Спецоперация стала золотым дном для негодяев: Циничный бизнес на крови и горе семей погибших бойцов

Вокруг военблогера Романа Алёхина*, которого ранее обвинили в отмывании денег на гуманитарной помощи (сам он это, естественно, отрицает), новый скандал. В Сети сейчас активно раскручивается тема о том, что он устроил дробление бизнеса, оформив часть структур на родственников. Обычный приём, связанный с особенностями национального налогообложения.

Впрочем, главная фишка в том, что две компании, в которых учредителем выступает мать Алёхина*, занимаются производством и продажей протезов — изделий, ставших, как известно, очень востребованными после начала СВО. То есть, по сути, блогеру и бывшему советнику губернатора Курской области, а ныне фигуранту дела о строительстве фортификаций Алексею Смирнову предъявляют крайне неприятную претензию — чрезмерные заработки на спецоперации.

Мы проверили — да, по крайней мере, у одного из ООО, где директором значится его супруга (через её ИП происходит реализация продукции в специализированных магазинах), выручка с последние три года растёт. Но в системе госзакупок (до спецоперации основным заказчиком бизнеса Алёхиных был курский Фонд соцстрахования) за это время они не участвовали — открытым способом. Но ввиду секретности многих аспектов, связанных с боевыми действиями, контракты на изготовление искусственных конечностей именно для военнослужащих у них всё же могут быть. Или были. Поскольку Роман Алёхин* попал в чёрный список, система в таких случаях реагирует безотказно: любые взаимодействия с государством сворачиваются в кратчайшие сроки.

Но тут скорее дело даже не в самом Алёхине*.

А в том, что происходящие вокруг спецоперации события в тылу только подтверждают известную поговорку: "Для кого война, а для кого мать родна".

Околовоенный бизнес расцвёл в самых разных формах, включая откровенно криминальные.

Для участников СВО — особый ценник

Вопиющий случай произошёл в Свердловской области, где ритуальная контора выкатила вдове участника СВО — матери четверых детей — гигантский ценник за погребение мужа. Когда пришло извещение о его гибели, их младшему ребёнку не было ещё и года. Пока хоронила мужа, Наталья с грудничком на руках проходила настоящие круги ада.

Имя вдовы мы поменяли по её просьбе (фамилия есть в редакции) — городок маленький, и женщина опасается возможных проблем со стороны причастных.

Потому что деньги с неё похоронщики нагло требовали буквально за всё. За то, чтобы открыть гроб и удостовериться, что внутри именно её муж. За то, чтобы его переодеть. За то, чтобы переложить его из казённого цинкового гроба в тот, который выбрала вдова. За утилизацию гроба. А верхом цинизма стало требование оплатить "за вонь", которая шла от тела. Любопытно, что вся эта "торговля" происходила прямо в кабинете военкома, однако ритуальщика присутствие свидетелей никак не смущало.

Муж Натальи работал фельдшером на скорой помощи, но с начала мобилизации ушёл на СВО//Фото предоставлено Царьграду

Как сообщила "Первому русскому" Наталья, её муж до СВО работал фельдшером на скорой помощи. На фронт ушёл с первых дней мобилизации, причём сам явился в военкомат, не дожидаясь повестки. А 29 октября прошлого года 41-летний многодетный отец погиб. Первыми об этом Наталье сообщили его сослуживцы, а через несколько дней ей позвонили и пригласили в военкомат.

Среди официальных лиц, сидевших за столом и приносивших соболезнования, был и представитель ритуальной конторы. Почему именно этой и кто ему сообщил, что его услуги могут понадобиться? Многодетная вдова не успела опомниться, а коршун уже прилетел поживиться на чужом горе.

Адекватный ценник за похоронные услуги вдове бойца выставили только после вмешательства волонтёров//Фото предоставлено Царьграду

"А компенсации за погребение не дождётесь"

За каждое действие, произведённое с телом моего мужа, этот человек требовал по 15-20 тысяч. Пользуясь моим состоянием, пытался психологически давить и вынудить немедленно оплатить услуги, которые, как оказалось позднее, вообще-то бесплатные. Пока я после беседы в военкомате кормила ребёнка грудью в машине, он бесцеремонно открыл дверь и продолжал настаивать, чтобы я перевела деньги,

— вспоминает Наталья.

