Страшная папка Фургала: Кость в горле "Единой России" или ОПГ

Сейчас если не все восемьдесят с лишним остальных глав регионов России пристально следят за тем, как раскручивается дело хабаровского губернатора, то, по крайней мере, значительная их часть – точно.

И, кстати, без партийного дифференцирования – как бы ни была привлекательна именно эта версия преследования Фургала, представляющего ЛДПР, которую сейчас активно озвучивает Жириновский, называя произошедшее "политикой".

Но судя по той информации, которая озвучивается в настоящее время, там речь идёт о чистой уголовке – убийства, покушения и, возможно, вскоре добавится организация преступного сообщества.

Доктор, который стал бизнесменом

Сергей Фургал, отметивший в феврале 50-летний юбилей, свою карьеру начал делать в 90-х – вполне соответствующую духу того времени, когда напор в сочетании с беспринципностью и жёсткостью обеспечивали путь или наверх, или в могилу.

Ему повезло.

Десятый ребёнок в многодетной семье из небольшого села Поярково в Амурской области, он после школы окончил Благовещенский мединститут, семь лет отработал сначала терапевтом, потом неврологом в местной ЦРБ.

А потом судьба сделала резкий крен. Фургал ушёл в бизнес. Говорят, что перемены произошли не просто так – злые языки утверждают, что ещё в молодости будущего губернатора заприметили ребята из бригады одного дальневосточного авторитета.

Впрочем, свои – то есть "надёжные и проверенные" – врачи всегда были востребованы в тех кругах: стреляли тогда много, часто, а ехать с ранением в официальную клинику – дело хлопотное.

В общем, когда Сергей Фургал, которого прозвали Доктором, вместе с другом Николаем Мистрюковым занялся торговлей лесоматериалами и металлоломом (они организовали фирму "МиФ-Хабаровск" – нетрудно догадаться, как расшифровывается аббревиатура), бизнес у них стал набирать обороты. А ещё одним их компаньоном стал бывший сотрудник милиции Олег Булатов – тот самый, которого через несколько лет убьют.

И лес, и металл – такие направления, которые в те годы приносили колоссальные прибыли (и сейчас приносят, но теперь многие завязаны на крупные компании), и если кто-то хотел занять свою делянку там, надо было "согласовать" вопрос либо с бандитами, либо с ментами, а ещё лучше – и с теми, и с другими,

– говорит бывший опер РУБОПа Александр Г.

Разумеется, продолжает он, любой бизнес вынужден биться за свой успех, вытеснять конкурентов. И одним из вариантов решения и в лихих девяностых, и в переломных нулевых, когда переформатировались сферы влияния, был силовой – устранение конкурентов в буквально смысле.

Как в Хабаровске гибли "за металл"

В течение нескольких месяцев в середине 2000-х Хабаровск потрясли несколько резонансных убийств – явно заказных.

В середине октября 2004-го погиб предприниматель Роман Сандалов – после разборки с сотрудниками металлобазы, принадлежавшей "МиФ-Хабаровск": ему отказались платить за привезённый лом, он устроил скандал. И его вскоре расстреляли на обочине трассы.

Киллер пришёл сдаваться сам – спустя три с половиной года: сказал, что, мол, хотел просто попугать жертву, думая, что патроны в карабине холостые, но вот так уж вышло.

Кстати, у самого Фургала тогда проводили обыск – и даже обнаружили сотню патронов, аналогичных тем, которыми из "Сайги" убили Сандалова. Но на том всё и закончилось.

Через десять дней был расстрелян предприниматель Евгений Зоря, выигравший судебный спор за производственный корпус завода ЖБИ-2, где базировалось его предприятие по сбору лома металла, у "МиФ-Хабаровск". Тогда в его доме следователи нашли заявление в правоохранительные органы, в котором он объяснял суть конфликта и сообщал, что опасается за свою жизнь.

В ноябре того же года четырьмя выстрелами в упор убили другого коммерсанта – бывшего майора Вооружённых сил Александра Адамова, тоже связанного с металлом. Спустя семь месяцев по обвинению в убийстве задержали его родного брата, который проживал в другом регионе, – предполагалось, что это он заказал расправу, рассчитывая завладеть бизнесом покойного. Правда, позже его оправдали.

