Жизнь возле свалки: Обречённые на вымирание

  • Жизнь возле свалки: Обречённые на вымирание

Современное Подмосковье окольцовано цепью мусорных полигонов и свалок, медленно убивающих жителей исторических русских сёл и городов, и речь идёт не только об одном Волоколамске

Волоколамск стал лишь точкой отсчёта, местом, где эмоции вышли наружу, где уставшие от того, что их методично травят, люди вышли и, как встарь, сказали: "Доколе?!". Выльется ли это в русский бунт? Все предпосылки для этого есть, поэтому хочется понадеяться на благоразумие властей, которые наконец-таки, хотя бы из чувства самосохранения, предпримут действенные меры. Не задавив протест насилием, а приняв разумные решения, после которых медленное уничтожение Подмосковья прекратится. И, конечно же, наказав всех виновных, кто годами делал деньги на методичном загаживании нашей земли. Начинать действовать нужно уже сейчас, поскольку ситуация с каждым днём становится всё более напряжённой.

Вынужденный мигрант в собственной стране

Что уж далеко ходить, если одним из пострадавших от "околомусорной" жизни оказался руководитель отдела продвижения и рекламы "Царьграда" Максим Тришин.

После закрытия свалки Кучино, весь мусор «переехал» на полигон Торбеево, — рассказал коллега. — Мой дом находится прямо на границе со столичным районом Кожухово. Сразу по прибытии на близлежащую станцию Выхино ты чувствуешь жуткий и концентрированный запах сероводорода. Иногда к этому запаху прибавляется запах жжёной резины. Летом 2017 года дышать в квартире было просто невозможно".

Мусорный бунт. В Подмосковье жители задыхаются.

"Если утром открыл форточку и уехал на работу, по возвращении дышать дома было просто нереально, — продолжил свой рассказ Тришин. — Засыпалось с большим трудом, а наутро голова ужасно болела, во рту стоял горький привкус. И такая история продолжалась почти полгода, с небольшими перерывами. Я понял, что здоровье становится хуже и принял решение выехать из собственной квартиры и переехать на съёмное жилье в район, где можно дышать спокойно. Но, боюсь, скоро таких мест останется совсем мало. Со всех сторон город окружают свалки и мусорные полигоны. Уже в прошлом году в ряде районов Москвы люди жаловались на запах «тухлой капусты»".

Однако далеко не все могут сорваться с насиженных мест, да и подобная миграция — далеко не выход. В конце концов, превращая Подмосковье в большую помойку, мы нагло плюём в свою историю, в своё прошлое, а следовательно, и лишаем себя будущего. Поэтому "Царьград" решил справиться у тех, кто не уехал, но продолжает жить в мусорном аду, и не просто жить, но и бороться за право дышать чистым воздухом и пить чистую воду, как, собственно, им живётся в подобных реалиях.

свалкаФото: www.globallookpress.com

"Долго здесь вы не продержитесь"...

Посёлок Икша расположен всего в 50-ти километрах от столицы. Его жители получили головную боль, когда начиная с 2009 года выработанный песчаный карьер начали превращать в полигон для хранения отходов. Мусор свозили в эту абсолютно неприспособленную для его хранения территорию, присыпая землёй. Причём местные общественники вполне обоснованно полагают, что под слоями грунта складировалась даже не обычная "бытовуха", а сильнейшие яды. Неслучайно при посещении свалки некоторые натуральным образом падали в обмороки от резких запахов. В 2016 году поток мусора на импровизированную свалку увеличился в разы, Минэкологии регулярно выписывало штрафы, на которые мусорщики не реагировали, прокуратура и УБЭП проблему игнорировали. Так продолжалось до тех пор, пока на въезде на полигон местные жители не организовали митинг, обратившись за поддержкой к Общероссийскому Народному фронту и общественной организации Общественный экологический контроль России.

Приехали экологи и сделали заключение, что земле здесь нанесён вред на триста лет вперёд, мы имеем дело со страшной экологической катастрофой, поскольку карьер идёт вглубь, и там водоносный слой,

— рассказала "Царьграду" начальник отделения Общественного экологического контроля России по Дмитровскому району Дарья Сергеева. —

И ребята из этих организаций встали, не давая и дальше заваливать эту территорию страшными ядами. Местная власть во время митинга прямо у микрофона призналась, что боится, намекая, видимо, на какой-то бандитизм. После того, как московские общественники уехали, эстафету переняли местные жители, организовав палаточный лагерь. Глава посёлка поставила камеру и бетонные блоки на въезде, приехавший УБЭП опечатал ворота, но почему-то не выгнал рабочих полигона, они остались внутри. И оставил не опечатанным другой въезд, которым те спокойно пользовались. Ещё и говорили, мол, мы всё равно будем тут сидеть, а вы отсюда уйдёте и долго здесь не продержитесь. Рабочие все приезжие из Мордовии, а начальник у них вообще венгр".

