Все потери подсчитаны: Когда на Украине закончатся солдаты
На Украине снова объявили о наращивании темпа мобилизации. И пояснили, что это пропорциональный ответ на увеличение военной группировки России. При этом украинская армия уже сейчас в своей массе состоит из тех, кто никогда не держал в руках автомат. Однако ставку Киев делает не на людей. А на мощное оружие НАТО. Подробности читайте в материале Царьграда.
Секретарь Комитета Верховной рады по обороне Роман Костенко чётко дал понять украинскому обществу: новая волна мобилизации будет. То есть то, что сегодня людей хватают на автобусных остановках, разворачивают на границах тех, кто признан негодным к службе, бьют в территориальных центрах комплектования (как это было во Львове), – всё это цветочки.
Во Львове военком пистолетом разбивает голову местному призывнику. Фото: скриншот видео очевидцев
В новых планах Генштаба поставить под ружьё 700 тысяч человек. К чему такие запредельные объёмы? По словам Костенко, здесь украинское оборонное ведомство соревнуется с русской армией:
Мы проводим мобилизацию, реагируя на то, какие силы и средства есть у русских. Например, есть у них примерно 400 тысяч военных. Мы реагируем на мобилизацию, пополняем наши части, стоящие на переднем крае, формируем новые. Если мобилизация в России будет идти таким темпом, нам нужно будет увеличивать свою, чтобы адекватно реагировать,
– заявил секретарь оборонного комитета.
При этом добавил, что на сегодняшний день ВСУ "на 80% или даже больше состоят из мобилизованных, которые раньше не были военными". Учитывая, что и новые 700 тысяч Киев будет формировать явно не из профессионалов, складывается следующая картина: Киев формирует гигантскую армию, которая не умеет воевать. Чтобы что? Задавить русских числом?
А может быть, здесь есть хитрый план? О ситуации в зоне СВО мы говорим с военным экспертом Алексеем Леонковым.
– Если взять на веру слова Костенко, то что получается, если бы мы не провели у себя частичную мобилизацию, Киев не стал бы "терроризировать" своих граждан?
– А что на самом деле?
– На самом деле все с точностью до наоборот. Наша частичная мобилизация стала ответом на то, что Украина к начальной фазе СВО привлекла огромное количество резервистов, на некоторых участках фронта было превышение численности бойцов в их сторону в пять-шесть раз. Только героическими усилиями наших военнослужащих линию боевого соприкосновения удалось удержать…
– За исключением "харьковского наступа".
– Именно после него было принято решение о частичной мобилизации, для того чтобы не дать прорваться противнику дальше. Была выстроена активная эшелонированная оборона, позволяющая сдерживать кратно превосходящего врага на любом участке боевого соприкосновения.
– Россия объявила о 300 тысячах мобилизованных, которых она обучила и отправила на линию боевого соприкосновения. А Украина?
– Если мы сравним, сколько за это время мобилизованных привлекла Украина, показатель опять превысит наш. То есть общее количество поставленных под ружьё, судя по потерям и другим факторам, составляло порядка 600 тысяч человек, и резервы эти постоянно пополнялись. К тому же отдельно формировались части и резервы для летнего наступления, в котором, по одной информации, Украина задействовала около двенадцати бригад. Но, судя по потерям, их было гораздо больше как минимум в три раза.
Потому что уже сейчас совокупные потери в ходе этого летнего наступления – с июня по сентябрь месяц – приближаются к отметке в 200 тысяч человек.
– Если к этому мы присовокупим потери при попытке удержать Бахмут…
– …То показатели будут вообще сумасшедшие – общее количество украинских потерь западными специалистами оценивается в 500 тысяч человек. Есть такая простая арифметика, когда количество погибших умножается на три и получается количество раненых, многие из которых могут и не вернуться на фронт. Таким образом, можно говорить, общее количество потерь убитыми и ранеными уже под два миллиона.
Понятное дело, что это как раз те мобилизационные ресурсы, которые Киев смог поставить под ружьё за прошлый год и которые растратил по текущий месяц.
Некоторые бельгийские эксперты заявляют о том, что Украина способна поставить под ружьё три миллиона. На самом деле в короткие сроки – не может. Как не может в короткие сроки подготовить профессионалов, которые по своему уровню были бы равны нашим военнослужащим, которые приобрели бесценный боевой опыт в ходе специальной военной операции.
– Но численно ВСУ больше….
