Учить нельзя депортировать: За мигрантов платят русские
Рядом со школьными классами, в которых учатся наши дети, всё больше появляется классов для детей мигрантов. Как правило, плохо говорящих по-русски и практически не понимающих учителя. Что создаёт дополнительную нагрузку не только на школы и преподавателей, но и на наш с вами семейный бюджет – ведь "адаптацию" и обучение русскому языку этих детишек оплачивать приходится нам с вами.
Да, Русская цивилизация изначально была многонациональной и поликультурной. Но в основе своей – всё-таки русской. А значит, включаясь в неё, человек просто обязан адаптироваться и стать русским если и не по внутренней сути, то по крайней мере по культуре и языку. И это, заметьте, – его, а не наша проблема. Прежде чем ехать, выучи язык! Так почему же сплошь и рядом всё происходит наоборот и адаптацию приезжих вешают на нас?!
Ликбез русского в волгоградской школе
Многие ещё не забыли совершенно мерзкую историю почти двухлетней давности, когда в одной из школ трое детишек-акселератов из семей мигрантов сколотили шайку и с ножами в карманах терроризировали русских сверстников. Но речь даже не о тех детишках, которые пытаются подогнать местную реальность под свои нравы, а про всех вообще. Их много, и с каждым годом становится всё больше. Причём все расходы на их лечение и обучение (в т. ч. и языку) ложатся на нас. Что, согласитесь, смахивает на действия кукушки, подкидывающей своё яйцо в чужое гнездо, после чего вылупившийся кукушонок выбрасывает из гнезда "родных" птенцов и, оставшись один, вынуждает себя кормить.
Количество приезжих, что называется, переходит в качество. И если раньше обычные классы всё больше разбавляли почти не говорящими по-русски детьми мигрантов, то сегодня, например, в одной из школ Волгограда (школа в посёлке Аэропорт) первый год появились классы, состоящие только (!) из детей мигрантов, едва понимающих по-русски. Их обучают по отдельной программе, и как минимум весь первый класс они будут только учиться понимать наш язык. При том, что у многих и родители-то русский едва понимают.
Часть родителей отнеслись к новации позитивно – мол, пусть язык выучат сперва. Другие же (в основном мигранты), наоборот, недовольны, ибо понимают, что в русскоговорящей среде смешанного класса их дети русский выучат быстрее. То, что при этом остальные дети, которым язык учить не надо, отстанут от программы, их не волнует.
Итак, в 1-м "Ж" 14 человек. Все – дети мигрантов из Таджикистана и Азербайджана. Некоторые родились уже в Волгограде, другие только перебрались в Россию. Но уровень знания языка при этом у всех весьма низкий. У большинства родителей, впрочем, тоже – иные приходили на собеседование с переводчиком, но при этом с полным набором документов о "полном соответствии всем требованиям".
Как рассказывает заместитель директора МОУ СОШ № 33 Елена Елизарова:
Программа для всех детей одинаковая, но в этом классе мы перешли на обучение по платформе "Дети здесь". Это программа, помогающая детям овладевать русским языком. Особенность в том, что к занятиям тесно привлекаются родители… Сначала дети проходят тестирование, которое показывает их уровень знаний. Там же строятся занятия, показываются фильмы и мультфильмы на русском языке. Очень многогранная программа, которая позволяет детям во всех сферах жизни принимать участие и говорить на русском языке.
Сами дети мигрантов, по отзывам педагогов, трудолюбивые и стараются. Но каково при этом учителям? Молодая учительница, классный руководитель того самого 1-го "Ж" Ирина Плотникова признаётся:
Работать в таком классе очень тяжело, потому что незнание русского языка сказывается на том, что каждый раз мы проговариваем одно и то же, заучиваем, запоминаем, несколько раз проходим одно и то же, чтобы детям было проще запоминать. От незнания русского языка они иногда просто не понимают, чего я от них хочу. Нужно к каждому подойти, показать, какой цвет, открыть страницу, показать, докуда вести линию, и так далее…
Учителя – молодцы, слов нет. И наверняка, в конце концов, с ситуацией справятся. Но ведь в следующем году в школу придёт новая толпа не говорящих по-русски детей мигрантов, и что тогда?
А за чей счёт банкет?
У нас ведь, кажется, "рынок" никто не отменял? А коли так, то давайте считать деньги. Человек приезжает работать к нам. При этом он приносит прибыль своему работодателю и своей родной стране, в которую перечисляет деньги. Но вот он притаскивает сюда сначала жену и детей, а затем начинает стремительно "размножаться". И здесь уже совершенно другая арифметика получается. Миллионы (а их миллионы!) членов семей приезжих создают колоссальную дополнительную нагрузку на нашу с вами социальную сферу, медицину и образование, которые, скажем честно, и так весьма далеки от совершенства.
Не говоря уже о том, что многое оплачивается из наших с вами налогов, например, зарплата учителей, обучающих нерусских детишек языку, и вся дополнительная нагрузка на образовательные программы. Ведь если приняли такого ребёнка в школу, к нему обязаны отнестись "как ко всем". А попробуй сделать это, когда вокруг сплошное "моя твоя не понимай"!
Кто-то скажет: "ихжалко", "мигрантытожелюди", "онижедети" и т. д. Не понимаем только одного: почему мы с вами должны платить за окультуривание и интеграцию абсолютно инокультурных людей? Если в отношении самого мигранта (которого в школе учить уже не надо – что приехало, то приехало) есть хоть какое-то объяснение – он работает, то его семья и дети – это исключительно его, а не наша проблема. Ведь никто привозить их сюда не заставлял и гарантий на предмет их социальной защиты ему не давал. А коли так, то фальшивая "благотворительность" в отношении семей мигрантов, по сути, не что иное, как обкрадывание собственных граждан.
Не зря отмечал ещё Ломоносов: "Если сколько чего в одном месте отымется, столько же в другом присовокупится".
Если говорить не толерантно, а честно, то всё, что власти "присовокупливают" сегодня семьям мигрантов, берётся из нашего кармана (налогов) и отбирается у наших семей.
В итоге получается, как в известной притче про Ходжу Насреддина, которому некий чужак сделал добро – подарил петуха. Из того сварили суп и вместе съели. Но на следующий день к Насреддину явились трое, заявив: "Мы – родственники того человека, который подарил тебе петуха!" Пришлось их кормить – уже из своих запасов. Затем пришли ещё пятеро: "Мы – друзья родственников того человека…" Насреддин понял, чем дело кончится, и вынес им котёл с горячей водой, сказав: "А это – остатки остатков супа из петуха, которого мне подарил тот человек…"
Вот и нам бы начать поступать в соответствии с этой мудрой восточной притчей. Ибо, как говаривал завершивший Кавказскую войну XIX века генерал Евдокимов:
Первая филантропия – своим. А первейшей нуждой чужих озаботимся лишь после того как последняя нужда русских удовлетворена будет.
Мудрый был человек генерал – не хуже Ходжи Насреддина.
Что с того?
Так, может, чем брать деньги на всё это из бюджета семьи мальчика Вани, лучше было бы пустить их на то, чтобы у нас были бесплатные спортивные секции, бесплатные курсы иностранного языка и компьютерной грамотности, которые для массы бедных семей (а таких в России – большинство) недостижимы. Может быть, лучше платить нормальные пособия нашим многодетным матерям, чем прикармливать чужих, создавая им дополнительные стимулы для перетекания сюда? Тогда и с демографией ситуацию наладим, и, возможно, инокультурные гастарбайтеры нам вообще без надобности будут.