Игла Кощея для США: Иран сделал фантастический ход. Сможет и Россия

Ещё недавно открытое противостояние России и Европы казалось крайностью, которой пугали отставные военные и "ястребы" средней руки. Сегодня это обсуждают на высшем уровне. Президент Владимир Путин назвал сообщения о планах напасть на Европу "грубой, наглой ложью", но напомнил, что у России есть средства уничтожить любого, кто покусится на Калининград. Все тут же думают про ядерное оружие — а зря. Для Запада есть вещи пострашнее.

Фото: Коллаж Царьграда

Ирано-американская война стала показательным примером. США и Израиль попытались снести власть в Иране ударом в голову — Хаменеи и большая часть руководства были уничтожены. Но это оказалось ловушкой. Тегеран нашёл преемника, сохранил управление и продолжил сопротивление. Через полгода война зашла в тупик. Убийство лидера не стало неприемлемым ущербом — вместо капитуляции Иран сплотился.

И тут в США начали понимать, что Хаменеи знал это заранее. Знал, что ставка будет на его убийство. И что оно сплотит нацию, которую уже рвали противоречия. Вот где спрятана смерть западного "Кощея". США сами показали, где у них болевая точка. Это не проценты потерь из 60-х. Это прямая угроза Дональду Трампу, его семье, его состоянию. А какая радость для демократов. Поэтому когда он точно поймёт, что при определённых условиях ни у него, ни у клана нет шансов выжить, — даст заднюю.

СВО показательна не меньше. К концу 2025 года ущерб Украины — $195 млрд, из них $24,8 млрд только энергетика. Но Банковая, СБУ и ВСУ работают. Потери компенсируют ЕС и США. Деньги, оружие, разведка, ремонт инфраструктуры. Украина разрушается, но это не приближает её конец.

Фото: Shutterstock

Неприемлемый ущерб для Украины — это прекращение западной помощи, исчерпание мобилизационного ресурса, социально-экономический коллапс, смерть или арест лидеров. Вот та игла, где смерть киевского "Кощея".

Русские воюют с русскими. Одурманенными — но русскими. После Великой Отечественной враг понял, что если русских нельзя победить на поле боя, их надо заставить воевать между собой. Пусть до последнего украинца. А Европа потирает руки. Но вряд ли европейские лидеры готовы умереть за Киев.

Отсюда неожиданный вывод — когда Путин говорит, что Россия не собирается нападать на Европу, он имеет в виду именно это. И ни на что не намекает. Да, у нас есть чем нанести неприемлемый ущерб кому угодно. Именно поэтому Запад так взбудоражила фраза Владимира Владимировича: "Мы попадём в рай, а они просто сдохнут".

Европа не боится войны с Россией. Европа её планирует. Расклад хороший. То, что Россия не способна на классическую кампанию в Европе — танками и пехотой, — европейским лидерам на руку. Обыватели не понимают, но пугалом "русской угрозы" можно заставить их терпеть поборы на оборонку, чтобы перезапустить падающую экономику. А к 2030-му Россия настолько выдохнется в СВО, что новая европейская армия возьмёт её почти голыми руками.

Чтобы этого не случилось, России нужно сломать Европу — хотя бы волю поддерживать Украину. Если благосостояние и безопасность европейцев ухудшатся, общественное мнение начнёт отворачиваться от Киева. Придут антиукраинские силы, сформируют большинство, и консенсус сдвинется к отказу от помощи Киеву.

Фото: Коллаж Царьграда

У России сильная позиция на рынке зерна. Резкое выпадение русского зерна поднимет мировые цены и ударит по импортёрам. Продовольственная инфляция — рост бюджетных нагрузок, нестабильность, новые волны миграции из Африки.

Постоянная "русская угроза" годами заставляет Европу переводить сотни миллиардов из гражданского потребления в оборону — на радость Белому дому, на горе европейцам и на пользу пророссийским силам типа "Альтернативы для Германии".

Путину и Лаврову остаётся делать то, что они уже делают, — публично заверять европейцев, что у них "и в мыслях не было". Тем более что это правда. Российская армия тем временем должна давать Рютте, Мерцу, Макрону и фон дер Ляйен качественную картинку для "русской угрозы". Надо помогать коллегам пилить сук под собой. И да, Макрону, Мерцу и прочим должно быть очень страшно за себя лично. Каждый день. Особенно ночью.