Так и вышло, как говорили пришлые работяги. А в день президентских выборов мусорщики устроили намеренную провокацию, открыв запечатанные ворота и загнав на полигон грузовики. При этом в ответ на сигнал от активистов прокуратура сообщила, что никаких нарушений в подобных действиях не видит...

свалкаФото: www.globallookpress.com

Противостояние между хозяевами помойки и местными жителями продолжается и по сей день, причём пока не в пользу последних, потому как пока первые наживаются, они теряют здоровье, и чем дальше, тем больше.

На свалке я живу почти всю жизнь и задыхаюсь почти всю жизнь, в посёлок я приехала в 1994 году, когда мне было десять лет,

— рассказала "Царьграду" жительница посёлка Икша Юлия Калина. —

Поначалу тут действовал официальный полигон, а потом мы начали нюхать незаконную свалку. И особенно остро я стала ощущать именно эти незаконные навалы, которые появились в 2009 году. Когда родился старший ребёнок, начался просто ад, я даже пелёнки не могла на улицу вывесить, потому что вонь была страшная. По нашей Технологической улице круглые сутки стали ездить грузовики с мусором. Доходило до трёхсот машин в день. Спустя какое-то время я оказалась на местном кладбище и увидела захоронения молодых людей, которых я знала, в том числе и то, что они не алкоголики, не наркоманы, и когда стала спрашивать про них, мне отвечали, да, вот эта умерла от рака, эта — от рака..."

У Юли сегодня двое детей, и у всех ослабленный иммунитет. Постоянно болит горло, постоянно ларингиты. Впрочем, она и сама не может похвастаться отменными здоровьем — насморки, ангины и бронхиты преследуют её с подросткового возраста.

"У меня супруг — грек, жил в Греции, и у него всегда всё со здоровьем было замечательно, — продолжила женщина. — И когда после рождения второго ребенка мы переехали сюда, он стал спрашивать у меня, мол, почему я всё время болею? Чуть что, сквозняк, и всё. Ему тридцать, и он почти всю жизнь был абсолютно здоровым человеком. У них в Греции был аналогичный случай, когда какая-то фирма что-то вывалила, и на жаре это начало разлагаться, смрад пошёл на город. Жители собрались и отправились толпой к мэрии, чиновники вышли им навстречу, услышали их, свалка была ликвидирована, и никогда более не допускалось ничего подобного. И тут он приехал к нам и увидел, что администрация города нас вообще не слышит, что невозможно выйти на улицу, что круглый год, в любое время дня и ночи мы ощущаем сладковатый противный запах гниения или химические резкие запахи".

Обогнали райцентр по раковым заболеваниям

Полигон "Непейно", расположенный всего в семистах метрах от одноимённой деревни, находится в том же многострадальном Дмитровском районе. И до Дмитрова тоже недалеко — каких-то шесть километров. Сама свалка здесь существует аж с середины семидесятых, но по всем нормам её должны были закрыть уже в 2004 году. Вместо этого сюда стали привозить вдвое больше мусора.

В 2004 году появился проект рекультивации, согласно которому здесь должен быть сооружён оборудованный полигон, нормальное инженерное сооружение, однако дальше проекта дело не пошло",

— рассказал "Царьграду" участник инициативной группы "Полигон «Непейно». Мы против" Сергей Баров.

"Максимальная мощность полигона — 65 тыс. тонн мусора в год. Нам говорили, что в 2014 году он закроется, потом продлили сроки до 2018 года. В 2017-м сюда было завезено 130 тыс. тонн, а на 2018-й запланировано 260 тыс. тонн мусора. На 2019-й запланирована модернизация, то есть ничего завозиться не должно, а уже с 2020-го — по 330 тыс. тонн только для захоронения, плюс собираются поставить мусоросортировочный и мусороперерабатывающий заводы. Для чего к имеющимся 12 га планируют прирезать ещё 17,2 га. А это земля лесфонда, нормальный лес, куда из Дмитрова и окрестных деревень всегда ходили за грибами и ягодами. Относится этот лес к защитным землям лесопарковой зоны, это особо охраняемая территория. К полигону нет подъезда, и машины с мусором идут через крупное село Орудьево. Отсюда превышение по загазованности села. В самой деревне Непейно, кстати, выдали земли многодетным семьям под обещание, что полигон ликвидируют, многие там уже построились".