И даже при этом всё равно соотношение сил сейчас паритетное. Единственное, в чём уступает украинская армия, – это в профессионализме, оснащении военной техникой. "Мясные штурмы", которые идут по линии боевого соприкосновения, как раз показывают, что такого профессионализма, как у нас, у них нет. Даже разбавление украинских подразделений иностранными наёмниками не помогает переломить ситуацию.
Одна только Польша, по информации полковника США в отставке Дугласа Макгрегора, потеряла на Украине порядка десяти тысяч штыков. Поэтому мы видим, что ситуация критическая. И нужно каким-то образом изменить риторику, которая появилась по поводу "мясных штурмов" на некий положительный тренд, который оправдывает действия Украины в глазах западного сообщества.
– А с другой стороны, Украина продолжает публично подтверждать своё главное обязательство – поставку живой силы на линию боевого соприкосновения.
– При этом сообщает странам НАТО о том, что квалификации у бойцов не хватает, 80% людей обучены слабо, поэтому раскошеливайтесь, поставляйте умную технику. Но Запад пока не стремится к поставке таких высокотехнологических средств вооружения, несмотря на то что отдельные единицы, такие как ЗРК "Пэтриот", появлялись на линии боевого соприкосновения, но при этом не изменили ситуацию. И нет тактических приёмов, которые бы позволили что-то изменить.
– Что сейчас самое сложное на фронте?
– Я общался с людьми, которые вернулись в кратковременный отпуск из зоны боевых действий. Множество факторов там сошлись. Сложная, пересечённая местность, укрепрайоны и заминированные поля – это один. Если мы говорим, например, про Донецкое направление. А если говорим про более удачное для наступательных действий южное направление, то там останавливающим фактором являются кассетные боеприпасы.
Несмотря на экипировку и защиту личного состава, от кассетных боеприпасов уберечься практически невозможно. А любая атака сопряжена с тем, что личный состав, находящийся в БТР или БМП, должен спешиваться и сопровождать бронетехнику, и тогда применение противником кассетных боеприпасов приведёт к большим потерям среди нашего личного состава. Ни один военачальник на это не согласится.
– Что делать в таких условиях?
– Насколько я понимаю, была поставлена задача максимально выбить все огневые средства противника, которые могут применять артиллерийские кассетные боеприпасы 155-го калибра. Я знаю, что работа в этом направлении ведётся. И о том, что эта работа результативна, свидетельствует тот факт, что сейчас США и Великобритания нагибают своих европейских партнёров, таких как Германия, на поставку Украине дальнобойных ракет с кассетным снаряжением. То есть раз уже не хватает артиллерийских боеприпасов, то кассеты они будут сыпать с таких ракет, как Storm Shadow, SCALP-EG и Taurus.
На Западе и на Украине дают себе отчёт, что у России накоплено достаточно сил, чтобы перейти к наступательным действиям. И чтобы их максимально сорвать, они и применяют эти боеприпасы. Поэтому если мы сейчас охотимся за артиллерийскими системами, дальше мы будем охотиться за авиационными системами.
– Задачка ещё та!
– Но тут ест нюанс. ВВС Украины долгое время пополнялись комплексами советского производства из стран Восточной Европы, но теперь подобный ресурс исчерпан. Ранее носителями подобных дальнобойных крылатых ракет выступали Су-24, их конфигурация позволяла нести эти ракеты и применять их. Но мы повыбивали эти самолёты, МиГ-29 под такие ракеты вряд ли можно будет переоборудовать, поэтому единственными носителями таких ракет могут быть западные самолёты – либо F-16, либо Eurofighter Typhoon.
Последние атаки на Севастополь по количеству применённых крылатых ракет говорят о том, что, скорее всего, данные комплексы были задействованы. И вот нюанс заключается в том, что эти самолёты, фактически принадлежащие блоку НАТО, базируются на территории стран НАТО. Потому, прежде чем применить своё оружие по местам базирования этих самолётов, нужно хотя бы их сбить. И предъявить доказательства, что они участвовали в боевом применении этих ракет.
То есть вопрос достаточно сложный. Но мы дрейфуем в подобном направлении, потому что НАТО всё время повышает ставки. Потому что на кону стоит самый главный вопрос – гегемония Запада над всем миром. И для её удержания хороши все средства.
Что с того?
Таким образом, выходит, что в целях противника набрать побольше пушечного мяса и самолётов для дальнобойных ракет. Чтобы русские не пошли в наступление. Но оно обязательно будет, сорвать его у врага и его опекунов не получится. А потому правильно, что все потенциальные риски учитываются уже сегодня.