Один ребенок поседел, дочь и муж погибли разом: Номинантка на Нобелевку из Горловки учится быть счастливой
Жительницу Горловки Анну Тув, которая в 2015 году потеряла мужа и дочь при обстреле, номинировали на Нобелевскую премию мира. Женщина рассказала, как ей удалось выжить, оправиться после полученных травм, а главное - стать счастливой.
По словам Анны Тув, ее выдвинули на премию три человека. Это Эннио Бордато, который возглавляет Ассоциацию по спасению детей Донбасса. Здесь Тув и ее семья нашли поддержку с самого начала, как случилась трагедия. В ассоциации помогли Анне получить бионический протез - во время атаки артиллерии ВСУ ей перебило руку.
Второй человек представляет интересы Донецкой Народной Республики в Италии - независимый корреспондент Sputnik Italia Элизео Бертолази. Третий - депутат партии "Лига" Вито Коменчини.
По словам Тув, еще до трагедии они вместе с мужем и детьми год жили в условиях войны. Пытались переехать в Крым, но статус беженцев им оформить не удалось. Да и в Горловке оставалось хозяйство.
Во время обстрела Горловки войсками ВСУ семья была дома. По словам Анны, муж заслонил ее собой и вытолкнул в дверь, в результате чего она спаслась - только перебило руку. Маленьких детей засыпало в спальне, но несмотря на травмы, они выжили. Старшую Катю разорвало пополам...
"Попыталась откопать мужа с дочкой, но почувствовала, что начала терять сознание. Выбежала в коридор, увидела. Половина туловища Кати. Рядом лежал Юра — без рук и без ног, лицом вниз", - вспоминает Анна в беседе с RT.
После трагедии Тув с детьми переехала в Донецк, где случайно познакомилась с Элизео Бертолази, дала ему интервью. Вскоре она перебралась в Россию - вывез местный житель, который привозил в ДНР из России продукты. Сначала поселились в Подмосковье, затем переехали в Италию. Там Анна и начала активно давать интервью, рассказывая европейским СМИ, что на самом деле происходит в Донбассе.
Анна признается, что очень хотела вернуться в Горловку и всеми силами рвалась в ополчение, но из-за протеза ее не взяли. На родине у Тув остался отец, ему 67 лет, и она так и не смогла объяснить, почему надо "бросать все и уезжать".
Дети сейчас в Подмосковье, но ходить в бесплатный садик пока не получается. Захару, который в этом году пойдет в школу, сняли диагноз "аутизм" и инвалидность. Последствия бомбёжки ещё остались: глаза сильно обожгло, это отразилось на зрении. До сих пор пищит в ушах, сильные головные боли после контузии. Более того, у него появились седые волосы. Маленькая Милана, которой не было и месяца на момент бомбежки, ничего не помнит.
Тув добавляет, что намерена быть счастливой, несмотря ни на что, и дарить счастье своим и чужим детям. В горе погружаться не было даже и мысли. Иначе за что еще тогда погибли ее муж и дочь.