По словам Барова, общественники сделали замеры воздуха в Непейно и обнаружили превышения по диоксиду азота. А в воде на 70% превышение по нитратам и микробиологии. При этом, согласно статистике Центральной районной больницы Дмитровского района, количество онкологических заболеваний в деревнях и сёлах вокруг полигона превышает аналогичный показатель Дмитрова более чем в три раза...

свалкаФото: www.globallookpress.com

Я пила мёртвую воду

Учительница русского языка и литературы в сельской школе Елена Грубий живёт как раз в том самом Орудьево, через которое едут на полигон "Непейно" "КамАЗы" с мусором. Она — потомственный житель этого села и знает, что её предки жили здесь начиная как минимум с XVIII века. У неё три сына, как водится, есть небольшое приусадебное хозяйство.

Раньше свалка нам особых проблем не доставляла, мы знали, что она где-то за лесом, а поток мусоровозов тогда был просто смешным — несколько машин и всё, — рассказала Елена «Царьграду». — Однако несколько лет назад поток машин резко увеличился. Все мусоровозы идут по главной улице села. Огромные, двойные, эти сцепки страшные. И нет от них теперь покоя ни днём, ни ночью. И к половине седьмого утра, когда я выезжаю на работу, они уже едут. Это страшно. Предельно интенсивным этот поток стал где-то с января. Причём он увеличивается в геометрической прогрессии, сейчас стало ещё больше этих машин. Это словно грузовой поезд, я вожу машину и могу сказать, что очень трудно вклиниться между ними".

Но, конечно, по словам Грубий, основная беда, пришедшая в село, заключается не в грузовиках, а в том, что они везут.

"Нельзя было устраивать свалку на том месте, у нас песчаная почва, и сама свалка сделана не по уму, там нет сбора фильтрата, её дно и стены ничем не обработаны, то есть всё уходит в грунтовые воды, — рассуждает женщина. — Воду мы теперь покупаем. Когда я раньше пила нашу воду, то на меня ежедневно приблизительно к одиннадцати вечера нападали слабость, головокружение. Вкус у воды, конечно, был неприятный. Потом мы своими силами сделали экспертизу, потратив большую сумму. Оказалось, что в нашей воде огромное количество нитратов, нитритов, сульфаты превышают норму в несколько раз, есть даже тяжёлые металлы и активные щёлочи. Старики, кстати, по привычке продолжают пить эту воду, поэтому у нас очень распространены рак горла и рак желудка. И на нашей Фабричной улице редкий дом, где нет онкологического больного. Среди наших детей очень много астматиков. Ещё у многих из нас желчекаменная болезнь, и это тоже, безусловно, относится к качеству воды".

Жители Орудьево также страдают от помойной вони, к счастью, не постоянной, но накрывает их с завидной регулярностью.

Острый химический запах бывает, а иногда пахнет тухлятиной или гарью, когда на свалке начинаются пожары, — в красках живописует будни селян Елена. — Я люблю ходить в лес, моя улица выходит в поле, а за полем лес, и вот за этим лесом свалка. И этот лес, хоть как-то охраняющий нас от свалки, хотят вырубить... Там всегда были ягоды, грибы. А недавно мы пошли туда, и там у нас просто глаза начали слезиться и начался страшный кашель. Видимо, что-то химическое там захоронили".

Грубий говорит, что подобной ситуацией жители старого русского села доведены до отчаяния. Они уже выходили на митинги, призывали перекрывать федеральную трассу.

"Дедуля один подошёл, говорит, у меня есть ружьё, давайте я буду по колёсам мусоровозов стрелять, — смеётся сельская учительница. — Еле отговорили тогда. Но вряд ли люди будут долго терпеть подобное беззаконие. В принципе, мы готовы к борьбе за свои права".

Они готовы. Простые русские люди. Потому что им больше нечего терять. Выбор, который им предоставили, невелик: либо продолжать медленно умирать, либо бежать с родной земли, либо стрелять по колёсам. Каждое из предложенных решений недопустимо. Посему те, от кого этого зависит, должны крепко подумать и предложить четвёртое решение. Единственно правильное. Пока не случилась беда.

Оставьте email и получайте интересные статьи на почту

Саммит ЕС-Турция в Варне: Хорошая мина при плохой игре Матч Россия - Франция: отменить нельзя играть
Ссылки по теме:

"Иди отсюда, радикал окаянный!": Жители Волоколамска отказались от помощи Навального - видео

Вонючий апокалипсис в Подмосковье: Закрытие полигона "Кучино" не решило проблему с запахом

Нас лечат, а все без толку - репортаж из отравленного мусорным газом Волоколамска

Москву вновь атаковал сероводород с полигона "Кучино" в Балашихе

Оставить комментарий