Вакансий всё больше, а работать некому
Кадровые агентства зафиксировали новый рекорд. Количество вакансий, которые предлагают работодатели гражданам России, несмотря на ухудшение экономической конъюнктуры, достигло уровня 1 100 000 вакансий. С 2016 года их число постепенно растёт.
Это можно трактовать как улучшение конъюнктуры – хотя мы этого улучшения не видим ни в статистике, ни в реальной жизни. А можно трактовать как растущую нехватку кадров. Потому что люди, обладающие знаниями, умирают или уходят на пенсию, а система образования нынешняя, отреформированная либералами, знаний практически не даёт.
Очень характерно, что на каждую вакансию приходится шесть соискателей. В разных регионах, безусловно, по-разному – ситуация отличается очень сильно. И в мегаполисах она очень сильно отличается от обычных городов. Но тем не менее факт остается фактом.
В активную трудовую жизнь входят люди, родившиеся в начале нулевых. Уровень жизни таков, что приходится искать работу сразу, как только это позволяет государство. Люди, конечно, учатся в вузах, но жить-то как-то надо, поэтому они начинают искать работу. И при этом выясняется, что вузы, отреформированные, повторюсь, либералами, реальных навыков, которые нужны экономике, не дают. Отреформированная система образования, в том числе высшего образования, является огромным, роскошным, поглощающим бешеные деньги и семей, и государства конвейером по производству безработных с завышенной самооценкой. Строго говоря, больше нет ничего.
С другой стороны, это огромный инструмент по социальному удовлетворению интеллигентов, и не только пожилых, которые, мягко выражаясь, социально не адаптированы. Безусловно, это не только доценты Соколовы, это не только шефы доцента Соколова, которые его покрывали всё это время, но это и люди, которые просто не могут себя найти в производительной деятельности, и поэтому рассказывают студентам вещи, которые, наверное, сами по себе интересны, но к реальной жизни отношение имеют слабое.
При этом система оптимизации всего и вся работает достаточно действенно по изгнанию из вузов реальных специалистов. Скажем, МГУ под давлением либеральных реформаторов вынужден сворачивать практику совместительства. Лучшие специалисты России традиционно считали за честь преподавать в МГУ. Поскольку они специалисты, у них есть своё дело, они преподавали на полставки, на четверть ставки. Но они учили студентов, они принимали у них экзамены. Это была слава и гордость МГУ. Это был источник, который выкормил поколения профессионалов. Сейчас это запрещается, потому что противоречит идеям либерального уничтожения высшего образования в России.
В целом мы видим ситуацию, когда количество людей, которые вступают в активную трудовую деятельность, количество рабочей силы растёт. Но эта рабочая сила неработоспособна. Потому что система образования, начиная с ЕГЭ в школе и кончая вузом, отбивает способность не только мыслить, но и учиться, усваивать что-то новое, и даже самые простые ремесленные знания не предоставляются, несмотря на весь писк и визг рабочих об инженерных специальностях.
Есть отдельные достижения, но в целом ситуация вполне катастрофическая. Отреформированная либералами система образования работает, во-первых, на дебилизацию людей, а во-вторых, на уничтожение рабочей силы. Когда люди есть, а рабочей силы нет. В результате мы наблюдаем поразительное явление, когда людей на рынке труда всё больше, а рабочей силы, людей, которые способны работать, в то же самое время всё меньше.
Необходима нормализация системы образования (не только высшего) и воссоздание нормальной комплексной советской системы, которая учит людей учиться и думать самостоятельно. К сожалению, люди, которых учат думать, начинают задавать вопросы, которые не хотят слышать наши руководители. Поэтому система образования ликвидирована, по сути дела.