Вымогательства прекратились только после того, как к военкомату приехала местная девушка-волонтёр и устроила там разнос. От услуг наглого похоронщика вдова отказалась и заключила договор с другой фирмой, которая выставила вменяемый ценник. Причём почти все манипуляции, которые ранее требовали оплатить, оказались бесплатными.

Похоронили бойца с воинскими почестями 9 ноября прошлого года, церемония обошлась в 70 тыс. руб. (государство компенсирует лишь 50 тысяч). Кстати, совпадение или нет, но тот самый наглый похоронщик предупреждал Наталью, что если она выберет другую контору, у неё будут проблемы.

Так и вышло — минул год, денег от государства нет. А "прикормленный" агент так и продолжает пастись в военкомате. Как только кого-то из погибших привозят хоронить, он сразу начинает обрабатывать родственников, чтобы как можно выгоднее для себя облегчить их карманы.

Памятник за полмиллиона

Наживаться на горе матерей и вдов стало в порядке вещей — аналогичные истории происходят не только в Свердловской области, но и в других регионах. Проблему озвучивал Комитет солдатских матерей, призвав главу Следкома Александра Бастрыкина взять под контроль мониторинг цен и необоснованное их завышение, а также провести проверку всех организаций и кладбищ, оказывающих ритуальные услуги по всей России:

Наглядный пример: благоустройство и памятник гражданскому лицу — 70-170 тысяч, военнослужащему СВО — 500-900 тысяч и более. Материалы одинаковые, услуги тоже. Неуважаемые коммерсанты ритуальных организаций, вы на чьих костях живёте богато? Вы забыли, кому вы обязаны тем, что живёте, как сыр в масле? А вы всё не нажрётесь и выше ценник поднимаете. Вы какому Богу служите? Или дьяволу?

Но пляска на костях продолжается — похороны военного обходятся дороже, чем гражданского. Как только слышат, что погибший служил на СВО и ему нужен памятник или захоронение, цены взлетают в космической прогрессии: известно же о размерах выплат, вот и "заламывают".

Наценка на похороны участников СВО по стране варьируется от 7-10 тысяч, скажем, в Красноярске ("обычные", соответственно, дешевле) до 60 тыс. в Новокуйбышевске. Стоимость памятников тоже разная — от 300 тысяч на Кубани до полумиллиона и выше в столице.

Жалобы на жадность похоронщиков при погребении бойцов приходят из разных уголков России// Скриншот комментариев из ВК-сообщества "Комитет — Совет солдатских матерей"

То, что на родственниках погибших защитников повсеместно наживаются ритуальщики, в беседе с Царьградом подтвердил и собственный источник на фронте. Причём парней на передовой этот факт возмущает до зубовного скрежета:

Ощущение, что пацанов хоронят не в цинке, а в гробу с бриллиантами. Про памятники вообще молчу, итого похороны наших героев родным обходятся зачастую даже не в один миллион рублей. И все россказни про "бесплатно" — это сказки. Проверки нужны и действия прокуратуры с реальными сроками и конфискацией имущества у таких!

Замуж за пятерых бойцов — и ты "в шоколаде"

Но это лишь один из многих способов наживы. Есть ещё "чёрные вдовы", которые женят бойцов СВО без их согласия и зарабатывают на крови. Новая схема обогащения на гибели военнослужащих поставлена на поток. Известен случай, когда "чёрная вдова" окрутила пятерых героев СВО — и все сгинули.

"Чёрные вдовы" расписывают схемы, не стесняясь: "Получаем 5 млн - потом его на СВО"

А помните риелтора из Томска Марию Орлову, которая советовала: "находишь мужика с СВО, он погибает — и ты получаешь 8 млн"? Этот "бизнес-план", к сожалению, рабочий. Пока наши герои, рискуя жизнями и здоровьем, сражаются на передовой, в тылу рассказывают, как заработать на их смертях.

Гуманитарка за деньги? Да!

Отдельный котёл в аду для псевдоволонтёров, торгующих гуманитаркой. По разным оценкам, многое из того, что передаётся на передовую, до бойцов не доходит — вещи воруют, перепродают или теряют при пересылке.

