ЦГ: врачи пытались достучаться до Минздрава, но оказались никому не нужны

Девять погибших младенцев в Новокузнецке, разгромленный роддом в Кольчугино, зарплаты по 18 тысяч и 48-часовые дежурства без сна — это не отдельные ЧП, а симптомы системы.

Расследование "Царьграда" вскрывает правду, которую годами скрывали от президента под прикрытием "оптимизации".

"Страшно рожать": как нехватка кадров убивает младенцев

В новокузнецком перинатальном центре, где за новогодние праздники скончались девять новорождённых, не хватало нескольких десятков специалистов. Общее число незакрытых ставок к концу декабря приближалось к 900.

Экс-сотрудник Станислав Савельев проработал там два месяца и уволился, получив вместо обещанных 100 тысяч рублей всего 33 тысячи. Сейчас больница снова ищет замену с формулировкой "опыт не требуется".

Кадровый дефицит порождает клубок проблем: грубость персонала, низкую подготовку, кумовство, взятки. Женщины боятся рожать в государственных учреждениях. 23-летняя Виктория Фомина потеряла сына в новокузнецком роддоме — недоношенный малыш прожил двое суток, задышал самостоятельно, но умер по дороге в детскую больницу при переводе.

Я договорилась с врачом в Кемерово, но меня на скорой отвезли в Новокузнецк. Как после такого решиться на ещё одни роды? Я об этом пока даже думать боюсь,

— признаётся девушка.

 Эксперты не исключают, что безнадёжных младенцев "раскидывают" по разным больницам, чтобы не портить статистику одного роддома. Цинично, но "средняя температура по больнице" остаётся нормальной.

 "Мне нравится мыть полы": исповедь акушерки с зарплатой 18 тысяч

В Кольчугино, где 38 тысяч жителей, закрывают роддом, в котором полвека рождались все коренные горожане. 25-летняя акушерка Светлана Евдокимова пять лет работала в этом учреждении. Начинала санитаркой с зарплатой 22 тысячи, после диплома акушерки получала 18 тысяч.

Я прямо плакала и хотела вернуться в санитарки. Говорила маме, что мне очень нравится мыть полы в поликлинике,

— вспоминает Светлана.

Чтобы выжить, девушка брала полторы ставки: сутки в роддоме, затем сразу в женскую консультацию — рабочий день растягивался на 30 часов. Дома бывала редко, зарабатывала чуть больше прожиточного минимума.

Коллега работала ещё интенсивнее: сутки в кардиологии, сутки в роддоме — 48 часов без сна. На руки получала не больше 35 тысяч.

 Жалобы в облминздрав не помогали — письма спускались, но главврачи менялись слишком быстро. Спасение пришло два года назад: федеральные соцвыплаты для малых городов (50 тысяч врачам, 30 тысяч среднему персоналу).

Светлана взяла медицинскую ипотеку — государство дало полмиллиона на взнос и субсидировало 10 тысяч из платежа в 23 тысячи. Семья планировала ребёнка. Но теперь роддом закрывают. Коллектив в 40 человек сокращают, вакансий хватит на три акушерки и три уборщицы.

У нас пять молодых девчонок: одна многодетная мама, остальные с маленькими детьми и я с медицинской ипотекой. Всю нашу жизнь перевернули,

— говорит Светлана.

Заведующая роддомом Лариса Кузенкова возмущена: штат укомплектован, младенческая смертность мизерная, материнской нет вообще, зарплаты достойные.

 В 2012 году, когда было по 700 родов в год, мы писали петиции, что работаем на износ, но были никому не интересны. А сейчас, когда коллектив укомплектован, у нас забирают возможность работать,

— сетует заведующая.

Сопредседатель профсоюза "Действие" Андрей Коновал констатирует системный кризис: "Эффективный контракт" съел сам себя — зарплаты не растут, а с учётом инфляции падают. Росстат с середины 2024 года перестал публиковать детальные данные о доходах медиков по регионам — эксперты считают, что скрывать нечем хвастать.

Читайте первую часть специального расследования "Первого русского" в эксклюзивном материале "Царьграда".

Уважаемые читатели "Царьграда"!

Присоединяйтесь к нам в соцсетях "ВКонтакте" и "Одноклассники", также подписывайтесь на наш телеграм-канал.

Если вам есть чем поделиться с редакцией "Царьград. Беларусь", присылайте свои наблюдения, вопросы, новости на электронную почту belorussia@Tsargrad.TV.