А в конце января 2005-го застрелили Олега Булатова – того, с которым они начинали бизнес в своё время. По оперативным, опять же, данным, дорожки их разошлись в тот момент, когда Фургал (он, к слову, говорил, что гибель Булатова стала для него полнейшей неожиданностью) решил работать с одним хабаровским авторитетом. Официально, впрочем, говорилось, что бывшему сотруднику правоохранительных органов отомстил кто-то из той его, прошлой – "служебной" жизни.

Выбрали на фоне протестного голосования вместо надоевшего единоросса

Сергей Фургал, тем временем, оценив перспективы, начал делать первые серьёзные шаги в политике. Он вступил в ЛДПР, став одним из "кошельков" партии на Дальнем Востоке.

И партия ответила ему взаимностью.

В 2005-м он был избран по спискам в Хабаровскую законодательную думу, тогда же возглавил региональное отделение либерал-демократов.

Спустя два года его двинули уже в Государственную Думу – всё-таки, как ни крути, все вопросы решаются в Москве. И он прошёл – по федеральному списку.

Целых одиннадцать лет (три созыва) Сергей Фургал был депутатом ГД, входил в комитет по охране здоровья (одно время даже возглавлял его).

Параллельно в 2013-м впервые попробовал свои силы на губернаторских выборах в Хабаровском крае: проиграл, набрав 19,4 процента, действующему на тот момент главе региона Вячеславу Шпорту (63,92%), но – заявил о себе.

И пять лет спустя Фургал выборы эти выиграл – на фоне протестного, как оценивают эксперты, голосования по отношению к Шпорту.

Тогда существовала договорённость, что Фургал будет "техническим" кандидатом, то есть в какой-то момент сойдёт с дистанции, уступив Шпорту. Но амбиции у нашего Доктора, видимо, оказались выше. К тому же, в его окружении поговаривали, как он сам высказывался – мол, и так достиг всего, чего можно. Надо попробовать себя в новом качестве. Да и по бизнесу дела, понятно, легче пойдут, такие перспективы открываются,

– рассказали Царьграду эксперты по Дальнему Востоку.

Бизнес, само собой, никуда не делся. Просто активами стала управлять его супруга – вместе с давним партнёром Николаем Мистрюковым. Плюс есть брат – Алексей Фургал, тоже член ЛДПР и крупный бизнесмен, тоже в недалёком прошлом депутат.

Так что влияние только выросло. Фактически структуры его семьи вышли в число основных налогоплательщиков региона, выручка их исчислялась миллиардами.

Фургалу настоятельно рекомендовали из Москвы поумерить аппетиты и заниматься больше экономикой края. Особенно ему "прилетело" после критики от полпреда президента в ДФО Юрия Трутнева за невыполненные планы по социально-экономическому развитию Комсомольска-на-Амуре, из-за чего в госказну пришлось вернуть 571 млн рублей неосвоенных средств, но это только небольшая часть из того, что попало в публичное пространство.

После ареста компаньона Фургал решил припугнуть Москву. И ошибся

Предвестники скорого краха появились ещё осенью прошлого года, когда в Москве был арестован самый доверенный его человек – компаньон, соратник по партии, экс-депутат облдумы Николай Мистрюков.

Против Мистрюкова, вместе с которым были задержаны ещё трое, как раз и выдвинули изначально обвинения в ряде заказных убийств.

Так вот, одновременно с этим арестом, ставшим главным сигналом для самого Фургала, прошли обыски в офисах совместной компании Мистрюкова и супруги губернатора, а также в кабинетах руководящих сотрудников краевого правительства и в компании его брата.

Фургал, судя по всему, решил сделать "ход конём".

Для начала разошлась информация о том, что в его поддержку (собственно, и так было понятно, что доберутся и до него) пройдут митинги – это был, очевидно, эдакий месседж для Москвы.

Кроме того, в регионе стали падать рейтинги власти – и региональной (народ, избравший Сергея Фургала вопреки Шпорту, подостыв, быстро разобрался, что к чему), и федеральной, потому что, естественно, действия краевого правительства экстраполируются на всё, что касается деятельности официальных структур.

Фургала уже доставили в Москву. А пока он летел, в Хабаровске задержали ещё двоих его однопартийцев – депутатов региональной Думы. Фото: СКР.

Но, кажется, хабаровский губернатор чувствовал себя неприкасаемым – наверное, полагаясь на поддержку в силовых структурах (больше на уровне края, конечно) и в руководстве родной партии.

