Кто на самом деле принимает решения в команде Трампа? Выбор относительно России сделан: "Никаких колебаний"

Политолог-международник Тимур Шафир рассказал в эфире программы "Царьград. Главное", кто, по его мнению, на самом деле принимает решения в команде президента США Дональда Трампа.

Эксперт считает, что специальные посланники американского лидера Стив Уиткофф и Кит Келлог не входят в ближайший круг лиц, за которыми может быть последнее слово в администрации Соединённых Штатов:

Здесь, скорее, надо ориентироваться на высказывания и мнения как минимум двух людей - госсекретаря [США Марко] Рубио и с определённой долей вероятности следующего американского президента Джей Ди Вэнса (сейчас он вице-президент США. - Ред.). А у них никаких особых колебаний не замечено.

Джей Ди Вэнс. Фото: CNP/AdMedia/Globallookpress

В том числе выбор и относительно России уже по сути сделан. Так, собеседник "Первого русского" подчеркнул, что несмотря на внешние колебания, позиция Трампа и в отношении Москвы остаётся последовательной:

Его основной вектор по высказываниям в отношении России, в отношении нашего руководства, в отношении возможного сотрудничества России и США тоже, по сути дела, остаётся неизменным. Он готов к конструктивному диалогу. Если посмотреть на его команду, то там и колебаний-то особых нет.

По словам эксперта, эмоциональность и противоречивость американского лидера не должны вводить в заблуждение, поскольку его действия демонстрируют устойчивый курс:

Но это аксиома: судят не по словам, а по делам. На основном векторе движения Трампа, а Трамп и его администрация всё-таки чётко идут к разрядке, стабилизации международных отношений, по большому счёту все эти его маятники, противоречивые заявления, слёзы или, наоборот, хамство не сказываются.

Шафир добавил, что, в отличие от Соединённых Штатов, европейские политические элиты продолжают планомерно повышать градус противостояния:

Надо понимать, что Брюссель и Лондон тем временем не остановятся ни перед чем, вплоть до каких-то уже околотеррористических действий. По сути опосредованный удар по венгерской энергетической системе можно расценивать уже практически как терроризм. Это террористический акт, агрессивные действия против страны, не вовлечённой в вооружённый конфликт.