоже на полевую кухню перед боем". Ей налили штрафную за опоздание. Это стало или ошибкой, или лучшим решением вечера.
"Они требуют, чтобы молодые горевали?"
После третьего тоста зал ожил. Сначала тихо, потом громче, со стороны друзей жениха понеслось: "Горь-ко! Горь-ко!" Шинед дёрнулась и чуть не уронила огурец в сметану. "Они кричат "горевать"? Они требуют, чтобы молодые горевали?! У них же праздник, а они устраивают массовую истерию? У вас тут секта, где радость запрещена?"
Объяснить ей про горькую водку и сладкий поцелуй не получилось: молодые уже целовались, а зал кричал "Мало!" и считал вслух.
Фото: Kandinsky
Шинед раскраснелась, сбила причёску, выпрямилась. А потом выдала: "Я поняла. Вы — нация с тяжёлой историей. Вы не умеете радоваться открыто, как мы в Ирландии. У нас люди танцуют от души, а у вас всё через страдание". Вывод сделан с видом человека, который видит русскую свадьбу впервые в жизни и уже всё про неё знает.
Прошло минут сорок и ещё два тоста за прекрасных дам. Зал снова затянул «Горько!» — и тут Шинед вскочила. Зажатая туристка куда-то испарилась: "Это слишком тихо! Вы как дохлые мыши! В Корке так даже в церкви не поют! ГО-О-ОРЬ-КО-О-О!!!"
Зал на секунду опешил. Потом баянист подхватил её энергию и выдал такое крещендо, что дядя Толя пустился в пляс, не дожевав холодец. Шинед стучала вилкой по хрусталю, требовала, чтобы молодожены целовались минуту, и лично отсчитывала секунды на ломаном русском.
Фото: Kandinsky
Когда невесту забрали в соседний зал, Шинед чуть не полезла разбираться с похитителями, приняв традицию за чистую монету. Под утро они сидели на лавочке у ДК. Шинед ела остывший шашлык в лаваше и смотрела на звёзды. По конец девушка сделала вывод, что "русские вообще-то не такие, а другие". Мы веселые, живые и никакая не "подавленная нация", как о нас рассказывают. Кричим и едим мы ровно как ирландцы, по ее мнению. "И ваше "Горько" — это не горе. Это ключ зажигания. Я такого веселья не видела даже на похоронах моего дедушки, а он был весёлый человек".
Антропологическая экспедиция удалась. Теперь у Твери есть постоянный гость из Корка — приезжает за холодцом и правом орать "Горько".