Кашеварова: "Я хочу поднять самую нерешённую и массовую тему СВО"
"Затрагивает все аспекты деятельности Минобороны". О проблеме эвакуации и поисков без вести пропавших высказалась журналист Анастасия Кашеварова.
"Без вести пропавший" - самая нерешённая и массовая тема СВО, пишет журналистка. Она уточнила, что единой выверенной базы данных нет.
"Проблем очень много в этой теме, так как она затрагивает все аспекты деятельности Минобороны", - пишет Кашеварова в своём телеграм-канале.
Она выразила уверенность, что проблема пропавших без вести напрямую связана с проблемой эвакуации.
Коллаж Царьграда
"Раненому нужно добраться до точки эвакуации, а она иной раз в нескольких километрах. Ещё эвакуация осложняется серьёзной нехваткой людей на фронте - эвакуационных групп крайне мало", - объяснила она.
На практике получается, что "эвакуационные группы отправляют в штурмы". Людей отправляют воевать, а "забирать тела некому". Всё осложняется, если погибшие находятся на территории противника. Иногда эвакуацию прерывает враг, атакуя дронами.
Либо тела заминированы, либо лежат под завалами и нужна техника, но как только техника подъезжает и начинаются работы, то прилетают вражеские дроны и снаряды,
- уточнила Анастасия Кашеварова.
Она указала на ещё один важный аспект. Это "несогласованность действий между структурами МО, военкоматами, военной полицией, УПЧ, ФЗО и отсутствие единой базы и объединяющей системы или службы помощи". Известны случаи, когда семья получала в один день несколько сообщений о бойце-родственнике. Статус последнего был то "в строю", то "без вести пропавший", а затем "погибший", "пленный".
"Горячая линия Минобороны живёт вообще отдельно, дозвониться крайне сложно", - пишет журналистка.
Всего один звонок Белоусова поставил "на уши" Пентагон: "Страх потеряли?"
Отсутствие отлаженной работы госструктур с семьями участников СВО - отдельный разговор.
"Проблема не только в военкоматах и в воинских частях, где людей посылают, не объясняют им алгоритм действий при изменении статуса бойца на "пропавший без вести", "пленный", "погибший", - отметила она.
Главное - нет никаких инструкций.
Коллаж Царьграда
Ещё один аспект - нежелание семей идти в органы власти.
90% обратившихся к нам по поводу пропавших без вести не ходили в военкомат, не брали выписку из приказа о статусе бойца, не сдавали ДНК. Многие даже не знают воинскую часть и подразделение бойца. А те, кто знает или узнал, вываливают все данные в публичное поле. Инфантильная власть, которая отмалчивается, порождает инфантильное общество, которое не желает идти по правовой системе, а ищет лёгкие обходные пути. Чтобы кто-то сделал за них,
- выразила своё мнение журналистка.
