Самый важный закон: Куда-то потерялись 5 миллионов мигрантов
Ещё один антирекорд поставлен в России. В прошлом году в суды направлено рекордное число уголовных дел террористической и экстремистской направленности. Их количество за последние 13 лет (с 2010 года) выросло аж в 4,3 раза. Выросла и доля обвиняемых в оправдании терроризма и в участии в террористическом сообществе. Но что наиболее примечательно – цифры эти коррелируются с ростом числа мигрантов.
Сайт МВД приводит цифры за прошлый год:
В январе – декабре 2022 года зарегистрировано 2233 преступления террористического характера (+4,5%) и 1566 преступлений экстремистской направленности (+48,2%).
Кроме того, МВД зафиксировало рост на 21,4% числа преступлений, совершённых организованными группами (26 тысяч), причём 40,2 тыс. преступлений (что на 10,3% больше, чем за 2021 год) совершили иностранцы и лица без гражданства. При этом в минувшем 2022 году к нам въехало рекордное число мигрантов, которые вывезли из страны рекордное количество валюты. Точного числа не знает никто – судить о чём-то можно разве что по количеству вставших на учёт: 16,87 млн в 2022 году, что на 25% больше показателя предыдущего года. Что интересно, лишь 11,8 млн из них (70%) приехали "с целью работать". Чем намерены заниматься и на что жить остальные 5 млн человек, можно только догадываться. И, кстати, где они вообще? Кто контролирует их пребывание в стране?
Количество переходит в качество
Среди фигурантов дел об экстремизме и терроризме преобладают две категории: религиозные сектанты – те же "Свидетели Иеговы"* (организация, запрещённая в России) и радикальные исламисты, прибывшие "культурно обогащать" нас из стран СНГ. При этом среда мигрантов – идеальная для вербовки приезжих в качестве радикальных экстремистов. Гастарбайтер, испытывающий в незнакомой культурной среде, к которой не может или не хочет адаптироваться, кризис идентичности, находит себе новую форму идентичности – "глобально-исламскую".
И тогда радикальным пропагандистам-вербовщикам остаётся только "довести его до нужной кондиции". В минувшем году, как заявил директор ФСБ Александр Бортников, была пресечена деятельность 18 законспирированных ячеек, члены которых пропагандировали идеологию терроризма и занимались вербовкой новых членов.
При этом, как заметил Бортников, расширяется география террора: террористы всё чаще вовлекают в свои ряды не только среднеазиатских трудовых мигрантов, но и, например, наших жителей Сибири, где только за последние четыре года было предотвращено девять преступлений террористической направленности, в том числе четыре теракта. Последние планировалось совершить на объектах органов власти и образовательных организаций, и стояли за этим не только исламистские ячейки, но и, например, сторонники террористического движения "Колумбайн"* (запрещено на территории России).
Однако не надо думать, что террористы и экстремисты прибывают к нам исключительно из Средней Азии. С Украины в связи с СВО также приезжает много людей, среди которых имеется немало эмиссаров украинской разведки. Это – вдобавок к тем, кто приехал и осел в роли "спящего агента" ранее. К примеру, в апреле 2022 г. в Подмосковье задержали сторонника "Правого сектора"* (экстремистская организация, запрещённая в России), который успел послужить в ВСУ в 2017–2019 годах и прибыл в Россию. У него изъяли зажигательные устройства для возможных диверсий на объектах критической инфраструктуры.
Заметим, что началось всё это ещё до СВО: только за три месяца до начала спецоперации ФСБ предотвратила несколько терактов, которые готовились местными сторонниками украинских неонацистов в школах, отделениях полиции и других объектах. Также была обезврежена целая сеть телефонных "лжеминёров".
Весьма опасной новой тенденцией стало то, что украинские эмиссары вербуют в ряды террористов не только украинцев (мигрантов и граждан России), но и вполне себе русскую молодёжь с неадекватным "интернетным" восприятием реальности, побуждая этих недорослей (кого обещанием денег, кого "за идею") к проведению террористических актов, в т. ч. с использованием самодельных взрывных устройств. Вспомним хоть недавно задержанных в Московской области подростков, готовивших диверсию на железной дороге, будучи завербованными по интернету и за через интернет же обещанное (только обещанное!) им денежное вознаграждение.