Часть пожертвований просто "растворяется". Если сбор мошеннический, организатор испарится со всей суммой. К тому же отечественное законодательство позволяет благотворительным фондам тратить на своё содержание до 20% от безадресных пожертвований. А частные сборщики, деятельность которых невозможно отследить, если они того не пожелают, могут оставлять себе и половину от собранных средств. Вместо отчётов они выкладывают видео с погрузкой-разгрузкой коробок с неизвестным содержимым.

Была история, когда в Нижнем Новгороде в продажу попали маскировочные сети, сплетённые школьниками из Ростовской области и предназначенные для фронта.

"Дорогие наши солдаты": Сбор школьников для фронта пустили на продажу. Правду открыли детские письма

Волонтёр из Саратова Ольга Асеева, основатель группы "Маленький заводик СВО", в беседе с Царьградом раскрыла популярную жульническую схему: в школу приходят мошенники, которые представляются родственниками мобилизованных. Они говорят, что сети нужны для бойцов на передовой. И дети с готовностью плетут, даже не подозревая, что их изделие пойдёт на продажу.

Таким мошенничеством могут заниматься и подставные "бойцы". Представляются военнослужащими, называют любую военную часть или бригаду, забирают собранную для них гуманитарку и пускают её с молотка,

— говорит Асеева.

Маскировочные сети, сплетённые волонтёрами для фронта, могут попасть в продажу, а стоят они недёшево/ Скриншот с сайта объявлений

Кроме того, военкоры рассказывают множество историй о том, как сами офицеры перепродавали гуманитарную помощь, даже не распаковывая её, или таскали дроны из своих подразделений.

"Офицерами их не могу назвать": Стешин о тех, кто "крысит" гуманитарку, - подлая афера в зоне СВО

Отдельная история с благотворительными фондами, собирающими средства на гуманитарку. Зачастую они используются как финансовые прокладки для проводок, а также для того, чтобы ввести жертвователей в статус официальных меценатов с соответствующими налоговыми льготами. За свои услуги такие фонды берут до 20%. Некоторые, именовавшиеся названиями виртуальных военных подразделений, пафосными лозунгами, медийными фамилиями, становились "денежными пылесосами".

Разминирование, которого не было

Вокруг СВО появилась масса схем, указывает в своей книге "Хроники Спецоперации: Клаузевиц и кот" доктор политических наук, первый министр госбезопасности ДНР и в недавнем прошлом командир добровольческого отряда "Барс-13" Андрей Пинчук:

Скриншот из книги Андрея Пинчука "Хроники Спецоперации: Клаузевиц и кот".

А "откровенный криминал", кстати, нередко завязан на махровую коррупцию. Известны "классические распилы", например, на липовых поставках оборудования или завышении цен, о чём регулярно сообщают следственные органы:

Скриншот поста из ТГ-канала "Военслед"

Что с того?

В годы Великой Отечественной приговоры получили более полумиллиона спекулянтов. Многие были расстреляны.

Сейчас бизнес на крови гораздо масштабнее (капитализм обязывает), но приговоров — единицы. Появилась целая каста "тусовщиков", указывает Пинчук, которые строят карьеры, биографии и бизнес-проекты, почти никак не соприкасаясь с войной. Главная цель для многих из них — покрутиться  в Донецке или Луганске и оформить "удостоверение ветерана", одновременно организуя схематозы или просто высиживая в более-менее безопасном убежище и ведя светский образ жизни.

А теперь, внимание, вопрос: мы какого результата хотим в этой войне?

*Признан иноагентом

Подробно о подоплёке других разоблачительных сюжетов читайте ЗДЕСЬ.

Ждём вашей обратной связи — КОММЕНТИРУЙТЕ И ВЫСКАЗЫВАЙТЕ свою точку зрения по темам, поднятым Царьградом.

Не пропустите новые расследования "Первого русского":

Рано радовались: Забрали особняки у арестованных коррупционеров, чтобы отдать таким же? Ответы на неудобные вопросы поражают

Тайны госкорпораций раскрыли чёрную дыру государства: "Золотые" топ-менеджеры с двойным гражданством и позорные зарплаты

"Всё для легионеров": Миллиарды госкорпораций утекают в карманы спортсменов-иностранцев. "Победа в СВО подождёт"