Украинская геополитика "Варфоломеевского собора"
Гегемонизм Патриарха Варфоломея является проекцией американской внешней политики на жизнь Православной Церкви
Решение Священного Синода Русской Православной Церкви не принимать участие в Критском соборе, еще на позапрошлой неделе утратившем свой всеправославный статус, имеет несколько ключевых измерений. Большинство из них (богословско-канонические и экклесиологические вопросы) на сайте +Царьград+ уже достаточно подробно рассмотрены. И только одна из проблемных сторон в отношениях Русской Православной Церкви с Константинопольским Патриархом Варфоломеем осталась "за скобками" - геополитическая.
Нет, на страницах +Царьграда+ и в программах нашего телеканала уже неоднократно говорилось о вовлеченности архиерея оккупированного Константинополя в западную (и в первую очередь американскую) политическую элиту. О том, что еще в середине прошлого века США взяли под свой контроль и покровительство Константинопольский Патриархат, который еще с 1920-х годов начал отклоняться от церковной ортодоксии в либерально-обновленческом векторе. Разумеется, все это было сделано в целях политического противодействия возродившейся в первые послевоенные годы практически из небытия Русской Православной Церкви. И на главном моменте этого церковно-геополитического противостояния - украинском, особенно обострившемся в последние годы, сейчас хотелось бы остановиться особо.
Для начала - экскурс в историю. Широко известно, что христианство на Русь пришло из Империи ромеев, Византии. Отсюда очевидно, что исторический Константинопольский Патриархат являлся - и для Киевской Митрополии и для Московского Патриархата - Матерью-Церковью. В тяжелые для православного Константинополя годы - после его падения (сначала духовного - во Флорентийскую унию с католиками, а затем и физического - захват турками-османами) - Русская Церковь обрела автокефалию. Но только в пределах Московского царства. Православные же епархии, входившие в состав стремительно латинизировавшегося Великого княжества Литовского (этнически, в основном, русского), остались в составе Константинопольского Патриархата.
Разумеется, в те годы в епархиях Киевской Митрополии никто и думать не мог о том, что они являются некой "Украинской Церковью". Русские люди Великого княжества Литовского, в XVI веке вошедшего в состав Речи Посполитой, считали себя русскими людьми. А юрисдикционное разделение западнорусских епархий с получившей автокефалию Церковью Московского царства было лишь следствием политического разобщения русских земель.
Насильственное насаждение очередной унии с католиками - Брестской (1596) - побудило православных христиан Западной Руси активнее бороться за единство с Московским царством и Патриархатом. Что и произошло в результате затяжной Русско-польской войны второй половины XVII века, завершившейся "Вечным миром" 1686 года, по итогам которого к России отошла значительная часть западнорусских земель и, соответственно, епархий Киевской Митрополии. В итоге Константинопольский Патриарх Дионисий IV издал томос (указ), в котором было закреплено, что Киевская Митрополия переходит под омофор Московского Патриарха.
И именно вокруг этого исторического факта регулярно возникают всевозможные церковно-политические спекуляции, связанные с сезонными обострениями украинского национализма. Начиная с тех пор, как эта болезнь поразила значительную часть западнорусского общества, ее бациллы активно пытаются поразить и церковные структуры. Пока это им удалось только в части расколотворчества - создания неканонических структур, а точнее - националистических сект под причудливыми названиями "Українська православна церква Київського патріархату" и "Українська автокефальна православна церква".
Однако и этого им мало, а потому сейчас, воспользовавшись политической конъюнктурой, украинские националисты, захватившие власть на Юго-Западной Руси, пытаются создать единую религиозную структуру - "Церковь", признанную хотя бы частью Православного мира. И этой частью сегодня может стать только Константинопольский Патриархат и те Поместные Церкви, которые согласны с его, по сути, папистской гегемонией. Тем более целый ряд неканонических "украинских" юрисдикций (так называемые Украинские православные церкви в диаспоре) уже действует под покровительством Константинопольского Патриархата.
Так, на прошлой неделе председатель украинской Верховной рады, неонацист Андрей Парубий и ряд депутатов парламента этого государственного образования подготовили письмо в адрес Константинопольского Патриарха Варфоломея с просьбой, чтобы тот отменил томос XVII века и предоставил Украинской Церкви автокефалию. Разумеется, не спрашивая мнения православного большинства, чад канонической Украинской Православной Церкви, являющейся неотъемлемой частью Церкви Русской.
И в этих условиях становится понятным, почему священноначалие нашей Церкви приложило столь много усилий, чтобы Всеправославный Собор (пока у него оставалась возможность оказаться именно Всеправославным) состоялся. Ведь очевидно, если бы именно Московский Патриархат стал инициатором отмены или перенесения этого Собора, или же в одиночку отказался от участия в оном, то "наши западные партнеры" и их "послушники" хором бы стали обвинять Русскую Церковь в разрушении православного единства (что, впрочем, делают и сейчас, но куда менее убедительно). И это развязало бы руки Патриарху Варфоломею в отношении той самой Киевской Митрополии и других западнорусских православных епархии, которые его предшественники передали Московскому Патриархату.
Конечно, верующим людям очевидно: мирская политика очень опасна, а порой и несовместима с подлинной целью христианской жизни - спасением души, которое для людей православных - дело не только индивидуальное, но и соборное. Однако в мире дольнем без нее, увы, не обойтись. А потому нам, подлинным наследникам Византии, Третьему Риму, необходимо сделать все, чтобы Русская Православная Церковь оставалась единой. И более того - духовной основой единства всех русских людей. В том числе тех, кто проживает на территории государственного образования, возникшего вокруг матери городов русских - нашего древнего Киева.