И таких "разводимых на террор молодых лопухов" явно будет всё больше, ибо политическая грамотность и патриотизм у воспитанного компьютером молодого поколения при отсутствии в государстве идеологии и чёткой молодёжной политики, право же, оставляют желать лучшего.
"Первый русский" ни в коем случае не утверждает, что под видом трудовых мигрантов к нам едут исключительно реальные и потенциальные экстремисты и радикалы. Но, согласитесь, ведь у нас и своих экстремистов хватает. Возьмите, к примеру, того же Дениса Капустина – приличного мальчика, ставшего неонацистом, уехавшего воевать за бандеровцев и недавно "отличившегося" на Брянщине, расстреливая детей. И ведь не он один такой!
Вместо Аллаха у них Маммона
Ну а ещё не подлежит сомнению, что именно мигранты (в основном из Средней Азии) являются важнейшей и неотъемлемой частью наркоиндустрии в России, которая по числу жертв, пожалуй, стоит любого терроризма. И завозят их в Россию так много в том числе и для этого. Например, в СИЗО города Твери треть сидящих – "закладчики", и большинство – из Средней Азии. Возраст 20–26 лет. Некоторые были нацелены на "карьерный рост" и вовсю вербовали на стройках земляков на эту "лёгкую и доступную работу" с доходом 200–500 тыс. рублей в месяц.
Век "закладчика" недолог – обычно его ловят уже через 2–3 месяца, однако, если повезёт (и удастся смыться на родину), там, дома, семья на "честно заработанные в России сыном – удачливым бизнесменом" 500 тыс. рублей успевает и участок под дом или машину купить, и к свадьбе отпрыска всё подготовить… Потом, правда, узнав о несчастье, приезжают и рыдают о своём "оклеветанном недоброжелателями" хорошем мальчике, который, разумеется, "ни в чём не виноват".
А тем временем на следствии "хорошие мальчики" с честными глазами врут, что лишь "случайно сели в машину", а что пытались наркотики в кусты выкинуть при задержании – так "это не их". Многие тут же, в камере, резко впадают в религиозный экстаз и начинают позиционировать себя "пострадавшими за веру" (ну, или за национальность) мучениками. Никаких страданий по поводу посаженных на иглу и обречённых ими на смерть таких же русских мальчиков и девочек нет и в помине, тем более что те – "иноверцы".
И это при том, что ислам к наркотикам относится негативно, относя их вместе с алкоголем в категорию "хамр", т. е. "опьяняющего". А про него в Коране вот что сказано:
Поистине, Всевышний Аллах проклял "хамр", того, кто употребляет его, кто угощает им, кто продаёт, кто покупает, кто изготовляет, кто переносит, и того, кому его приносят! ("Сунану Аби-Давуд", № 3189).
Причём касается это как мусульман, так и немусульман. Так что эти молодые подонки и согласно своей религии – проклятые Богом преступники. Однако, выбирая между Богом (Аллахом) и Маммоной (наживой), всё большее число молодых мигрантов предпочитают последнего.
Что с того?
"Ведь, если звёзды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно?" – сказал поэт. Вот и с мигрантами та же история: если они прибывают в страну в таких количествах, ведут себя, как в родном ауле, влезают в криминал и экстремизм, но при этом сколько-нибудь жёстких мер по изменению ситуации не предпринимается, значит, это тоже "кому-нибудь" нужно. Нужна дешёвая бесправная рабсила, согласная работать "всерую" (без налогов и социальных отчислений) и приносить сверхприбыли "новым рабовладельцам".
Бороться с этой напастью можно, необходим закон, в первую очередь об ответственности работодателя за рабочего и контроль над его пребыванием в стране. А ещё лучше законы, делающие наём мигрантов в принципе невыгодным.
__________________________________________________________________
*Организации, признанные террористическими или экстремистскими, их деятельность запрещена в России