Об этом говорит хотя бы то, как местные депутаты от ЛДПР, региональное отделение которой он возглавляет, откровенно саботировали принятие поправок к Конституции. Депутат Софья Епифанова, допустим, назвала "подлым экспериментом то, как подаётся голосование". А её коллега Александр Каян выложил ролик в соцсетях, в которых очень негативно высказался и об изменениях в Основной закон страны, и о президенте.

К слову, вслед за губернатором были задержаны также и два краевых депутата (оба – вот уж совпадение, либерал-демократы) – Дмитрий Козлов и Сергей Кузнецов: они подозреваются в хищениях, и, по крайней мере, один из них был связан ранее с бизнесом семьи Фургала.

Сдали свои: за чужие грехи садиться не хочется

Но – суть уже не в том, какая политическая подоплёка разворачивалась вокруг губернатора Фургала в преддверии его задержания: это, кстати, должно было случиться ещё весной, но помешала пандемия – нужно всё-таки нормально вести следственно-оперативные мероприятия, а как это сделать в условиях пресловутых ограничительных мер?

Нет. Речь о том, что на него дали показания те, кто был задержан по этому уголовному делу ранее. В том числе, и сам Мистрюков.

Собственно, как полагает наш источник в силовых структурах, у подельников и не было иных вариантов, кроме как начать всё рассказывать: иначе – стать "паровозом" и тащить за собой весь "багаж" в виде нескольких убийств и покушений.

А там – или пожизненное, или лет 25 строгого режима.

Благодаря правильной следственной тактике соучастники дали показания на Сергея Фургала как организатора всех этих преступлений. В том числе имеются показания свидетелей и потерпевших. Полученные сведения были проверены в рамках проводимых следственных действий, в результате которых были собраны достаточные доказательства для задержания губернатора Хабаровского края,

– подтвердили эту информацию Царьграду в Следственном комитете России.

Некоторые, к слову, склонны сравнивать арест Фургала с уголовным делом сахалинского губернатора Александра Хорошавина (того, помните, у которого при обыске изъяли миллиард наличными и ручку за 36 млн?) или с прочими задержаниями именно действующих, а не бывших губернаторов (таковых было до настоящего времени четверо – помимо Хорошавина, глава Коми Вячеслав Гайзер, кировский Никита Белых и удмуртский Александр Соловьёв).

Но это не вполне корректно.

Там, практически везде, речь шла о "классической" коррупции – мздоимстве.

Здесь же, как мы уже отмечали, – обвинения в криминале.

И уместнее, пожалуй, будет сравнение с другим громким арестом – некогда всесильного "хозяина" Красноярска Анатолия Быкова, бывшего депутата Заксобрания сибирского региона, бизнесмена и очень влиятельного человека в тех краях.

В его случае, напомним, тоже "всплыли" трупы из прошлого (борьба за колоссальные деньги, а как же!) – и показания также дал бывший соратник.

Его пример – другим наука

Однако же – мы не зря изначально говорили о том, что за ходом дела Фургала внимательно следят и другие губернаторы.

А причина в том, что на каждую, по сути, крупную фигуру у спецслужб есть своя "чёрная папка", где скомпилированы сведения обо всех огрехах чиновников, депутатов и так далее.

Называются они "дела оперативного учёта".

Нет – это не доказательная база, а именно то, что поступает от "источников" (прикомандированных сотрудников, агентов) в окружении той или иной персоны. Иначе никто покрывать даже очень высокопоставленную фигуру не будет: если прямого криминала нет, то пусть работает – до поры до времени.

Или могут "подсказать", что так, мол, гражданин хороший, как ты задумал, делать не надо, или – "ай-яй-яй".

Но сейчас, особенно с учётом состоявшегося голосования по поправкам в Конституцию, где ужесточаются требования к представителям власти, надо полагать, начинается новый виток "аппаратного очищения" или "кадровых чисток", кому как будет угодно, в высших эшелонах.

И пример Сергея Фургала здесь – очень нагляден.

Тем более, не стоит забывать, что тот вотум доверия, который получил Путин во время плебисцита, нуждается в постоянной поддержке: на политической повестке – две больших кампании, которые следуют фактически одна за другой. Осенью следующего года – выборы в Госдуму. А далее – финишная прямая к выборам президента.

Так что заседание только начинается, господа присяжные заседатели: следим за новостями.