Записки "Русского легиона": Страшная тайна Донбасского пруда

Смертельный букет

Всю первую половину дня близ одного из домов в селе Харьковской области, где расположилось наше подразделение – Б.А.Р.С.-13 "Русский легион", громко бахает – самоликвидируются упавшие с украинских ракет-болванок на поле мины-лепестки. Дело усугубляется дикой жарой под сорок – из-за детонации начинают гореть кустарник и деревца. И хорошо, что в поле, а не в самом селе на участках взрывается и горит – из огородов мы по просьбе местных все смертоносные подарки от ВСУ выгребли и уничтожили ещё вчера. Когда, собственно, вся эта дрянь попадала.

Повозиться пришлось изрядно: мины в листве видны не сразу, ибо они подленько выкрашены в зелёный цвет, дабы их не обнаружили и они могли спокойненько дождаться своей жертвы. Профессиональных сапёров среди нас нет, поэтому действовали подручными методами: арканили дрянь покрышками и пытались вытягивать – но резина скользила по неровной земле; кидали в них камнями и брёвнышками, но попасть в мину непросто, да и в случае успеха она не всегда детонирует; расстреливали их из автоматов – при попадании те отскакивали в сторону, закопавшись в ещё более неудобные места. В итоге способ был найден: "лепестки" аккуратно собирали руками, складывали в одном удобном месте и после прицельно расстреливали.

Урожай доброты

Уезжали не с пустыми руками. Нет, не с минами – с помидорами, огурцами, луком, чесноком, закрутками, с домашним вареньем и джемом, салом, творогом. Прошли сутки, и снова стук в ворота: "Ребята!" Опять соседи сало принесли и яйца только что из-под курочек – съесть не успеваем.

Подобное отношение к русским солдатам я заметил, лишь вступив на землю Слобожанщины (так исторически назывались земли Харьковской области). Едва наши грузовики поехали по её пыльным дорогам, как на обочины начали выходить дети и махать руками. Некоторые ещё держали в руках георгиевские ленточки и, на секундочку, флаги России. Где они их взяли – ума не приложу. И вот спустя три месяца могу свидетельствовать – дети всё так же приветствуют машины с русскими военными: играют в песочнице, завидят нас издалека, встают – машут, идут вдоль дорог – останавливаются и машут. И как не помахать им в ответ? Дети же – наше будущее. Русское будущее этой земли.

А что, украинской армии они тоже махали? – интересуюсь уже у взрослых. - Нет, украинскую армию они боялись. И не только они, мы тоже старались держаться от них подальше и не связываться.

Много чего ещё рассказывали люди. Иной раз у меня складывалось ощущение, что за восемь лет оккупации необандеровским режимом они так долго держали увиденное и пережитое в себе, что теперь просто нуждаются в нас, русских бойцах, чтобы выговориться:

"У сестры муж поехал рыбачить, и сердце прихватило прямо в лодке. Утонул. Она наняла водолаза, чтобы тот тело достал. А он нырнул, потом вынырнул и говорит, мол, вы мне его фотографию покажите, а то там знаете сколько трупов. Есть, сказал, даже примотанные скотчем к металлическим воротам".

"Когда началась это АТО, они к нам на рынок заскакивали – выслеживали, кто говорит по-русски. Одним так подкинули гранату. В кофейню такая активистка зашла, кофе заказала, услышала русскую речь и давай: "А что это вы на свинячей мове разговариваете?". И плесканула женщине этим горячим кофе в лицо!".

"В социальных сетях Изюма перед самым заходом русских войск начали писать: "Выявляйте, у кого в окнах горят фиолетовые или розовые лампы, это же наводчики, они россиянам сигналы подают". Уже собрались карательные походы в такие квартиры устраивать, насилу дураков убедили, что это люди рассаду у себя выращивают".

"Свой-чужой"

И только сейчас народ Слобожанщины получил возможность вернуться к нормальной, человеческой жизни. За что им теперь приходится расплачиваться. В том числе смертоносными "лепестками" на своих огородах. А значит, здоровьем, а то и жизнью. Когда штаб "Русского легиона" стоял в другом селе, по бокам от дома, который он занимал, жили местные. Справа – не совсем вменяемая бабушка с козой, слева – молодая семья с забавной пухленькой дочкой. Девочку я сразу заприметил и, поскольку у самого растет малышка-дочка, в один из приездов в штаб передал бабушке с козой сладости из своего сухпая для ребёнка – той семьи дома не оказалось. Позже выяснилось, что мои подарки до адресата не дошли, бабуля втихаря съела их сама.

Она у нас такая, – махнула рукой мама девочки. – Сама как ребенок. Не обращайте внимания.

Я пообещал приехать с подарками вновь, но нового раза не случилось. Укропы вычислили расположение нашего штаба и стали прицельно его обстреливать. В итоге дом получил серьёзные повреждения, несколько бойцов были ранены, часть машин повреждена. А у бабушки убило козу. Той бы переждать обстрел, но она кинулась к своей кормилице – убило и её. То, что осталось от старушки, наши бойцы привезли в изюмский морг.

Куда складывать? – спросили. А кидайте, куда хотите, – ответили, потому как помещение было просто забито телами или фрагментами тел.

Дом, где жила семья с пухленькой девочкой, сильно пострадал. Отец эвакуировал родных на другой конец села, но на следующий день мама с дочкой вернулись за вещами. И женщина наступила на мину-лепесток… Как итог – у неё оторвало стопу, а ребёнок получил осколки в ножку и ручку. В больницу их везли также наши ребята.

Безусловно, подобное бесправие нужно немедленно прекратить. И отогнать укропов от русских земель и русских людей. Навсегда. Я вижу, что в Харьковскую область приезжал руководитель администрации президента России. Что местным старикам платятся русские пенсии. Что там работает новая русская администрация. Издаётся полноцветная содержательная газета. И даже радиостанция есть, пусть с нерегулярными, но новостями на русском и довольно идиотским, к сожалению, репертуаром. Там не услышишь Чичерину, но запросто Мерлина Мэнсона – но там хотя бы не крутят Скрипку с Вакарчуком. И это вселяет в меня надежду.

"Говорят, в Запорожье будет референдум. А у нас-то когда?" – с затаённой надеждой спрашивает меня жительница слобожанского села. Будет, обязательно будет, просто нужно, чтобы больше земель области были освобождены, успокаиваю я.

И я хочу оказаться правым. Потому как врать не умею и не хочу. Следовательно, верю, что всё будет именно так, как я сказал.